Дзиньштейн - Еще один человек
Тот до нее дошло - включился мозг, и она поняла, что по ним стреляют. И то, что она последние несколько секунд слышит, кроме хриплого мата ребят - это частая автоматная стрельба. Внутри поползла паника, холодной волной мурашек поднимаясь по спине... Она вжалась в асфальт, наблюдая, как мимо барахтаются-ползут ребята. Дрожа крупной дрожью, даже вроде скребя пальцами асфальт, словно пыталась зарыться в него. Проползавший мимо старшой сильно ткнул в плечо, указав рукой, что-то крикнул, ощеряясь, но Дашу уже накрыл ужас, она замотала головой, обхватив ее руками, и снова вжалась в асфальт, сжимаясь калачиком...
Очнулась она только в той самой подворотне с объеденными трупами.
- Да перестань же ты упираться, чортова дура! - хрипел старшой, затаскивая ее за лямки рюкзака - от расщеперилась, как кошка. Ф-фух!
- А.. это... они что?...
- Да, удивительно точное наблюдение. Они по нам стреляли. Не скажу что старательно, но и не жалея особо. Могли и убить запросто.
- Ой... Просите... то есть спасибо... ну, то есть...
- Ладно, уймись, не до тебя. Что у тебя с рукой? - повернулся он к одному из парней.
- Ладонь. Навылет. Перевязываем - ответили за матерящегося сквозь зубы раненого.
- Еще у кого что?
Оказалось, по мелочи - попорчено кое-что в сумках. У Даши вообще мелочь - прострелена пачка макарон. Сумки-то и спасли в основном - парни сообразили им прикрыться - а пули, пробив корпуса авто, наверное, уже изрядно потеряли силу. Еще было разбито одно ружье - прилетело в казенную часть, разломало всю легкосплавную коробку. Его, разрядив не без труда, тут же отбросили под стену - не до такого теперь. Все были возбуждены, движения были резкие, нервные. Даша же сидела в шоке, нервно трясясь - и это понятно - впервые в нее стреляли, да еще так - из автоматов, много... Драки, потасовки и прочее организованно-умелое или совершенно бестолковое рукоприкладство - было хорошо знакомо с юности, и даже доставляло некоторое удовольствие. Даша даже с некоторой тревогой вспомнила, с каким непонятным азартом она сшибла последнего упыря - несмотря на смертельный (и даже гораздо хуже, чем смертельный) риск - это ей, как ни стыдно было признать, понравилось.
Но вот стрельба... Однажды зимой ребята из клуба, набегавшись и настрелявшись из пневматики друг по другу - устроили молодежи 'обстрел' - загнали в старые окопы, и, велев не высовываться, 'обстреляли' пиротехникой - сначала 'пищалками', а потом и серьезными салютами, разрывавшимися огненными шарами, с грохотом лопавшимися над головой. Тогда все смеялись, азартно кричали, а ей было очень страшно - но она списала это на пиротехнику, которой боялась до истерики (однажды ей чуть не стало плохо с сердцем на, надо признать, шикарном новогоднем салюте в Сертолово, традиционно устраиваемом военными).
Но сейчас шок был куда как серьезнее - она крутила в руках простреленную сумку, понимая, что если бы пуля прошла немного ближе - она бы сей час уже умерла. И, наверное - уже бы и оживала.
Дальнейшее она помнила плохо, как сквозь пелену - на автомате идя за всеми, даже раз упокоив одного упыря. Немного стала приходить в себя только ближе к набережной, когда Большой Дом, в котором вдруг вспыхнула стрельба где-то внутри, остался позади.
Они проходили мимо какого-то то-ли магазинчика, то-ли салона красоты, устроившегося в цоколе здания. Шли уже грамотно, прикрывая друг- друга - к тому же к ним присоединились несколько человек - женщины с подростками, пара работяг-дворников с ломом и лопатой. Здоровяк в кожанке, азартно лупивший упырей прямыми и боковыми в голову, кулаками, обмотанными цепями - похоже, от парковочных столбиков оторванными. Двое пожилых крепкого вида мужчин с ружьями - один из них поздоровался со старшим - наверное, узнал. Женщины и дети шли в середине, здоровяк пер в голове, сверкая бритой головошеей, рассыпая жизнерадостные матюги. Стрелки шли по бокам. Даша и работяги прикрывали тыл. Они уже прошли симпатично оформленный портал заведения, двигаясь дальше, как вдруг Даше почудилось быстрое движение внутри.
