Тимоти Зан - Зеленые и Серые
Двое молодых мужчин спрыгнули с яхты на пристань и стали подтягивать швартовы. На палубе появились темные фигуры и начали спрыгивать с борта на пристань еще до того, как судно окончательно закрепили. Осторожно оглядываясь, они организованно, цепочкой двинулись к двум лестницам, ведущим от пристани к площади. Затем они разделились на две группы и стали подниматься по лестницам. На яхте из сходного люка появлялись еще фигуры и выстраивались по обе стороны палубы, ожидая очереди, чтобы сойти на берег.
— Я не вижу ни у кого серьезного оружия — сказал Мессерлинг. — Кто-нибудь видит?
— Нет, — ответил первый наблюдатель.
— Тоже нет, — подтвердил второй. — На самом деле я вообще никакого оружия не вижу.
— Может, застанем их врасплох. — Мессерлинг потянулся за мегафоном. — Всем подразделениям: внимание! Один, два…
Возглавляющие цепочки мужчины поднялись уже до верхних ступенек, и одна из групп оказалась прямо напротив изогнутой стены, за которой прятались полицейские…
— Пошли! — выпалил Мессерлинг.
На площади вдруг стало светло, как днем: это включились полтора десятка прожекторов, скрытых на балконах и за кустами. В то же мгновение полицейские, укрывавшиеся за стеной, приподнялись и направили компактные автоматы МП-5 «Хеклер и Кох» на поднимающихся по ступенькам людей. Те замерли как вкопанные.
— Полиция! — крикнул Мессерлинг. Усиленный мегафоном голос устрашающе заметался между зданиями. — Вы окружены! Оставайтесь на местах и поднимите руки!
* * *Когда свет внезапно ударил в глаза Кэролайн, первой мыслью было, что в одном из зданий напротив произошел взрыв. Ахнув, она вскинула руку, закрывая лицо, и отпрянула, больно ударившись бедром о панель управления…
— Полиция! — загрохотал голос. — Вы окружены! Оставайтесь, на местах и поднимите руки!
Она с шумом выдохнула, страх сменился смятением, смешанным с недоверием. Полиция? Но откуда?..
И тут до нее дошло, и отчаянное напряжение сменилось приливом надежды.
Тайное послание не пропало.
Щурясь от яркого света, она повернулась, к Сильвии. Та смотрела в сторону, и было невозможно разглядеть выражение ее лица. Ho в ее позе было что-то такое, от чего у Кэролайн по спине побежали мурашки. Если полиция думает, что она просто сдастся, их ждет неприятный сюрприз. Заметавшееся между зданиями эхо еще не затихло, а в голове у нее послышался неясный шум команд, отдаваемых зеленым…
В то же мгновение палуба под ногами качнулась, и с другой стороны яхты раздалось множество всплесков.
— Что за чертовщина? — Пауэлл с изумлением глядел, как со стороны борта, противоположного берегу, вода словно взорвалась брызгами, когда, по меньшей мере, двадцать боевиков кинулись в реку.
— Они в воде, — бросил Мессерлинг в микрофон. — Группы пять и шесть, спуститься к реке и ждать, когда выйдут. Осторожно, у них может быть звуковое оружие.
Последовал краткий ответ, и несколько полицейских в бронежилетах, сидевших на корточках за низкой стеной в пятидесяти футах от воды, перепрыгнули через укрытие и побежали к гавани, держа наготове МП-5.
— Осторожно — они у южной пристани, — предупредил первый наблюдатель. — Вижу в воде двоих — нет, троих, держатся за причал.
Пауэлл перевел взгляд в указанном направлении. Действительно, у стороны причала, противоположной корме яхты, из воды торчали три головы. Двое по краям держались за край причала, тот, что посередине, по-видимому, держался на плаву.
— Быстро плавают, — пробормотал Мессерлинг. — Всем быть начеку, эти трое могут отвлекать внимание.
Шестеро спецназовцев добежали до ограждения причалам остановились, направив стволы на троих людей в воде.
Спустя мгновение они отшатнулись, потому что двое мужчин по краям мощным броском подкинули своего товарища из воды, и, перелетев через леер, тот приземлился прямо в середине группы полицейских. Не обращая внимания на беспорядочную стрельбу, он схватил двух ближайших к нему полицейских и толкнул на оставшихся, в результате чего все они оказались на земле.
Восстановив равновесие, нападавший отпрыгнул вправо и зигзагами побежал к южной эспланаде.
— За ним! — рявкнул Мессерлинг в микрофон. — Взять его!
Он еще не договорил, как разверзлась преисподняя.
По всей поверхности гавани из воды появились головы и спины предполагаемых беглецов, подобные играющим дельфинам. Каждый держал руку за головой, как футбольный нападающий, готовый вбросить мяч в зону защиты противника, а другую держал вытянутой прямо перед собой. Пауэлл увидел блеснувший металл… — Берегись! — крикнул он, инстинктивно отпрянув.
Пловцы, достигнув верхней точки прыжка, снова скрылись в волнах…
Половина прожекторов, разбросанных по площади, вдруг моргнула и погасла.
— Что за?
— Из рогаток стреляют! — крикнул второй наблюдатель. — Целят по прожекторам…
— Уходят! — вклинился еще чей-то голос.
Мужчины у северного края гавани, которые до этого неподвижно стояли в свете прожекторов под направленными на них автоматами полицейских, внезапно бросились в разные стороны. Одни попрыгали с лестниц вниз и побежали на восток, где разница высот между площадью и уровнем гавани защитила бы их от автоматов, нацеленных из парка. Другие перепрыгнули через перила и побежали к деревьям на северной стороне площади и стоящим позади зданиям, а остальные рванулись прямо на автоматы укрывающихся за стеной спецназовцев.
Один из полицейских приподнялся и навел оружие…
В то же мгновение воздух прорезал резкий звук, и Пауэлла встряхнуло. Воздействие на полицейских, стоявших внизу, оказалось куда сильнее. Они отшатнулись, а тот, что пытался прицелиться чуть не упал, нелепо взмахнув автоматом. Не успел он оправиться, как один из боевиков, бежавших к деревьям, метнул в него диск и выбил из рук оружие.
Краем глаза Пауэлл увидел, как пловцы снова показались над водой; не успел он оглянуться, как те дали второй залп из рогаток. Послышался звук осыпающегося стекла, и оставшиеся прожекторы тоже погасли. За мгновение до наступления темноты Пауэлл увидел, как нападавшие смяли полицейских у изогнутой стены.
— Что же это творится, — пробормотал Мессерлинг. — Ну, все. Всем внизу: надеть противогазы. Слезоточивым газом — огонь!
Послышались хлопки, и Пауэлл отвернулся, крепко зажмурив глаза. Спустя две секунды гранаты разорвались с оглушительным грохотом, чуть не подбросившим его на балконе, и вспышкой света, ослепившей даже через закрытые веки. Свет потух, Пауэлл снова поднял голову и выглянул с балкона.