Лиланд Модезитт - Эффект Этоса

Ван почувствовал, что теперь и он краснеет, хотя вряд ли Эмили это заметит в слабом свете ресторана.

— Я хотел провести с вами больше времени, когда попал сюда в первый раз, но не мог. Я не был властен над расписанием. И, в известном смысле, не властен и ныне.

— Случается.

— До сих пор помню нашу экскурсию к Скальному Шпилю.

— Кажется, это было так давно.

— Не для меня, — выпалил он.

— Вы более романтичны, чем можно подумать, — заметила она. — Почему же до сих пор никого себе не нашли?

Ван поглядел в свой полупустой стакан, затем в ее серые глаза.

— Просто это заняло много времени.

На этот раз опустила взгляд она. Затем смущенно улыбнулась.

— Полагаю, я сама напросилась.

— Нет. Ничуть. Я никогда не отличался тонкостью в личных делах.

— Возможно, вам имело бы смысл не пытаться это снова доказывать. Не сейчас, — но в ее глазах плясали искорки.

— Не сейчас, — согласился Ван. — О, пока не забыл, вы не против, если я попрошу об одном профессиональном одолжении? Думаю, это мелочь.

Эмили подняла брови.

— Новости… новости с Сулина и из Беннона. В частности, хотелось бы, чтобы вы смогли узнать что-то о медийщике по имени Эшли Марсон. И о моем брате Артуро, если можно.

— Понятно. Это будет не так уж и трудно. Но займет некоторое время. Похоже, сейчас сведения о Сулине добываются со скрипом.

Он этого и опасался.

— Вы могли бы просто переслать их в местное представительство ИИС. Там директор Мириам Адулла, она направит информацию мне.

— Все говорят, что это поистине впечатляющая дама.

— Да. У меня встреча с ней завтра утром.

Оба замолчали, так как появилось главное блюдо. Ван отпил еще глоток светлого эля, затем кивнул официанту, чтобы принес еще. И замялся, чувствуя, что слова застревают в горле. С ним такого давно не происходило.

— Скажите мне снова, что вы одолели все эти световые годы, чтобы увидеть меня.

— Я одолел больше, чем все эти световые годы, чтобы увидеть вас, — заученно произнес он. Эмили от души рассмеялась. — И мне дорог ваш смех.

— Это слишком прямо. Мать всегда мне говорила, что дама никогда не смеется с умыслом.

— Ужасно…

— Она была очень старомодна.

Ван откусил немного жаркого, едва ли ощутив его вкус, потому что любовался ею и слушал ее, Эмили, свою Сенту. И надеялся.

Мириам Адулла поглядела на Вана через стол для совещаний.

— Тристин сказал мне, что вы будете его преемником, но я не ожидала этого так скоро.

— Он не позаботился сказать об этом мне, — заметил Ван. — Я думал, его однажды заменит Нинка.

— Что она вам рассказала? Ведь вы ее спрашивали? Не так ли?

— Мы поговорили об этом. Нинка сказала, что умеет планировать, но не годится для главного руководства.

— Она недостаточно безжалостна.

— Недостаточно безжалостна?

Мириам улыбнулась, широко и с сочувствием.

— Я не больно-то верю в совпадения, Ван. Что бы ни случилось в системе Джеруша, вокруг этого аура Тристина.

— У вспышки новой? Как такое может быть?

— Сроки весьма подозрительны, и если кто-то мог бы добиться, чтобы солнце вспыхнуло, став новой, то это только он. С Десоллом связано много более чем просто загадочного. Мои годы близятся к шестидесяти, а я знаю Тристина со своих девятнадцати. Он выглядел тогда точно так же, как в тот день, когда я видела его в последний раз. Десолл лишь человек, имевший доступ к фархканам. И он также противился любому проявлению ревенантской экспансии. Его все больше и больше повергало в досаду нежелание других крупных держав Рукава обуздать ревенантцев.

— Это не означает, что Тристин мог устроить вспышку новой.

— Я читала сообщения. Там вспыхнула не новая, там была крупная вспышка. Большая разница. Не для людей. Они и так, и эдак мертвы. Но для системы — она на месте.

— Пятьсот миллионов мертвых и система, самое меньшее на много лет необитаемая, без терраформирования.

— Вы знаете, что я права, — сказала Мириам. — Нет смысла больше это перебирать.

Ван пожал плечами.

— Вот видите. И не слишком удивляйтесь, когда решите, что Десолл был прав, — темные глаза задержались на нем. — Что сделано, то сделано. Вы здесь, и надолго задерживаться не можете. Я подготовила расписание, — в центре стола появилась голограмма. — Давайте посмотрим. Если вы не считаете что-то из этого необходимым, дайте мне знать.

Ван сомневался, что у него найдутся какие-то возражения. Она знала Мерое и Кушитские системы куда лучше него, и он видел счета. В общей сложности, тарянин провел с Мириам два часа и не ушел, пока она не заполнила различными поручениями почти все его время в последующие четыре дня, начиная с завтрашнего утра.

Затем, чувствуя больше чем просто легкое напряжение, Ван отправился к дому Сафо в западной части Курти. Он колебался, не позвонить ли сперва, но предпочел риск не застать ее. И, конечно, сестры не было дома.

Ван отыскал небольшой ресторанчик и подкрепился, а затем позвонил. Как только Сафо ответила, он оборвал связь и вернулся обратно, но даже не успел подойти к дверям, когда она отворила их. И вышла навстречу, высокая и блистательная, с полыхающими рыже-золотыми волосами.

— Это ты звонил, да? — улыбка ее была печальной.

— Я приходил раньше. Тебя не было.

— Мог бы позвонить, чтобы узнать, когда я буду.

— После твоего письма у меня не было уверенности, насколько мне обрадуются. И думал, что тебе будет труднее сказать нет, если я заявлюсь лично.

Сестра медленно покачала головой.

— Я никогда не говорила, что в гневе на тебя. Всегда тебе рада, — и отступила из дверей. — Входи. Девочки в школе, а Эйлсья на работе. Я же заступаю лишь со следующего семестра. У нас пока еще неразбериха. Я стала быстрее уставать.

— Здесь гравитация больше.

— Есть и другая тяжесть.

Ван подождал, пока она не закроет дверь, и лишь тогда сказал:

— Прости, что я не смог прилететь раньше. У нас были проблемы.

— У тебя всегда проблемы, брат.

Он принял эти слегка горькие слова.

— Первое, Глава ИИС погиб в ходе несчастного случая с кораблем. Второе, мой корабль получил основательные повреждения. И третье, меня призвали давать показания перед Ассамблеей Коалиции. Я стартовал, как только корабль был готов. Мы встали в док на Орбитальной вчера днем.

Сафо упала в новое кресло в гостиной, показавшееся ему, впрочем, похожим на то, которое он помнил по ее дому в Бенноне.

Ван выбрал стул с прямой спинкой.