Лиланд Модезитт - Эффект Этоса

Глава 79

Ван оглядел кокпит, зная: что-то неладно. И даже больше, чем просто неладно.

Обратный отсчет начинается с шестидесяти… пятьдесят девять, пятьдесят восемь…

Цифры медленно шли одна за другой, а он напряженно думал… что-то было не то с этими цифрами, и ему следовало бы знать, попытаться вспомнить… понять, что он должен сделать…

…тридцать шесть, тридцать пять, тридцать четыре, тридцать три, тридцать два…

Передача с «Элсина» прервалась, и корабль пропал.

Ван резко сел на своей широкой постели в капитанской каюте. Костюм вымок до нитки. Он лишь хотел ненадолго вздремнуть во время перелета к Дхарелу. Но его настиг тот же кошмар, являющийся хоть и не каждый раз, когда Ван засыпал — а временами уснуть просто не получалось — но все же слишком часто.

Он стянул с себя потный костюм и взял другой, а также чистое белье, и направился к душу. Впрочем, после омовения ему стало намного легче. Всего лишь десять минут спустя командир опять был на кокпите.

Алья поглядела на него.

— Вы неважно спали.

— Это правда, — признался Ван. — Я порядочно тревожусь.

— Так… так было и с командиром Десоллом. Он спал только урывками.

— А когда-нибудь говорил, почему?

— Не напрямую. Тристин говорил о том, как люди упорно повторяют все те же образцы. И что ревенантцы загнали себя в неэтический образец, но считают его этическим, и ничто, если только не произойдет катастрофа или вмешательство свыше, не изменит их. А затем смеялся и говорил, что в этом-то и трудность, поскольку за всю свою долгую жизнь он никогда не видел прямого вмешательства свыше.

Ван кивнул, легко представляя себе, как Тристин такое говорит.

— Я тоже не видел, — кстати, как ему вспомнилось, Десолл когда-то был Пророком, а пророки действуют от имени божеств. Но волю какого божества он вершил?

Молчание воцарилось на кокпите, и Ван вернулся к изучению экранов, систем и мониторов. И не нашел никаких отклонений.

Прошел еще час, «Джойо» приблизился к наружной Орбитальной Станции фархканов.

— Фархка Станция 2, это корабль Коалиции «Джойо», кодовое название Двойной Негатив, пилот Альберт, попечитель Рхуле Гхере, направляюсь к вам для консультации и за информацией.

Минута шла за минутой, долго, очень долго. А получили ли фархканы его послание? Он изучил мониторы. Никаких кораблей вокруг, не считая двух фархканских судов, располагающихся ближе к центру системы от станции, оба с признаками ИЭВ, похожими на дредноутские. Ни одно не изменило курс и ни одно не направлялось в сторону «Джойо». Прошло еще пять минут.

— Корабль «Джойо», пилот Альберт, вам разрешено приблизиться и пришлюзоваться. У вас есть маяк?

— Фархка Станция 2, подтверждаем. Маяк есть. Идем дальше в соответствии с разрешением.

Ван старался, как мог, чтобы подход к станции и посадка прошли ровно, хотя не мог одолеть беспокойства.

Тристин говаривал, что фархканы могут держаться неприветливо и что их технология намного превосходит высшие достижения людей. Установка для солнечной вспышки это подтверждала.

— Человек пилот Альберт, можете пройти в первый зал для бесед. Вас встретят.

— Станция 2, спасибо. Я иду. — И он кивнул.

— Они с вами говорят? Это нечто, — заметила Алья, пока командир отвязывался.

— Меня больше волнует, как фархканы нас встретят.

— Вы поймете, что делать.

— Будем надеяться, пойму, — и Ван соскользнул с командирского места.

Несколько минут он провел в своей каюте и приводил себя в порядок, прежде чем пройти к люку и отпереть его. В серо-зеленом, безликом коридоре фархканской станции его обдало мускусным запахом, о котором он совсем забыл. Не то чтобы запах вызывал отвращение, просто был слишком чуждым. Ван запер люк мысленным приказом и пошел дальше. Коридор был пуст, как и в прошлый раз.

Впереди виднелась одна-единственная открытая дверь. Фархкан, который ждал в зале, лишенном мебели и любых иных предметов, не воспринимался как тот, что делал ему операцию, восстанавливая вкрапления.

Ван поклонился.

— Спасибо вам. Не думаю, что мы встречались.

— Мы не встречались. Можете считать меня Эрелоном Джхаре. Вашим попечителем остается Рхуле Гхере, Ван Кассий Альберт.

Нелегко было представить себе, с чего начинать разговор.

— Почему вы здесь? Пилот Десолл применил технологию выше ваших человеческих возможностей. Результаты убили много сотен миллионов.

Ван некоторое время думал, прежде чем ответить.

— Найти какое-то понимание.

Джхаре пролаял, смеясь по-фархкански.

— Вы ищете… отпущения… за то, чего не предвидели и не делали. Никто не может его даровать.

— Вы один из тех, кто изучает людей и этику?

— Любой, кто по-настоящему изучает что-нибудь, может изучить и этику, — помедлив миг, Джхаре добавил: — Я изучаю технологию, которую пилот Десолл… — Настала долгая пауза, прежде чем фархкан продолжил — применил неэтичным образом, надеясь достичь этичного разрешения неразрешимой трудной задачи.

— Ревенантская культура была неразрешимой трудной задачей?

— А разве не очевидно? Эта культура основывалась на существовании божества. В ней правила поведения приписаны божеству. Эти правила исключают свободный выбор. Ни одно божество не может исключить свободный выбор. Общество, развитие которого определяют подобные правила, неизбежно порочно.

— Общества должны иметь правила. Иначе они не уцелеют. — Возразил Ван. Фархкан рассмеялся.

— Вы правы. Общества должны вырабатывать правила. Правила, которые налагаются во имя божества, всегда порочны. Они порочны, потому что негибки. Вселенная меняется. Даже законы вселенной не могут быть негибки.

Командиру пришлось подумать о том, какого рода пороки имеет в виду фархкан.

— Без твердого руководства люди могут склониться к чему угодно на любой лад.

— А разве это не справедливо в отношении любого существа, у которого развивается разум и которое способно рассуждать?

То был, собственно, не ответ, не так ли?

— Вы говорите, что нет моральных абсолютов?

— Солнце взрывается вспышкой. Погибает культура, множество существ. Такое случается во вселенной. Разве это неэтично? Как это может быть? Такова вселенная. Человек находит способ произвести вспышку солнца; он применяет этот способ, чтобы уничтожить мир. Почему это сколько-нибудь отличается от того, что снова и снова делается во вселенной?