Владимир Андрейченко - Умереть вчера (СИ)
Название населённого пункта оправдывало себя. Большая часть зданий его была выкрашена в ослепительно белый цвет. И всё это при таком обилии солнечного света! Как у Зоны это получается, Макс не задумывался уже давно. Смещает она грани между измерениями, или просто создаёт эффект некоего «пузыря», было известно только Ей. Но то, что за пределами сектора почти сутки беспрестанно лил сильный дождь, а внутри его ярко по — летнему светило ласковое солнце, это факт неоспоримый. Взглянув на часы дисплея шлема, Максим понял, что дело уже двигается к вечеру, а значит, ему пора подумать и об обратной дороге. Постояв немного посреди улицы, сталкер решил поиском и сбором артефактов не заниматься. Зачем лишний раз испытывать и без того нелёгкую судьбу? Вдруг Зона опомнится и захлопнет смертельной ловушкой столь красивое место? Ведь никто не мог дать гарантии, что закрывшийся вновь сектор сможет когда‑нибудь появиться вновь. Поэтому задерживаться в нём Максим не рискнул, а, пожав плечами, вздохнул и двинулся в обратный путь.
Внезапно, нахлынули воспоминания о событиях прошедшего дня, и Максима озарила догадка. Большой! А ведь это он навёл на него наёмников, кто же ещё? Как бы там ни было, ну, справился Максим с почти четырьмя десятками неплохо подготовленных спецов, а поперёк дороги Синдиката Палычу вставать очень не хотелось. Слишком влиятельной и могущественной на территории Зоны, а может и за её пределами, была группировка профессиональных убийц. Слишком большие деньги вращались вокруг, да около. А, значит, и большие связи. Сложившееся положение, когда посланный им сталкер расправился с целой бригадой, подсказало Большому, что пора отводить беду от себя. Он отдаёт парня Синдикату для суда, да возвращает всё, принесённое тем в виде хабара, плюс, добавляет кое‑что от себя, и дело сделано. И овцы целы и волки сыты. Живи и радуйся!
«Ох, Палыч, ну шкура!» — Максима разбирала пышущая жаром злость. Возвращения сталкера Большой, конечно, не ждал. Если только в виде какого‑нибудь зомби. Но для того, чтобы стать живым мертвецом, следовало на плечах иметь голову и, как приложение, мозговую структуру. А, после обработки наёмниками, от головы Максима вряд ли что‑то бы осталось.
В таком случае Рекс может разорвать договор с заказчиком, умышленно пославшим его на верную смерть. Более того, Максим имел полное право на принятие самостоятельного решения по поводу дальнейшей судьбы самого бармена, вплоть до смертной казни. Закон суров, но справедлив, и он позволял это сделать беспрепятственно. Даже охраняющие территорию бара «долговцы» в этой ситуации наверняка, вопреки строжайшему запрету, разрешили бы использование оружия.
Но доставить хабар по назначению Максим всё же решил. Очень ему хотелось посмотреть в глаза Большому. Интересно, надменность во взгляде торговца пропадёт? Наверное. Но Макс хотел увидеть в этих бесцветных глазах не испуг, он хотел увидеть страх! Именно страх, и ничего больше. Он не мог понять, как подобные безжалостным наёмникам объединяются в целые Синдикаты, с лёгкостью пугая собой всю округу? И даже закостенелые и обветренные Зоной сталкеры боятся им противостоять. Вот и Большой, испугавшись расправы, без зазрения совести сдал синдикатовцам собственного исполнителя. Так почему этого же не могут сделать обычные люди? Ведь сошлись, объединившись единой целью долговцы, свободовцы и члены других группировок. Они же заставили думать о себе, уважать себя, считаться со своими интересами. Надо просто сделать так, чтобы нашёлся руководитель, способный повести остальных за собой. Но с другой стороны, это уже не была бы группировка вольных сталкеров, в прямом смысле этого слова. Всякое руководство автоматически лишает человека права поступать и думать только так, как бы ему хотелось. Хотя, это палка о двух концах. Даже вольные сталкеры подчинены некоторому кодексу правил и законов. Следовательно, не настолько они и вольны. Что, вообще, такое свобода? Вопрос остался открытым.
Но Максим в данный момент думал уже не об этом. Он покинул Кривую балку и направился в сторону деревни новичков. Сразу нахлынули приятные воспоминания об уютном помещении, где несколько раз они со Степанычем сидели в креслах, протянув ноги к настоящему камину, и попивали любимый напиток хозяина — «Мартини».
* * *Деревня встретила Рекса обычным оживлением. В центре её, вокруг нескольких костров под навесами сидели молодые сталкеры. Опытный взгляд Максима выхватил из общей картины не только новичков. Судя по экипировке и вооружению, а так же манере поведения, здесь присутствовало и несколько ветеранов. Одного он даже знал лично. Окликнув Рекса, сидящий на большом ящике Никотин, демонстративно сдвинувшись в сторону и освобождая часть пространства, взмахом руки подозвал его к себе. Присев рядом с облегчением, Макс перевёл дух.
— Здорово, мужики, как дела? — начал он с обычного приветствия.
— Рекс, тебя нынче и не узнать. Если бы ближе не подошёл, я бы подумал, что это чудом спасшийся наёмник. Слыхал? Сегодня военные операцию провернули нехилую на севере Кордона. Большая группа наёмников вторглась со стороны Свалки, а вояки их прищучили. Говорят, бой был нешуточный. Армейцы несколько человек потеряли, но по слухам, перебили почти всех синдикатовцев. Те умудрились даже один БТР подбить. Его военные на сцепке уволокли к южному блокпосту.
«Вот почему две последних „коробочки“ отстали от колонны», — подумал Максим. А вслух произнёс.
— Слыхал. Я сам чуть между двух огней не встрял, чудом вырвался. Думаешь, где так прибарахлился? С трупов и поснимал. Вояки, всё побросав, к югу отступили. Решили, наверное, похоронную команду позже прислать. Навоевались всласть.
— Да, значит, тебя новостью не удивишь, а экипировочка — дай каждому, обзавидуешься. Повезло тебе, — Никотин, не выпуская изо рта сигареты, завистливо осматривал Максима. — Только ты это… всё равно ведь к Степанычу идёшь?
— Ну.
— Смотрю, забит хабаром под завязку, — Никотин кивнул уважительно на два сидора за спиной Рекса. И уже тише произнес, — мой тебе совет. Попроси Степаныча по — бырому удалить все признаки отношения к Синдикату. Только вот одного молодого тот обихаживал здесь подобным апгрейдом. А то ходит по деревне, форсит и светится наёмной экипировкой. Ещё подпили они тут недавно с молодёжью, так этот задохлик начал хвалиться, что, мол, с напарником на Агропроме до сорока наёмников вальнули без стеснения. Зелень, что с него взять? Дай только понапридумывать всякие фантастические истории. Я, конечно, тоже слышал, что кто‑то из наших на Агропроме группу синдикатовцев вальнул. И, вроде, многовато. Но не молодёжь же! Военные теперь на эту форму, как быки на красную тряпку, бросаться будут. Так что, ты уж поаккуратнее…