Ден Редфилд - Замкнутый круг

— Грегори… Медеринс, — едва слышно пробормотал Менс.

— Что? Кто это?

— Я. Мне никогда не нравилась… эта дурацкая фамилия, поэтому… я её и сократил.

Сайкс был первым человеком, которому Менс назвал своё настоящее имя. И последним.

— Спасибо за оказанное доверие. Не желаешь открыть ещё какую-нибудь страшную тайну? — спросил Сайкс с усмешкой.

Ответа не последовало. Спайроу повернул голову в сторону, и заметил, что глаза старика закрыты.

— Не шути так, — с опаской проговорил он, и попытался растормошить Менса, однако со стороны старика не последовало никакой реакции.

Усадив Менса возле стены, Сайкс пощупал у старика пульс, а когда понял, что его друг умер, резко отшатнулся, будто увидел чью-то смерть в первый раз.

— Менс. Почему же всё так… Зачем… — бормотал Спайроу, глядя в одну точку.

Так и не найдя подходящих слов, Сайкс взял тело Менса на руки, и зашагал в сторону дальней арки.

Нортон выполнил своё обещание, и дал Синтии интервью, поставив одно условие: он должен был стать первым человеком, который увидит репортаж про Синдикат. Дело было вовсе не в любопытстве: Пол взял на себя роль критика и цензора. Синтии требование начальника полиции показалось обоснованным. Смонтировав материал на домашнем компьютере, журналистка принесла электронную копию репортажа Нортону. Несмотря на несколько довольно спорных моментов, данный вариант в общем и целом устраивал Нортона.

— Это то, что я называю черновиком. Ещё есть время что-нибудь подправить и внести изменения, — сказала журналистка после того как видео подошло к концу.

— Не надо никакой отсебятины. Вы правильно сделали, что не стали упоминать Лонсдейла. Ничем хорошим это бы не закончилось.

— Как знать, может…

— Никакой отсебятины!

— Как скажете, — примирительно проговорила Синтия.

Попрощавшись с Нортоном, журналистка покинула полицейское управление и вернулась домой. Снимая обувь, Синтия заметила, что дверь в спальню слегка открыта. На цыпочках проследовав на кухню, журналистка взяла нож, и подобралась к спальне. Тихонько открыв дверь, Синтия заметила незнакомого человека в чёрной рубашке. Незнакомец сидел за компьютером, и что-то искал. Как только журналистка сделала шаг вперёд, незнакомец обернулся и направил на неё пистолет.

— Немедленно положи нож, — приказал он, вставая со стула.

Синтия с опаской посмотрела на визитёра, и медленно положила нож на пол.

— Так-то лучше, — довольно проговорил незнакомец, и опустил оружие.

Синтия хотела было захлопнуть дверь, и рвануть к входной двери, но тут же мысленно обругала себя за недальновидность, ведь этот тип запросто мог выстрелить ей в спину.

— Расслабься. Я не причиню тебе вреда, если ты меня не вынудишь, — вновь заговорил незнакомец.

— Твоё лицо кажется мне знакомым. Я тебя раньше где-то видела?

— И не только видела. Тщательно покопайся в своей памяти. Год назад ты прилетела на Геднер.

— В том году я несколько раз бывала на Геднере, но тебя всё равно не помню.

— Отпуск, клуб «Верона», поздний вечер, четвёртый бокал мартини.

События тех дней ожили перед глазами Синтии. Позагорав на пляже, и искупавшись в море, журналистка пришла в клуб. Немного потанцевав на танцполе, Синтия присела за барную стойку и заказала выпивки. Когда журналистка осушила третий бокал мартини, то обратила внимание на сидящего рядом скучающего молодого человека, медленно потягивающего пиво. Синтия подсела к нему, и попыталась завести разговор. Парень неохотно отвечал на вопросы назойливой девицы, а потом заказал ей мартини, и предложил прокатиться до ближайшего мотеля, и снять номер на ночь. В нормальном состоянии Синтия послала бы его куда подальше, но алкоголь сделал её более податливой, и более доступной. Парочка провела вместе ночь, а когда Синтия проснулась, то заметил, что её кавалер исчез. Больше они никогда не виделись.

— Вспомнила. Тихо сделал своё дело, и ушёл. Все мужики одинаковые, — сказала Синтия, присаживаясь на кровать. — Не напомнишь как тебя зовут?

— Меня зовут Адам. Мне понравился твой репортаж, но чего-то в нём не хватает.

— А ты не слишком, обнаглел, герой-любовник? Пробираешься в чужой дом, пользуешься компьютером, и угрожаешь хозяйке оружием. Кто ты вообще такой?

— Чистильщик.

Синтия схватила с пола нож и бросилась на Адама. Экхарт с лёгкостью перехватил её руку, завёл за спину, и болезненно сжал запястье. Журналистка застонала от боли, и выронила нож. Адам толкнул её на кровать, подобрал нож, и на всякий случай выкинул его в открытое окно.

— Стоило дослушать меня до конца, прежде чем сходить с ума. Я могу тебе помочь.

— Ну да, конечно. Чистильщики только и делают, что помогают людям, — проговорила Синтия с сарказмом, неизвестно откуда набравшись храбрости.

Адам улыбнулся. После встречи со Спайроу, и неудачной попытки подбросить ему жучок, Экхарт стал искать другие подходы к Хоуку. Проходя мимо магазина электроники, чистильщик увидел на экране одного из телевизоров женщину, с которой однажды провёл ночь. Вспомнив кто она такая, Адам понял что нужно делать. Пробравшись в дом Синтии, Экхарт с лёгкостью подобрал пароль на компьютере, и, увидев файл с предстоящим репортажем, Адам лишний раз убедился, что пришёл по адресу.

— Я могу сделать твой репортаж более целостным. Ведь ещё не поздно внести изменения? — поинтересовался Экхарт, перестав улыбаться.

— Какие изменения? — насторожилась Синтия.

— Я дам тебе подробную информацию о человеке, отдающим приказы налётчикам.

«Здесь должен быть какой-то подвох. С какой стати чистильщик будет сдавать своего собрата? Чистильщик ли он на самом деле, или же обычный провокатор?» — недоумевала Синтия.

Адам думал, что услышав это предложение, Синтия вцепиться в него словно клещ, однако журналистка была в замешательстве, и не торопилась прояснять ситуацию.

— Спасибо за лестное предложение, но я ни за что не поверю, что ты это делаешь по доброте душевной, — с сомнением проговорила Синтия, решив, что здесь скрыт какой-то подвох.

— А вот это уже тебя не касается. Либо ты соглашаешься, и вносишь изменения, либо я ищу другого человека, которого заинтересует эта информацию.

«Так я тебе и поверила. Если я откажусь, ты меня пристрелишь и закопаешь на заднем дворе, чтобы я не проболталась!» — подумала Синтия, а вслух ответила:

— Я согласна. Такой случай выпадает крайне редко.

Весь день Глория не находила себя места, ожидая перевода. Когда же заключённых отвели на ужин, Глория поняла, что глупо было ждать помощи от Алекса. Прежде чем вдова окончательно пала духом, надзиратель отвёл её в комнату для свиданий, где Глорию уже дожидался адвокат.