Шон Уильямс - Во Славу Солнца

Однако Рош знала, что около полумиллиона людей считали Палазийскую систему своим домом – пусть и временным. А кроме того, ей пришлось признать, что здесь было на что посмотреть. За все время службы в Разведке СОИ ей ни разу не доводилось видеть две планеты с одной общей луной.

Она надеялась, что когда Каджик наконец обнаружит эту пару, находящуюся в дальнем конце системы, они будут отличаться от остальных едва различимых клякс, которые, по его утверждению, являлись планетами, – но ничего подобного не произошло. Глазам Рош предстала еще одна точка, окрашенная красным сиянием Хинтубета, Вместе с Майи она снова занялась составлением карты расположения планет, чтобы наметить вероятные маршруты.

– Плотность населения была ужасно низкой, – в какой-то момент прокомментировала похитительница. – Трудно представить себе, как армия могла уничтожить всех.

– Да и наша задача от этого становится только сложнее, – ответила Рош. – Если те, кто остался в живых, не в состоянии поддерживать связь друг с другом, нам придется прочесать всю систему, чтобы отыскать их.

– Если только твое предположение не окажется верным и они не собрались на Джагабисе. Объединить все ресурсы – очень разумная мысль.

– Или выступить против врага единым фронтом.

– Последний, решительный бой?

– Вполне возможно. – Рош пожала плечами, заставив себя не думать о том, что это может означать: неужели сражение уже проиграно? – Кто бы ни отправил послание, нам все равно придется первым делом взглянуть на город Эмптаж и космопорт Аро – после аванпоста Гур. Если не удастся ничего обнаружить, займемся станцией Армады около Семенида.

База Гейтен – следующее место, откуда можно организовать контратаку.

– А как насчет научной станции? – спросила Майи.

– По данным СОИ, станция Конгрив закрыта и покинута обитателями несколько десятилетий назад. Если ничего особенного не произошло, она была пуста, когда в системе появился Солнечный Вундеркинд.

– Что они там изучали?

– Точно не знаю. На свой запрос я получила ответ, который звучал примерно так – «ксеноархеологические исследования». Но скорее всего ученые занимались эволюционным процессом планет.

– Наверное. – Рош почувствовала, что внимание похитительницы вдруг переключилось на какой-то другой предмет, она изучала файлы, воспользовавшись органами чувств Рош. – Я вижу, здесь упоминается КТПР. Амейдио знает?

Рош покачала головой.

– Насколько мне известно, нет. Мне бы не хотелось, чтобы он узнал – до тех пор, пока не возникнет необходимость.

«Корпорация, занимающаяся производством товаров потребления и добычей руды» являлась главной мишенью подпольного движения сопротивления, которое возглавлял Гейд на планете Сиакка. Рош прекрасно понимала, что после стольких лет войны он не может быстро излечиться от ненависти к старому врагу. С другой стороны, она не хотела, чтобы чувства мешали Гейду действовать. Она попытается спасти служащих КТПР, как и любых других людей – если таковые остались в системе...

– Добыча полезных ископаемых на поясе астероидов и в кольце внутреннего темного тела – речь идет о поясе Маттар и Автовилле – велась при помощи ползунов, люди в ней не участвовали, – сказала Рош. – Так что существует высокая вероятность, что тут проблем не возникнет. Другие остались нетронутыми.

– Мне никогда не нравились ползуны, – проговорила Майи и состроила мысленную рожицу. – Они не далеко ушли от тех, что уничтожают или разрушают планеты.

– По крайней мере они цивилизованные, не то что сборщики.

– Все роботы цивилизованные, – ответила Майи. – Только мне не нравится находиться в их компании.

– Зонд облетает Волорас, – сообщил Каджик.

Рош посмотрела на экран, где появилось изображение газового гиганта, окутанного серой дымкой атмосферы. Пурпурный туман затянул картинку, когда зонд воспользовался магнитным полем планеты, чтобы затормозить.

– Увидел что-нибудь интересное? – спросила Рош.

– Не слишком много, – ответил Каджик. – Остальные луны кажутся нетронутыми. Изменение уровня радиации на Хинтубете стало причиной нескольких бурь во внешней атмосфере Волораса, и мы обнаружили больше мусора, чем указано в базе данных. А в остальном планета выглядит так, как и ожидалось.

– И по-прежнему никаких сигналов?

– Все тихо, – ответил Гейд. – Если хочешь, могу устроить небольшую провокацию.

– Пока не нужно.

– Нет проблем. – Гейд задумчиво постукивал пальцами по консоли. – Зонды не встретили на своем пути препятствий. Пока.

При таком ускорении не заметить их невозможно.

– До тех пор пока кому-то не придет в голову попытаться выяснить, откуда они стартовали, нам ничего не угрожает, – сказала Рош. – Когда мы увидим луну?

– Через несколько секунд, – ответил Каджик, чей образ повернулся лицом к главному экрану. – Я запрограммировал зонд таким образом, чтобы он сразу приступил к автоматическому анализу получаемой информации. Расстояние слишком велико, и, учитывая задержку в поступлении сигнала, прямой контроль становится несколько неудобным.

– Значит, он уже видит луну – возможно? – спросила Рош.

– Или его уничтожили, – добавил Каджик. – Хотя я...

Он замолчал, не закончив предложения.

– Подождите. Сигнал... Я постараюсь, насколько возможно, увеличить картинку, которая выводится на экран, но лучше воспользоваться имплантатами.

Рош положила руку на контактную панель и настроилась на получение информации, закрыв правый глаз, чтобы картинки не накладывались одна на другую. В следующее мгновение она оказалась над поверхностью газового гиганта и мчалась в космическом пространстве, прорываясь сквозь бушующую вокруг нее магнитную бурю. Впереди над горизонтом появилась красноватая точка.

– Вот, смотрите, – радостно сообщил Каджик. – Нам повезло, что она не закрыта планетой, иначе картинка была бы нечеткой.

– Можешь сделать какие-нибудь выводы? – спросила Рош.

– Ничего определенного. Альбедо совпадает, если не считать темного пятна в Южном полушарии. Увидишь, когда зонд подлетит поближе. На картах его нет, так что это не особенность поверхности.

– Возможно, база? – предположил Гейд.

– Заправочные станции всегда располагаются вокруг экватора, – ответила Рош. – Орбитальные фалы больше нигде не сработают.

– Разумеется, – извиняющимся тоном произнес Гейд. – Я уже давно не бывал в космосе.

По мере приближения луны, имевшей форму выпуклого диска, картинка стала резче. Серую гладкую поверхность покрывал толстый слой льда. Непонятное темное пятно, на которое указал Каджик, занимало левую нижнюю четверть изображения: капля черных чернил на круглом пятне крови.