Иэн Бэнкс - Несущественная деталь

— Вы не воин, — сказал Демейзен. — Воин — это я. — На его лице мелькнула улыбка.

— Я рада за вас. Ну, что теперь?

— Теперь мы пытаемся наводить назад то, что со стороны должно выглядеть как следящий сканер корабля класса «Палач». Он засечет догоняющего нас энтузиаста.

— А это не покажется ему подозрительным?

— Не думаю. Корабли — в особенности боевые корабли и в особенности старые корабли — время от времени делают такие штуки. На всякий случай.

— И как часто удается что-нибудь найти?

— Практически никогда.

— А что — все старые боевые корабли такие нервные?

— Те, что выжили, — да, — сказал Демейзен. — А некоторые из нас подозрительны до паранойи. Я вот, например, делал переворот и направлял мой главный передний сканер точно назад, чтобы наверняка знать, что ни один факер не подкрадывается ко мне потихоньку сзади. Но долго так не пролетишь. Страшновато. Все равно что бежать задом наперед в темноте. — Аватара рассмеялась. — Хотя бывают вещи и пострашнее; вот, скажем, ты преследуешь незаметно — как тебе кажется — ничего не подозревающий корабль и вдруг, моргая, оказываешься в лучах света переднего сканера корабля класса Ненавидец. — У аватары был веселый вид. — Ну, сейчас посмотрим.

Ледедже уставилась на экран. Зернистое пятно в центре приобрело некие очертания — нечто похожее на округлую черную снежинку восьмиугольной симметрии.

Последовала пауза. Брови Демейзена поползли вверх.

— Да? — сказала Ледедже несколько мгновений спустя, когда молчание аватары затянулось. — И? Что происходит?

— Проклятье! — сказал Демейзен. — Они ускоряются. И быстро.

Ледедже уставилась на экран, но на нем вроде бы ничего не изменилось.

— И что вы собираетесь делать? — спросила она.

Демейзен присвистнул.

— Меня так и подмывает поддать газку, чтобы этот факер остался далеко позади. Или сделать разворот, пугнуть его сканером с полным компонентом прицеливания и крикнуть: «Привет, коллега, космопроходец! Чем могу быть полезен?» — Аватара вздохнула. — Но мы узнаем больше, если еще какое-то время будем прикидываться невинной овечкой — корабликом класса Палач. Они нас догонят минут через сорок. — Демейзен посмотрел на нее — такой взгляд, видимо, должен был восприниматься как ободряющий. У него это не очень хорошо получилось. — Вы должны понять, что это почти наверняка какая-нибудь ерунда, и вы очень скоро выйдете из этого костюма.

— Он довольно удобный.

— Правда? Прекрасно, прекрасно. Понимаю. Но я на всякий случай перехожу в режим полной боевой готовности.

— Занять места по боевому расписанию?

На лице Демейзена появилось мучительное выражение.

— Ужасно устаревшее выражение. С тех древних времен, когда на кораблях были экипажи. Или такие экипажи, которые там присутствовали не просто для катания. Но в принципе — да.

— Могу я чем-нибудь быть полезна?

Он улыбнулся.

— Моя дорогая девочка, в истории Культуры вот уже около девяти тысяч лет ни один человек — как бы ни был прекрасен этот вид во многих других отношениях — ничем не может быть полезен в серьезном космическом сражении. Вам остается только восхищаться красотой взрывов… или иногда вносить в них свой вклад.

— Вносить вклад?

— Ну, в смысле участвовать своими химическими составляющими. Расцвечивать. Ну, вы понимаете.

— В любом случае к нам уже направляется подмога.

— Правда? Нам повезло. И что это? Кто они такие.

— Один старый корабль класса «Палач».

— Что, настоящий корабль?

— Настоящий боевой корабль. Хотя и старый, как я уже сказал. Будет здесь через два часа.

— Так быстро. И без всякого предварительного оповещения.

