Андрей Посняков - Отряд

- А дальше? - заинтересованно вытянул шею Митрий.

- А дальше - известно дело. Встречаться стали. Женщину, вдовицу эту, Жерменой зовут. Хорошая баба, справная и не старая совсем - тридцати нет. Мужик ее, плотник, лет семь назад умер - в лихоманке сгорел. Жермена погоревала-погоревала - нечего делать, троих детей кормить-выращивать надо, - пошла работать. Смастерила, как смогла, тележку - утром засветло шасть по деревням - накупит овощей, редиски там, огурцов, репы, днем на рынке продаст - тем и жила. Не ленилась, вот и выбилась в люди - и лавки приобрела, и дом починила. Теперь уж, слава богу, сама по деревням не ездит - работник нанят, да скоро и детишки совсем подрастут, два парня у нее и девчонка. Добра женщина… И не то чтобы я ей очень нужен, а так, привечает.

- Ясно. Ты, чай, жениться-то не надумал?

- Говорю ж, не нужен ей никто. Вот, сказывала, детей вырастит, уж тогда можно и жениха выбрать. Какого-нибудь солидного человека, желательно пожилого, небедного.

- Да, - покачал головой Иван. - Что и говорить, умная женщина. Ну, хоть ты нашелся…

- А я и не пропадал… Что, еще кого потеряли? Жан-Поля?

- Его… Может быть, оно и ничего, а может… Вот что, парни, вы поработайте сегодня одни - лавки проверьте, за шерстью съездите, а я все ж таки Жан-Поля поищу. Похожу по рынку, по закусочным, поспрошаю - мало ли?

- И то дело, - согласно кивнул Прохор. - Жан-Поль ведь нам не чужой - так получается. Значит, все верно, искать надо.

Проводив друзей, Иван мысленно составил план и приступил к поискам. Поначалу прошелся по рынку, поговорил с торговцами - и с теми, что работали на новоявленных коммерсантов, и со всеми прочими. Никто ничего толком сказать не мог - ну, не видели они Жан-Поля, что с того? Мало ли где тот шатается?

Пройдясь по рю Сен-Пьер, юноша дошел до аббатства, попросив послушника позвать брата Жерома. Слава богу, тот оказался на месте, вышел, выслушал и, покачав головой, улыбнулся - ничего страшного не произошло, Жан-Поль и раньше зависал по нескольку дней у какой-нибудь симпатичной девицы, так что пока искать его нечего - объявится сам. Вот если через пару дней не объявится - тогда другое дело.

Иван и сам думал так же, однако нельзя сказать, что слова монаха его успокоили. Да, конечно, спору нет, любой молодой человек может на какое-то время увлечься особой женского пола, но… Но все же что-то неспокойно было у Ивана на сердце, очень неспокойно.

В тот же самый день, едва не столкнувшись с Иваном, быстро шагал по рю Сен-Пьер человек с неприметным лицом. Остановившись, спросил у прохожих дом господина прокурора и, получив ответ, постучал в дверь.

- Здесь проживает господин королевский прокурор?

- Да, именно здесь, - отозвался из-за двери слуга.

- Мне нужно срочно видеть его.

- Как доложить, месье?

- Скажите, помощник королевского лейтенанта господин Дюпре явился по важному делу.

Оргон:

Смотрю, нет ли кого случайно в гардеробной;

Чтобы подслушивать, здесь уголок удобный…

Жан-Батист Мольер. «Тартюф, или Обманщик»

Жан-Поль все не объявлялся, и друзья немедленно приступили к его активным поискам, включив в орбиту своих расследований всех, кого знали, - брата Жерома, торговцев, трактирщиков и собственных наемных работников.

Куда делся нормандец - сказать было трудно. Мог и в самом деле зависнуть у какой-нибудь дамы, мог стать жертвой недобросовестных конкурентов, да на худой конец ввязаться в какую-нибудь глупую дуэль, где и погибнуть. Все нужно было проверять, все. Прохор больше склонялся к первой версии - о любовнице, а Иван и примкнувший к нему Митрий - ко второй, о происках недобросовестных конкурентов. Вот их-то они и пытались вычислить и разработать.

Собственно, вычислить их особого труда не составило - всего-то и нужно было, что сходить на рынок да составить список оптовых покупателей шерсти. Таковых набралось аж целых три человека: г-н Жали, г-н Мердо и г-жа Экюлье, тоже, кстати, вдовица. Вот с ними и предстояло поработать - как можно скорее выяснить, не имели ли они отношения к таинственному исчезновению новоявленного предпринимателя г-на д’Эвре. Иван с Митькой почему-то были уверены, что имели. Ну, понятно, не все, а кто-то из этой троицы - точно. Иван и раньше-то удивлялся - уж больно гладко протекало становление их предприятия, словно бы и не было в Кане никаких других суконников. Расследование расследованием, но, кроме того, приходилось думать и о женском аббатстве - как влезть в доверие к матушке-настоятельнице и вызнать все, что можно, о ее недавнем посетителе, странствующем монахе Гилберте, о котором еще в Париже особо предупреждал Ртищев.

Да и о деле не нужно было забывать - развивать производство, изучать рынок, давать взятки королевским чиновникам, платить рабочим, закупать сырье и краску, организовывать продажи - в общем, забот хватало. Еще бы, в конец обнищать уж никак не хотелось - с деньгами-то любые дела куда как легче делаются, что дома, в России, что здесь, во Франции! Вот и крутились как белки в колесе. Доставку продукции и оплату Иван с Митрием пока переложили на Прохора, сами же все силы бросили на поиски пропавшего приятеля. А как же! Ведь не чужой человек, хоть и, честно говоря, своеобразный - одна парижская подстава чего стоит! Не забывали и о женском аббатстве, поручив брату Жерому собрать как можно больше сведений о настоятельнице, матушке Женевьеве.

Ну а пока занялись конкурентами. Первым по списку стоял г-н Жали - потому как жил ближе всех, здесь же, на рю Сен-Пьер, буквально через три дома.

- Вот и славно, - потер руки Иван. - Там как раз напротив корчма - посидим, послушаем, понаблюдаем. Правда, одеться надо будет попроще…

Так и сделали. Располагавшаяся на первом этаже доходного дома корчма оказалась небольшой и нельзя сказать что уютной - больно уж в ней было тесно, особенно сейчас, ближе к вечеру. Что и сказать, народу набилось изрядно - мастеровые, какие-то моряки в широких коротких штанах, зажиточные крестьяне из ближних деревень, торговцы скотом и прочие. Иван с Митрием едва отыскали свободное местечко и, взяв по кружечке сидра, навострили уши. Приятелям повезло - за столом, рядом с ними, сидели местные завсегдатаи, с неподдельным интересом смаковавшие подробности утренней драмы - опрокидывания телеги с рыбой.

- А коты-то, коты! Со всех сторон слетелись!

- Не слетелись, а сбежались, Жак-Ив, разве ж коты с крыльями?

- Да, Жак-Ив, и где ж ты видал котов с крыльями? Может, расскажешь, а?