Андрей Земляной - Войны крови. Черный потоп
Существо атаковало в незнакомой волку-охотнику манере: низко пластаясь по земле, распахнув огромную пасть полную острых треугольных зубов, оно рвалось вперед, точно атакующая змея. Но родовая память волка Чистой Крови услужливо подсказала: «Крокодил!»…
В последний момент Вауыгрр подпрыгнул, точно кот, охотящийся на крысу, развернулся в воздухе и упал на спину чудовища, точно прибивая его к земле мощными лапами. Клыки сомкнулись на затылке…
— Постой, постой, Серый брат. — Голос Сашки заставил волка чуть ослабить хватку. — Ну-ка, покажи: кого это ты там поймал?
Охотник наклонился над добычей своего напарника и, не удержавшись, вздрогнул. Перед ним на земле лежало странное существо, похожее и одновременно непохожее на человека. Но это не был и оборотень, не успевший окончательно трансформироваться.
Перед Сашкой и Вауыгрром был несомненно человек, но что с ним произошло?!! На руках и на ногах — перепонки между пальцами, темная кожа кое-где покрыта плотными костяными чешуйками, а уж лицо!.. Мясистые негритянские губы неимоверно вытянулись, челюсти сузились, а зубы стали одинаково треугольными.
— Великий боже! — выдохнул подоспевший инквизитор. — Кто мог содеять такое с сотворенным по образу и подобию?!
— Похоже, мы все трое знаем ответ на этот вопрос, — заметил Александр. — Так, идем одной группой. Серый брат, страхуешь нас сзади, мы с монахом держим фронт и фланги. Думаю, идти нам недалеко…
Березовая роща открылась внезапно. Только что еще вокруг стояли сосны, и вдруг словно выскочили откуда-то белокорые стволы, и огромный заросший мхом валун посредине…
«Как дома, правда, Серый брат?»
«Нет уж, пусть ЭТО будет здесь, а не у нас Дома! Не надо нам такого счастья!»
Сашка хмыкнул, в который раз поражаясь своеобразному чувству юмора, которым природа в избытке наградила Вауыгрра, и тут же напрягся, пораженный царящей в березовой роще абсолютной тишиной. Ни птиц, ни даже шороха травы и скрипа деревьев… Такой давящей тишины просто не должно быть среди легких и светлых берез!
Дальше все произошло страшно и внезапно. С разных сторон к охотникам бросились странные создания, поражавшие не только своим внешним видом, но и буквально бьющей из них волной злобы и ненависти. Зачастила винтовка инквизитора, загрохотала в руках Александра «Сайга», и пронесся по роще, перекрывая звук выстрелов, яростный рык атакующего волка Чистой Крови.
Порождения Зандора атаковали отчаянно, но бестолково. Наверное, не окажись среди троих охотников двоих, не поддающихся магии, их натиск и мог увенчаться успехом. Дважды фра Доминик ронял оружие и, обхватив голову руками, начинал громко молиться. Но тут же беззащитного монаха прикрывали Сашка и Вауыгрр, а когда приступ проходил, инквизитор снова брался за винтовку, прореживая цепи нападающих.
«У тебя есть что-нибудь от запаха изо рта, брат?»
От такого неожиданного вопроса охотник чуть не упустил отчаянно верещавшего некрупного оборотня.
«Ты в порядке, Серый брат?»
«В порядке. Но в пасти удивительно гнусно от этих врагов! Вот я и подумал…»
Узнать, о чем подумал Вауыгрр, Сашка не успел. То, что казалось валуном, неожиданно взвыло так, что заложило уши, и начало подниматься, распрямляться…
«Мать моя, волчица!..»
«Зандор!»
Мгновенно опустошив магазин дробовика, охотник отбросил его в сторону, и в повелителя оборотней полетели сюррикены. Впиваясь в тушу чудовища, они вспыхивали ярким зеленым огнем, а над поляной, перекрывая рев и грохот, вдруг послышались чеканные слова Сутры Белого Лотоса Высшего Закона. На мгновение Зандор замер, Сашка выхватил меч и веер дао…
Дико и страшно закричал фра Доминик. Охотник обернулся: монах лежал на земле, сваленный несколькими тварями, рвущими его тело. Не раздумывая, Александр метнулся к инквизитору. В воздухе заплясала, отсверкивая на солнце, сталь, на помощь кинулся волк. Через мгновение все было кончено — последняя тварь лежала на земле и корчилась в посмертной трансформации.
«Девушка. Красивая была», — охотник сплюнул.
«Самка? Они самые опасные. — Волк ткнулся носом в окровавленную руку охотника Курии. — Что с ним, брат? Жить будет?»
«Посмотрим… — Сашка оглянулся. — Мать!..»
Вауыгрр поднял голову. Зандор исчез…
…Даже распятие, подаренное мне при посвящении, не смогло полностью излечить раны фра Доминика. Не помогла и отличная аптечка Папской Курии. Правую руку инквизитору пришлось отрубить серебряным лезвием: больно уж быстро распространялся по ней яд, жгуты не помогали. Даже если брат Доминик и выживет, ему предстоит смотреть на мир одним глазом и привыкать подписываться левой рукой. А вызванного вертолета спасателей все не было и не было…
— Не теряйте времени, — прохрипел инквизитор, когда я закончил с первой помощью. — Меня найдут, а вот Зандор…
«Он дело говорит. Враг уйдет, если мы сейчас же не пойдем по его следу!»
Я знал, что они оба правы, но… Как я могу бросить на произвол судьбы человека, который доверял мне?! Да — он охотник, да — он сам выбрал этот путь, но я так не могу!..
— Вот что, брат Доминик. Мы дождемся помощи, передадим вас врачам, а потом нагоним Зандора. Это не обсуждается. И вообще, вам вредно говорить! Поберегите силы…
«Вожак бы не одобрил…»
«А не ты ли говорил, что здесь его нет?»
Вауыгрр опустил голову и накрыл ее лапами.
«Прости. Не хотел тебя обидеть. Но как мы его потом найдем?»
«Не знаю. Найдем с божьей помощью…»
«На бога надейся, а на зайца прыгай!..»
Джунгли на границе Бирмы и Бангладеш нельзя было отнести к местам паломничества туристов. Тяжелая влажная душная жара, плохая вода, обилие змей и паразитов — все это делало местные условия практически непереносимыми не только для белого человека, но даже и для местных жителей. По доброй воле в этот ад никто не полезет…
Тем не менее именно в этих местах по заросшей, едва заметной дороге катили три мощных «Лендровера». Господин Фей решил лично проинспектировать школу своего анклава…
Автомобили один за другим ныряли под полог мангровых зарослей, выныривали на открытое место и снова скрывались в зеленом полумраке джунглей. Первый и последний вездеходы были набиты охраной из людей, вампиров и ваке,[33] а в среднем восседал застывший, подобно изваяниям древнего Панданга, Сам Господин Фей.
Он не слишком любил это прозвание, но слишком уж часто его собственное истинное искажали и коверкали грубым человеческим языком. Как надоели ему эти Белиалы, Велиалы и Белиары![34] Велриалр — вот его истинное прозвание, но кто из пищи умеет произнести его верно?! Так что пусть он остается Питером Феем: так и ему спокойнее и еде — понятнее.