Вадим Еловенко - Пастухи на костылях

— Фидан, мне нужны итоговые по перевороту. — Сказал он не громко и, поднявшись, мужчина вышел из расчетного зала.

Вернувшись через несколько минут и оглядывая идеально чистые доски на стенах Фидан сказал:

— Так непривычно…

Не понимая, о чем ведет речь друг, Сергей протянул руку и Фидан вложил в нее кипу листков с расчетами. Сев на свое место Фидан включил чайник и когда тот вскипел налил им обоим кофе. Принимая из рук друга кружку, Сергей сказал:

— Так, перерыв. У меня уже ум за разум заходит. — Закурив, он поделился с другом: — Слушай, я не могу привыкнуть к этим переменным с числовым значением. Я путаюсь в них. Реально.

Флегматично пожав плечами, Фидан сказал:

— Я тоже. А что делать? Алфавитов на всех не хватит. Штейн пробовал свой алфавит на несколько сотен символов ввести, но сам в итоге запутался и вернулся к исходным.

Покивав, Сергей согласился, что делать нечего, придется работать со стандартными символами, добавляя к ним цифровое значение. Докурив и потушив сигарету в пепельнице, Сергей поднялся, разминая суставы и прошелся по залу.

— Во сколько там новости будут?

— Американцы в шестнадцать ноль ноль статистику выпустят… — отозвался Фидан.

— Да я про обычные новости. — С улыбкой сказал Сергей.

— Ааааа, так это как обычно в семнадцать по-нашему. — Сказал Фидан, для которого понятие «новости» было связано исключительно с данными, влияющими на торги на Форексе.

Сергей посмотрел на хронометр на стене и сказал:

— Закругляемся тогда. Сохраняй результаты. Завтра доделаем. Пойдем хоть поедим нормально.

Они сохранили свои наработки, выключили компьютеры и покинули зал. С некоторым сожалением на прощание Фидан посмотрел на идеально чистые доски висевшие по стенам, но ничего не сказав только тяжело вздохнул. Каждый раз, глядя на них, он вспоминал старика, которого не успел… не успел спасти.

Спустившись в нижнюю кухню и обнаружив сидящую за длинной стойкой — столом Ольгу, Сергей подошел к ней и, поцеловав, спросил:

— Ты когда вернулась?

Улыбаясь любимому, Ольга ответила:

— Час назад. Я не стала к вам заходить, чтобы не отвлекать. Вы все закончили?

Вместо Сергея ответил Фидан, подходя к холодильнику и вытаскивая из него две замороженных «лазаньи».

— Какое там… Серега у тебя очень ленивый. Рабочий день до четырех и хоть потоп.

Он поставил обе порции в микроволновку и сам присел за стойку. Увидев на столе бутылку рижского бальзама, он подтянул ее к себе и немедленно достал две водочные стопки.

— Так бальзам не пьют! — Возмутилась Ольга. — Видишь, я в кофе себе добавляю!

— Ну, вот и попробуем. — Со смешком заявил Фидан, разливая в две стопки бальзам. Протянув одну Сергею, а другую взяв сам он сказал: — За то что бы у Ильи все получилось.

Согласно кивнув, Сергей, не чокаясь, выпил, а недовольная таким обращением с бальзамом Ольга только покачала головой и сказала:

— Как в старом КВН: Тут появятся татарин и русский, принесут еще немного закуски, и покажется действительно мало, рижского бальзама.

Сергей улыбнулся ей и, взяв пульт со стола сделал погромче телевизор над ними. Показывали Богуславского.

— Его вспомнишь он и появится. — Сказал насмешливо Фидан и внимательно посмотрел на экран.

Подняв руку и прося тишины Сергей сделал звук еще громче. Богуславский давал интервью.

— Когда нас обвиняют в диктатуре. — Говорил, не отрываясь, глядя на корреспондента, Илья: — Мы только киваем и говорим: да у нас диктатура закона. Абсолютная. Впервые в истории России у нас вдобавок диктатура конституции. Когда говорят, что мы вводим государственное регулирование цен, мы говорим: да, мы ввели государственное регулирование цен на все что связано с национальными проектами. Мы регулируем цены на жилье, мы регулируем цены на медикаменты, и мы заморозили цены на хлеб.

— А вы не боитесь ответной реакции? Что строить станет не выгодно, что пропадет хлеб с прилавков? Что медикаментов не станет в стране?

Улыбаясь словно глупому ребенку, Богуславский ответил:

— У нас огромный опыт за спиной виде планового хозяйства Советского Союза. Не считайте, что мы идем по их граблям. Мы даем заработать строителям, фармакологам, фермерам. Мы даем им заработать ровно столько, чтобы этот бизнес оставался им интересен. Но не больше. Взамен мы даем государственную защиту предприятиям и их владельцам. В этой жизни все допускают ошибки. Мы страхуем эти предприятия и их хозяев от ошибок. Часто очень часто отменяем в их отношении штрафы за простые человеческие ошибки, не ведущие к серьезным последствиям. Налоговые органы впервые в нашей истории служат не просто для обирания граждан и предприятий, а именно для консультаций и ПОМОЩИ, предприятиям. Мы добились того, что налоговым органам стал выгоден не тупой сбор налогов, а именно сотрудничество с ОПЕКАЕМЫМИ предприятиями. Увеличение производства этими предприятиями и как следствие увеличение налогов напрямую сказывается на заработной плате сотрудников курирующих именно это предприятие. ЛИЧНАЯ ответственность государственного служащего. Хотя мы делаем сейчас все что бы вывести территориальные налоговые органы в частную сферу. Доверить обработку налоговой информации коммерческим предприятиям. Это тоже будет впервые в нашей стране. А бесплатный и конфиденциальный аудит? Мы первая страна в мире, которая наравне с бесплатными адвокатами в суде предоставляет бесплатную юридическую и экономическую помощь предприятиям первого и второго звена. Они платят налоги, и мы как государство обязаны защищать их интересы ЛЮБОЙ ценой. Это огромный стимул для предприятий выходить на новый уровень развития. Когда предприятие выходит на этот уровень его письменно уведомляют, что их интересы теперь являются интересами государства. По их требованию НЕМЕДЛЕННО без проволочек обязаны рассматриваться вопросы связанные с их проблемами. От пожарной безопасности предприятия, до его экологической чистоты и возможности расширения… государство вполне может решать эти задачи, если видит, что предприятие честно выполняет свои договоры с ним. Честно платит заработную плату. Это главное. Честно платит налоги, это второе обязательство. И конечно работает на благо нашей страны. То есть предприятие производит продукцию нужную и безопасную для граждан нашей страны. Три основных договора и государство признает это предприятие своим партнером. И берет под свою опеку, а не просто требует с него.

— Но разве есть в стране предприятия вредящие людям?

Богуславский сдержанно улыбнулся и сказал: