Фантастика 2026-203". Компиляция. Книги 1-21 - Alexey Off
Наконец, устроился, теперь у меня будет минут пятнадцать для медитации и размышлений в тепле и спокойствии.
Пошел уже третий месяц, как я влился в дружный коллектив "Научно-исследовательского института городского хозяйства". Всё как обычно: не успел я приступить к работе, как на меня уже залезли и погоняют. Вначале, как вчерашнему студенту, видимо не зная, чем же таким полезным можно загрузить такого ценного кадра, мне поручили собирать материалы по различным направлениям, которые определяли старшие и более опытные товарищи. Что ж, первое время такая ситуация меня полностью устраивала, ведь я не сидел на месте, а имел свободный график для посещения Государственной научно-технической библиотеки и её патентного фонда. Благодаря этому у меня оставалось достаточно свободного времени для решения собственных бытовых вопросов, которых накопилось немало.
А вот вторая новость оказалась для меня неприятной. Неизвестно по какой причине, наш отдел перспективных исследований, не дав ему развернуться, прикрыли. Поэтому с изучением "передового зарубежного опыта" придется повременить.
Моя безмятежная жизнь продолжалась недолго. Три дня три назад ситуация резко изменилась и случилось это по моей же вине. Дело в том, что, особо не задумываясь, я подбирал нужную информацию не только в изданиях, которые были переведены на русский язык, но и в оригинальных журналах - на английском, испанском и немецком. Некоторое время, на это никто не обращал внимания, до тех пор, пока один дотошный старший научный сотрудник не решил подробнее ознакомится с первоисточниками собранного мною материала. Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что искомый журнал издаётся лишь на испанском языке. Казалось бы, ничего странного в этом не было, ведь в Центральной государственной библиотеке можно было заказать перевод любой статьи, хоть с китайского. Но дело в том, что очередь к переводчикам стояла длиною от нескольких недель до нескольких месяцев. Да и нехилая оплата таких услуг не могла миновать институтскую бухгалтерию, а её не было.
Словом, на следующий день меня вызвали на ковер к руководству отдела, где я услышал странный вопрос: а почему это ты, парень до сих пор молчал о таких своих талантах? Спросили не просто так. Оказывается, существовал номерной приказ по министерству о дополнительных выплатах таким полиглотам, а я тут сижу и ворон считаю. И что мне ответить на такой правильный вопрос? Сказать своему начальнику, что такая мизерная добавка меня совершенно не волнует? Ага… таких дураков еще поискать надо, поэтому, пожав плечами я ответил:
- Видите ли Валерий Михайлович, меня об этом никто и не спрашивал. Ведь все это написано в моей автобиографии, да и в учётной карточке, которая находится в отделе кадров, наверняка имеется. Вот я и подумал, что все в курсе…
Услышав такой ответ, начальник удивленно взглянул на меня, мол, что взять с этого студента и отпустил с богом как золотую рыбку. Отпустить то отпустил, но с этого дня все сообразили и думаю не только наши, что появилась отличная возможность сэкономить на переводчиках. Не прошло и недели, как эта информация разнеслась по всему пятиэтажному зданию нашего института. А это не есть gut. Наверняка теперь попытаются усадить этого полиглота за переводы для всей конторы, что меня соверщенно не устраивает. Так ведь, на долгие годы можно закопаться в пыльных архивах и библиотеках. А сидя в них, сложно рассчитывать на продвижение и такую желанную для меня заграничную командировку.
Чтобы хоть как-то подсластить пилюлю, мне была выписана максимальная премия за четвёртый квартал в целых сорок процентов, но разве я за этим сюда пришёл? Ничего не поделаешь, надо обязательно проявить себя по профильной специальности. Вот только давненько мне ничего толкового в голову не приходит. Да и что такого можно придумать, не имея конкретного задания? Если за минувшие три месяца я не нашёл ответа на этот непростой вопрос, то и на нынешние троллейбусные пятнадцать минут надеяться нечего.
Проходную я пересек вовремя, минут за пять до восьми, и устроившись за рабочим столом за открыл ежедневник с ближайшими планами.
- Ну что ж, сегодня и завтра я работаю здесь, в институте, систематизируя и обрабатывая собранные за последнюю неделю материалы.
Мысли вновь перескочили на совершенно посторонние вещи, и я внезапно припомнил нашу ноябрьскую гулянку, которую сотрудники отдела устроили накануне октябрьских праздников. Пропустив по паре рюмок, мои коллеги слегка расслабились, и тут я с удивлением узнал, что меня они держат за дальнего родственника то ли нашего директора, то ли, по меньшей мере, одного из его заместителей. Действительно, а как иначе можно объяснить тот стремительный рывок, который позволил мне обойти десяток старших и наверняка более опытных коллег? А я ведь не только вчерашний студент, но и на четыре-пять лет моложе любого из них.
В тот раз, за столом, я ничего объяснять не стал: хорошо знаю, любые оправдания только усиливают подозрения. Да и прямо в глаза мне ничего не говорили - так, лишь намекнули за рюмкой. Тем не менее у меня появилась ещё одна веская причина доказать всем, что не только за свои красивые глаза я занимаю должность инженера-конструктора второй категории. Одно время даже подумывал, а не нацепить ли на лацкан пиджака свой значок лауреата отраслевой премии и с независимым видом прогуляться институтскими коридорами?
- Эх-хе-хе, нелегка судьба попаданца - вульгарис. Вот как всем объяснить, что не получается у меня быть таким же, как все. Пробовал - не выходит.
Но переживать пока рано, ведь всего три месяца прошло. Я не сомневаюсь, придёт время, и явится она, та самая "плодотворная дебютная идея" – та, на которую возлагал столько надежд великий комбинатор товарищ Бендер.
Вот толк днями сидеть бездумно глядя в потолок, в ожидании, когда-же наконец на тебя упадёт то самое ньютоново яблоко, - не мой метод. Ьыли и другие вопросы, которыми надо бы заняться. Имею в виду - личного свойства.
Я переключился на новую мысль, ведь никто не отменял известного правила -