Фантастика 2026-135 - Елизавета Владимировна Соболянская

— Вот же неблагодарная морда! Я ради тебя даже на полчаса раньше приехала на работу.

— Не ради меня, а ради новой порции сплетен, — с ленивой усмешкой поправила она.

— Можешь называть это хоть сплетнями, хоть информационной сводкой, мне без разницы, — закатив глаза, отмахнулась Джулия. — Однако ты не имеешь ни малейшего права обесценивать моё беспокойство за твою маленькую, бесчувственную задницу.

Дверь соседнего лифта распахнулась, выплюнув очередную группу из сотрудников, работающих на одном из двадцати этажей. И они вместе с двумя офисными клерками и ярко разукрашенной девушкой в розовом полушубке доехали до десятого, где благополучно разошлись в разные стороны.

— Этот козлина тебя обидел? С чего вдруг ты сегодня вырядилась в невзрачное серое нечто?

— Я одета в соответствии с рабочим дресс-кодом, про существование которого и тебе не мешало бы узнать.

— Вообще я тоже придерживаюсь строгой формы, — наигранно оскорбилась она и тут же лукаво улыбнулась, поправив воротник своей наполовину расстёгнутой красной блузки, из глубокого разреза которой выглядывало чёрное кружевное бра. — Именно так и должна выглядеть успешная секретарша.

— Вот же мартовская кошка.

Они зашли в приёмную при кабинете начальника Аннель, где она села за свой рабочий стол, а Джулия с комфортом развалилась на маленьком диванчике, что собственноручно и притащила в компании двух перекаченных атлетов.

— Ну?.. — протянула она в нетерпении. — Как прошло? Не томи уже!

— Как, как… никак. Мы даже раздеться не успели.

— И что случилось на этот раз?

— Какой-то малолетний придурок решил на машине Ролана попрыгать из-за того, что он якобы занял его место. Помял бампер, разбил лобовое стекло и пафосно свалил.

— Ролан набил ему морду?

— Что? Нет, конечно! Кто его знает, что у этого придурка было в голове. Ещё бы пырнул или дружков своих позвал. Поэтому мы повели себя как взрослые, цивилизованные люди.

— Этот козлина потащил тебя в участок?

— Естественно. Я же свидетель.

— Знаешь, что я думаю?

— Нет, Джулс, умоляю! Только не начинай снова про эту вуду-фигню.

— В смысле, не начинай?! У тебя реальные проблемы, на которые ты просто закрываешь глаза.

— Какие проблемы? Вымышленные проклятья, что живут исключительно в твоём воображении? Так это скорее твои проблемы.

— Ну да, как же. Сколько мы знакомы? Семь лет? И за всё это время у тебя ни одного мужика не было! Что это, если не проклятье?!

— Господи, на мужиках, что ли, свет клином сошёлся?

— Так и помрёшь старой девой.

— Какая ещё старая дева? — едва не задыхаясь от возмущения, Аннель вытаращилась на подругу. — Напоминаю, мне двадцать пять, а не сорок пять!

— Вот именно, проснись уже наконец, твоя молодость улетает в трубу из-за чёртового проклятья!

— Отстань, — устало отмахнулась она.

Дверь по-хозяйски распахнулась, и в приёмную при кабинете руководителя юридического отдела зашёл начальник Аннель. Несмотря на грузное телосложение и выпирающий из-за твидового пиджака округлый живот, его походка отличалась уникальной в своём роде грацией. Он словно плыл по воздуху пушистым облаком, и белоснежные, как снег, кудри гармонично подпрыгивали в такт его шагам.

— Доброе утро, господин Вушток, — не меняя фривольной позы, поприветствовала его Джулия. — Чудная сегодня погодка, не правда ли?

— Джулия, снова тут. Пит тебя хоть иногда видит на рабочем месте? — вяло проворчал дядя, скорее для галочки, нежели из-за искреннего возмущения. Он проигнорировал её кокетливую улыбку и прежде, чем скрыться за дверями своего кабинета, бросил из-за плеча: — Анналия зайди ко мне.

— Я тоже считаю, что тебе хотя бы изредка стоит показываться на глаза господину Мореллу, — с самым серьёзным выражением лица поддакнула Аннель, поднимаясь из-за стола.

— Мы с тобой ещё не закончили!

— Да-да, я в курсе. Будь так добра, милая Джулс, сгоняй за кофейком.

Та в ответ буркнула что-то из разряда: хрен тебе, а не кофе‎. Однако её слова частенько расходились с поступками, поскольку она относилась к той категории женщин, у которых «нет» подразумевало «да». Она могла нагрубить и даже послать на все четыре стороны, а затем, как ни в чём не бывало помочь самим добросердечным способом. Такова была природа Джулии, сочетающая в себе несочетаемые качества: откровенную прямоту и изощрённую хитрость, любящее всех вокруг сердце и колючий, ершистый нрав.

Аннель зашла в кабинет и направилась к широкому письменному столу из массива тёмно-красного дерева, заваленного пышными стопками бумаг разной важности, что уже не первую неделю дожидались подписи руководителя.

— У вас будут для меня особые поручения? — с дежурной улыбкой спросила она, остановившись в метре от стола.

— Нет, ничего такого, я позвал тебя по другой причине, — дядя развернулся в своём кожаном офисном кресле к мини-бару и извлёк из него две бутылки заграничного тоника, одну из которых протянул ей. — Присаживайся. Разговор может затянуться.

— Что-то случилось?

— Можно и так сказать, — он вздохнул и ласково посмотрел на неё. — Садись, ласточка. Не заставляй старика вставать и усаживать тебя за ручку.

Присев на край стула, Аннель буквально подалась всем телом вперёд, с тревогой вглядываясь в широкое лицо, тронутое редкими, но глубокими морщинами, что выдавали в нём весёлого, улыбчивого человека. Сейчас на лице, каждую чёрточку которого она помнила наизусть, застыло непривычно тоскливое выражение, заставляющее её сердце неприятно сжаться от страха.

Хоть отец с дядей Эдмундом и являлись всего лишь кузенами по бабушке, но отношения у них с самых юных лет завязались теплее, чем могли бы быть у родных братьев. Они всегда были вхожи в дома друг друга, как в свои собственные, будь то в праздничный или обычный день. И не могли остаться в стороне, если кто-то из них переживал трудные времена. Поэтому, как только у них возникла необходимость в переезде обратно на материк, дядя оказался первым, кто откликнулся и протянул руку помощи, приютив в собственном доме всё их семейство на целый год.

Он поспособствовал поступлению Аннель в университет по внутренним экзаменам, потянув за нужные ниточки, когда её учёба в выпускном классе накрылась медным тазом. И предложил пройти у себя стажировку на четвёртом курсе. Работать же под его руководством оказалось настолько комфортно, что она, не задумываясь, осталась на контракте. И вот уже три года старательно выполняла свои обязанности.

Не считая трудностей на личном