Андрей Быстров - Эффект проникновения

Гордеев отпустил водителя и сам сел за руль приземистой машины, похожей на инкассаторский броневик. Двигатель заработал с отлаженной мягкостью, за которой чувствовалась мощь.

На высокой скорости броневик пронесся по улицам внутреннего города – машине Гордеева почтительно (или боязливо) уступали дорогу. Перед металлическими воротами, справа и слева от которых торчали уродливые бетонные сооружения со смотровыми щелями. Гордеев притормозил и нажал какую-то кнопку на приборной панели, но не остановился. Тяжелые на вид створки ворот распахнулись с неожиданной легкостью, и машина вкатилась по крутому пандусу в подземный тоннель. Здесь Михаил Яковлевич снова увеличил скорость. На стенах тоннеля мелькали красные, зеленые и оранжевые огни, освещающие километры толстых кабелей и труб. Пробег под землей закончился другим пандусом – близнецом первого, по которому броневик поднялся наверх и оказался в зацементированном круглом дворе, словно на дне цилиндрической шахты. Трое вооруженных людей в форме НКВД подошли к машине. Гордеев опустил стекло.

– Товарищ народный комиссар, – рапортовал офицер, взяв под козырек, – на вверенном мне объекте происшествий нет. Среди персонала больных и отсутствующих нет. Штатный режим работы по расписанию «Вергилий-три». Капитан Петров.

– Молодец, капитан, – похвалил его Гордеев, вылезая из машины. – Мы с товарищем сейчас спустимся в мой кабинет. Вызови лифт.

– Есть!

Капитан Петров подбежал к узкой серой будке на периферии двора, щелкнул тумблером. Полминуты спустя пластиковые дверцы будки разъехались, Гордеев и Мальцев вошли в лифт. Там имелись только две светящиеся кнопки – одна со стрелкой, указывающей вниз, вторая – вверх. Михаил Яковлевич надавил первую, дверцы закрылись, лифт бесшумно тронулся.

Он доставил Гордеева и Мальцева в мрачный коридор, куда выходило несколько дверей. Гордеев отпер ключом одну из них, жестом пригласил Мальцева в помещение, где автоматически зажегся свет.

Обстановка небольшого кабинета была скудной – стол с компьютером, сейф, ряд телемониторов, кресла в углу.

– Мой личный терминал, – сказал Гордеев, указывая на компьютер. – Такие кабинеты и терминалы есть только у трех человек в Фоксхоле – еще у товарища Тагилова и вашего друга Зорина. Каждый из нас в любой момент может самостоятельно запустить ракеты. Разумеется, вряд ли кому-нибудь придет идея поступить так без консультаций с остальными… Гм… Но мы с вами сейчас так и сделаем.

Загрузив компьютер, Гордеев прикоснулся к нескольким клавишам. Загорелся экран одного из телемониторов. На нем появилось изображение зала с куполообразным потолком и множеством пультов, возле которых сидели операторы.

– Центр управления, – пояснил Михаил Яковлевич. – Сердце Фоксхола.

Ожил экран второго монитора. Там Олег увидел в полутьме абрис гигантской сложной машины, опутанной тысячами разноцветных проводов. Сбоку виднелись вращающиеся вогнутые сетки, напоминающие радары.

– Любопытно, правда? – Гордеев ткнул пальцем в экран. – Энергетическая установка. Отсюда открываются Двери, ведь сами Ключи не вырабатывают энергию… Перед вами свидетельство небывалого торжества человеческого разума. Не жалко?

Мальцев покосился на Гордеева с удивлением. Очевидно, как бы ни подействовал манкуртал, Михаил Яковлевич по-прежнему оставался самостоятельной личностью, лишь знак поменялся с минуса на плюс. Вот таким бы манкурталом накормить преступников, политиков и прочих остро нуждающихся… Жаль, что случай Гордеева, вероятно, один на миллион, да и то неизвестно, надолго ли и чем кончится.

Не дожидаясь ответа Мальцева, Гордеев уже работал за клавиатурой.

– Каждая ракета, – говорил он, перебирая клавиши пальцами, – имеет у нас собственное имя. Это как-то элегантнее, чем номера, вы не находите? Та, которую мы запустим, называется «Черный Стражник». Она предназначалась Нью-Йорку.. Водородная боеголовка в десять мегатонн.

Слушая Гордеева, произносившего ужасные слова с восхитительной непринужденностью, Мальцев вновь ощутил приступ страха. Да этот народный комиссар попросту потешается над ним… Манкуртал – фикция. Они уже решили нанести атомный удар, и вот Мальцев присутствует при том, как будет уничтожено полмира… На экране возникли зеленоватые строчки:

ЧЕРНЫЙ СТРАЖНИК

ЦЕЛЬ – НЬЮ-ЙОРК

КОД ЦЕЛИ 085 316

КОД ТРАЕКТОРИИ 442 031

Коды цели и траектории нам не нужны, – бормотал Михаил Яковлевич, – ведь ракета никуда не летит… Обнуляем их… Могли бы обойтись и без этого, но если мы подготовим к запуску нацеленную ракету, параметры участка выведения покажутся на экранах операторов центра, а это нам ни к чему…

После слов «КОД ЦЕЛИ» и «КОД ТРАЕКТОРИИ» выскочили ряды нолей, что несколько успокоило Мальцева, хотя он не знал особенностей программы и Гордеев мог запросто обмануть его. Монитор высветил новую надпись: ДАТА И ВРЕМЯ СТАРТА

– Тут можно нажать ENTER, и ракета взлетит прямо сейчас, – комментировал Гордеев. – Так как я лишил ее боевого задания, она при таком варианте упала бы где-нибудь в Фоксхоле… Не забывайте, что для бомбардировки Земли надо еще открыть Двери в строго определенных пространственно-временных координатах, а я этого не сделал… Кстати, в данный момент это рискованно, мы вне оптимального интервала… Итак, сегодня, ровно через час? Правильно?

– Да, – нервно сказал Мальцев.

– И последнее – крышка люка пусковой шахты. Нам ведь нужно, чтобы она оставалась закрытой. Так как подобной идиотской операции программа не предусматривает, поступим иначе.

Гордеев подошел к сейфу, набрал код цифрового замка. Внутри оказались не обычные для сейфов полки с каким-либо содержимым, а сплошные ряды выдвижных подносов для компакт-дисков, таких, как в системном блоке любого компьютера, но установленных подряд сверху вниз. Ровный свет зеленых индикаторов свидетельствовал о том, что все блоки заряжены и функционируют.

Открыв два блока одновременно, Гордеев поменял компакт-диски местами.

– Вот так, – удовлетворенно сказал он. – Теперь вместо команды на открывание люка последует совсем другая… Все?

– Нет, не все… Сигнал тревоги.

– Ах да… – Михаил Яковлевич вернулся к компьютеру. – Полагаю, десять минут…

– Вы уверены, что за десять минут они не успеют… Остановить?

– Конечно, уверен. – Гордеев сосредоточенно потыкал пальцами в клавиши. – Теперь бы и я не успел, даже за час, притом они не знают моих личных кодов. Нет, им ничто не поможет, включая взрыв этой комнаты. Ведь здесь – только начало цепи. Сейчас работает множество защищенных, дублированных программ, линий, каналов…