Павел Торубаров - Дурная привычка

— Ну что, Крохаль, — Ледокол повернулся ко мне. — Какие у тебя теперь планы?

— Не знаю, — честно признался я. — У нас с Сержем был договор о взаимном сотрудничестве. Он силу утратил.

— А что за договор, если не секрет? — полюбопытствовал сталкер.

— Сначала он со мной должен был пройти к «Радару», — я не видел смысла сейчас что-то скрывать, — потом я с ним — на Станцию.

— Ну, ни хрена себе! — выдохнул Леха. — А установление коммунизма на всем белом свете в ваши планы не входило?

— Нет, — я про себя усмехнулся тому, насколько близок был Ледокол к моим недавним мыслям. — Хотя, идея — ничего себе. Надо попробовать.

— Попробуй, — кивнул головой сталкер. — И меня с сбой возьми. Я тоже хочу к мировому благу приложиться.

— Леха, — я махнул рукой. — Прекрати. Ты из «Долга». Тебе с одиночкой не по пути. «Остановим заразу Зоны!» — это твой девиз. Возвращайся к своим, Воронин, наверное, волнуется, куда это его боец пропал.

— Воронин меня послал вас с Сержем прикрыть!

Во как! Вот это новость! Воронин, значит! Интересно, а генерал заранее знал, что мы к хутору пойдем с Сержем? Стоп!!! А тогда, у тракторной бригады?! Тоже Воронин?

— Леха! — от напряжения мой голос осип. — Повтори, что ты сказал сейчас!

— Повторяю! — голосом вокзального информатора проговорил Леха. — Генерал Воронин, командир группировки «Долг», отправил меня, Алексея Ледокола, бойца означенной выше группировки, в рейд, имеющий конкретную цель — подстраховать двух сталкеров: Крохаля и Сержа. Что здесь непонятного?

— Непонятно, откуда Воронин вообще узнал, куда мы идем. Тебе он что сказал?

— Мне он сказал дословно следующее: «Леха! Это, наверное, самое важное задание в твоей жизни! Тебе нужно будет добраться до деревни кровососов и подстраховать там Сержа с Крохалем». — Ледокол проговорил это на одном дыхании, после чего сделал вдох и продолжил, глядя на меня: — Чего глаза выпучил, как омар? Любит тебя наш командир! Пользуйся, пока можешь!

— А как он объяснил свою осведомленность?

— А, никак! — Леха отмахнулся. — Это ж Воронин, мать его так! Он не объясняет, он приказывает. И перечить ему бывает сложновато.

— Послушай! — я приблизился к сталкеру. — Что-то тут нечисто. Никто, кроме меня и Сержа, не знал нашего маршрута. Да и Серж узнал меньше суток назад. Как твой чертов начальник об этом проведал?

— Не знаю, — развел руками Леха. Потом он принял позу учителя, излагающего очередную непреложную истину, и проговорил: — Есть три вещи, непонятные мудрецам: путь птицы в небе, путь змеи на камне, и путь Воронина в Зоне. Я, например, давно махнул на это рукой, и принял за данность, что генерал осведомлен о происходящем значительно лучше всех остальных сталкеров, сваленных в одну кучу.

— Так, Леха, — я сел на камень и пригласил сталкера присоединиться. — Теперь еще раз и медленно. Считай, что я полный придурок, который только что научился ложкой в рот попадать. И объясни, как ты здесь оказался.

— Ты здоров, Крохаль? — Леха заботливо приложил руку к моему шлему, изображая попытки потрогать лоб на предмет повышенной температуры. — Голову не напекло?

— Заканчивай! — рявкнул я, все больше раздражаясь от непонимания происходящего, и оттолкнул лехину руку. — Объясни, что вообще тут происходит? Я уже ничего не понимаю!