_Стойте! Там есть что-то...
- Что? - Пара стволов взяли на контроль дверь.
- Не знаю, не упырь, похоже.
- Ну и х.. с ним - простодушно заключил бородатый работяга, отворачиваясь - не наши дела.
- Нет, надо проверить - вмешался старшой - нехрен за спиной оставлять непонятки.
Даша шагнула к двери, держа топор на отмах, присматриваясь, чуть присела... Нет, внутри вроде никого. Похоже, салон красоты. Только все перевернуто. Осторожно приблизившись, стоя сбоку от директрис стрелков - аккуратно потянула ручку стеклянной двери. Ничего. Заперто. Подергала уже смелее - точно, заперто. Ну и отлично. Легонько стукнула топором по толстому стеклу - ага, хорошее - такое и топором не просто так расколешь. Нормально, тут никто так не выберется.
- Порядок, заперто - сказала Даша, и шагнула к остальным.
Она лишь успела увидеть боковым зрением стремительное движение внутри, отскочить, разворачиваясь и приседая. Стекло украсилось белым пятном трещин, но выдержало, раздался вскрик - и тут же два выстрела разнесли стеклянную дверь в дребезг. Что-то в осколках толстого стекла вылетело изнутри, сбило с ног, прижало выставленную вперед руку с топором к груди. Перед лицом оказалась крокодило-обезьянье-волчье-непоймичьеобразная пасть, воняющая ацетоном.
Пасть раскрылась, когтистая лапа отбила лезвие топора... и тварь слетела с Даши, сметенная сразу несколькими выстрелами. Но не издохла, а зафыркав, словно оглушенный бульдог стала встряхиваясь подниматься, наклонив голову. Слаженный залп прикончил ее, буквально разнеся череп. Подскочивший бородач с хеканьем принялся отоваривать тушу ломом, второй помог подняться Даше.
- Блядь, что это за хуйня, ебанарот? - учтиво осведомилась Дарья, и грязно выругалась.
- Да, в общем-то... - тут последовало не менее деликатное научное объяснение, причем в нем участвовали практически все. Даже, похоже, дети. Пришли к трудноопровержимому выводу что это 'хуй знает, что за нахуй'. Спорить было глупо, конечно, именно это и есть. Даша почувствовала, как дрожат ноги, отошла и села у стенки прямо на асфальт. Чего-то многовато за сегодня. Привязалась нервная икота, частая, громкая и неудержимая. Причем со стороны это было очень смешно. Сначала дети, несмотря на обстановку, стали давиться от смеха, потом стали корчить серьезные непроницаемые рожи и остальные, старательно сдерживая смех. В итоге все начали ржать, попутно снимая стресс - и вскоре Даша смеялась между иканиями вместе со всеми - отчего общий ржачь только усиливался. Насилу отсмеявшись, до слез, унялись. Даша стала нашаривать бутылек с коньяком - одну бутылку она перелила в пластик, для себя. Глотом конины помог унять икоту и немного привел в себя. Пока возилась, остальные обследовали помещения. Встала, подошла к глазевшим на чудо-юдо. Судя по одежде - это была девушка, или молодая женщина. Но это только по одежде и было понятно - тело буграми мышц прорвало по швам ткань, комплекции позавидовал бы и Валуев. А вот физиономия Валуева в сравнении с этой - была бы ангельским ликом. Вдобавок к здоровенным зубам - имелись когти, маникюр которым пришлось бы делать болгаркой. М-да, супермодель. Давно известно, что в салонах красоты можно нарваться на непрофессионалов, но чтоб так.... Нееет, в этот - ни ногой!