— Такие уж они — старые корабли. Бродят по галактике годами, десятилетиями, а то и дольше, никому не говоря о своем местонахождении и назначении, но время от времени один из них оказывается в нужном месте в нужное время и делает что-то полезное. Наверно, это нарушает монотонность существования.

— Да, этот уж точно оказался в нужном месте.

— Ого-го. Что, зашились там?

— Не больше, чем вы, коллега.

— Для вас я — уважаемый коллега.

— Прижмурьте пару тысчонок этих маленьких сучат, и тогда можете делать вид, что достигли уровня уважаемого коллеги, коллега.

— Ну и ну. Ужасно, как мы флиртуем, правда?

— О да, ужасно, — сказала Ауппи Унстрил, ухмыляясь, хотя общались они только по звуковой — без картинки — связи. — Я от стыда вся покраснела. Есть еще новости?

— Наши неизменно услужливые уважаемые коллеги из ДжФКФ сообщают, что вот-вот подавят вспышки, с которыми они столкнулись, — сказал ей Ланьярес Терсетьер — коллега и любовник. — Как и мы, они полагают, что у них порядок, работа идет, все под контролем, а вдруг раз — и еще одна вспышка. Но в основном они, похоже, заняты тем, что проверяют все остальные фабрикарии.

— Я полагаю, мы должны быть благодарны за то, что они вроде бы так неплохо управляются.

— И за то, что у них так близко столько кораблей.

— Да. Правда, возникает вопрос, что они все тут вообще делали.

— Я смотрю, у тебя зуб на этих ловких ребяток.

— Неужели чувствуется?

— Да.

— Ну и прекрасно. Не доверяю я этим сукиным детям.

— Они о тебе очень хорошо отзываются.

— Они обо всех очень хорошо отзываются.

— Это так уж плохо?

— Да. Это означает, что им нельзя доверять.

— Ты так цинична.

— И подозрительна до паранойи. Не забудь — до паранойи.

— Ты уверена, что не была бы больше на месте в ОО?

— Нет, не уверена. А что насчет «Гило»? — Быстрый пикет «Гилозоист» находился на противоположной от них стороне Диска. Как это ни странно, почти синхронная инфекционная вспышка гоп-материи одновременно наблюдалась и в опасной близости от Пропускного Объекта Контакта на Диске, основной — а на самом деле, по условиям договора, обязательной — базы для всех видов, проявляющих активный интерес к Цунгариальному диску. Что ни говори, та инфекция была серьезнее этой: меньшее количество, но более совершенных, машин появились, словно личинки, из скопления фабрикарий вокруг самого Объекта и принялись атаковать давно разоруженный «Гилозоист». Он едва справлялся на собственном участке и не имел ресурсов, чтобы участвовать в подавлении инфекции, с которой пытались совладать Ауппи и ее друзья.

— Все то же. Продолжает веселиться в своем уголке.

ДжФКФ уже делали намеки на какой-то заговор; две вспышки почти одновременные, но так далеко разнесенные по геометрии Диска, это выглядело подозрительно, говорили они. Они подозревали чье-то подлое внешнее вмешательство и говорили, что не успокоятся, пока не разоблачат преступников. А тем временем они будут доблестно сражаться рука об руку со своими уважаемыми товарищами из Культуры, чтобы удержать, загнать назад и в конечном счете подавить инфекцию гоп-материи. Они отправляли корабли по всему Диску, чтобы препятствовать дальнейшему распространению инфекции, оставляя своих братьев из Культуры, более искушенных в военных вопросах, вести что-то вроде рукопашной. (Каждый занимается тем, что умеет делать лучше и всякое такое.) Но даже при том, что они пытались избегать участия в наиболее серьезных столкновениях, время от времени все же доставалось и им. Они старались изо всех сил, сражаясь бок о бок с лучшими из них (под лучшими, естественно, имелась в виду Культура), хотя это и не отвечало их природе.