— Ладно, ладно! — Ледокол примирительно замахал руками и немелодично пропел: «Отпус-с-ти мне батю-ю-шка грехи-и! Знаю, у меня их-х очень много-о. Вы-ы-слушай, прошу, и-и-и помоги-и!» Расскажу! Все, как на исповеди! Честное слово! Только ты на меня больше не серчай, уважаемый сталкер Крохаль! А то я расстроюсь и тихо загнусь под ближайшим кустом от обиды. И останется твой долг ко мне невыплаченным. Тебе же совесть не позволит потом спокойно жить — замучает совсем.

— Ничего, пусть замучает. Потерплю. — я не мог долго сердиться на Ледокола, которому, плюс ко всему, действительно многим был обязан. — Ты рассказывай, не отвлекайся.

— Приставучий ты какой! — Леха присел рядом. — Ладно, слушай. Значит, наверное, дня три назад вызвал меня к себе Воронин, и сказал, чтобы я все дела Шурину сдал, и сидел на базе в получасовой готовности. У нас же знаешь как: «Есть, товарищ генерал!». Ребята в рейд, а я в казарму. Лежу, понимаешь, на матраце, бока пролеживаю. Хорошо! Только скучно. Вечером вчера зовет меня генерал опять пред свои ясные очи, и говорит, что утром надо мне будет собраться-подпоясаться и топать в сторону «Милитари». Я ему: «За каким чертом, дорогой начальник?» А он в ответ: «Бегом, твою мать!» Ну, я руками развел, козырнул и двинул. Только за пределы «Ростока» вышел, мне от Воронина сообщение пришло, дескать, дорогой мой Леха, и далее по тексту. Я, как и ты, ничего не понял. Ну, думаю, у начальства очередной заскок приключился. Однако, приказ есть приказ. Пошел дальше. Только до холмов добрался, смотрю, Кузя впереди. Да так шустро чешет! Я за ним. Он через лощину прошел, и к деревне прямиком. О как, думаю. Ему-то что надо в той деревне? Там же, отродясь, кроме кровососов, ничего не было! Я, значит, потихоньку, за ним, чтобы он меня не заметил. А тому — хоть бы хрен по дороге: несется к домам и по сторонам не смотрит. Потом вижу — залег. Я тоже за камушком спрятался. Кузя полежал-полежал, и дальше побежал. Я, как ты сам понимаешь, двинул за ним. Вижу, он к дому. И я к дому. В окно тихонько заглянул: Кузя из «Калаша» в подвал целится. Я в дом, а там стрельба. Притаился за стенкой. Тут, как раз, на ПДА сообщение упало, что в этой самой деревне только что застрелили Сержа. Ну, я и вышел. Как раз к развязке успел. А вот откуда Воронин про это заранее знал, это, ты меня уволь, сам у генерала выясняй. Так что, мне тебя теперь страховать, пока наш дорогой начальник приказ свой не отменит. Странно, что он еще на меня через сеть не матерится, за то, что я Сержа прохлопал.

— Действительно, странно. Ну, Леха, вокруг меня за последнее время столько всего произошло, что еще одной странности я просто не удивлюсь. Хочешь, пошли со мной. Для меня это даже хорошо: одного напарника у меня убили, а второй, потенциальный, ссучился. Так что, не в обиду тебе сказано, как запасной вариант ты мне очень нравишься. Пошли!

— Куда?

— В Припять, для начала. Запасов у тебя хватит на такой рейд?

— Крохаль, — Леха даже встал от неожиданности услышанного. — Ты совсем плохой, да? Чего ты в той Припяти забыл? Мало, что ли, по Зоне других мест, где голову сложить можно?

— Мест-то, Леха, может, и не мало, — я вздохнул, — только в Припять меня долг зовет. Понимаешь? Долг! За себя и за того парня. Ну, очень мне туда надо!

— Ну, раз очень надо… — Ледокол тяжело вздохнул. — Тогда пошли. А то ведь ты, без присмотра, опять в какую-нибудь шнягу влезешь. Редкостное у тебя везенье, Крохаль, попадать туда, куда обычный сталкер добирается только в пластиковом мешке. А ты, зараза такая, оттуда еще и выбраться целым умудряешься. Везунчик!