С. В. - Командировка в прошлое

ШСУ-85 и ШСУ-122 были внешне похожи на САУ-122-54 из моей истории, только наклон лобового листа был больше и равнялся 45 градусам. Лобовая проекция бронирования в верхней части была 100 мм, в нижней 75 мм, борта рубки были бронированы в 75 мм.

На ШСУ-122 стояло новое орудие «У-9» разработанное на базе гаубицы М-30 обр. 38 г., но это было о пятаки не то орудие «У-9» что в моей истории. Фактически это было совершенно новое орудие «танковая гаубица-пушка» с длиной ствола в 25 калибров. Механизмы наводки были перенесены на одну сторону. Новая компактная противооткатная система и продуманная маска орудия позволяли вести огонь из него и как пушке прямой наводкой и как гаубице с закрытых позиций. Вертикальный угол наводки был в 45 градусов, горизонтальной наводки в 10 градусов в каждую сторону. Орудие имело развитый дульный тормоз и инжекционную продувку ствола. Во вращающейся башенке расположенной справа на крыше рубки устанавливался дальномер, что при мощной рации установленной на командирских САУ позволяло использовать эти ШСУ как машины управления огнём артиллерии. На крыше рубки устанавливался зенитный ДШК.

ШСУ-85 от ШСУ-122 отличалось в основном орудием. Это была танковая 85-мм пушка разработки КБ Ф.Ф.Петрова, можно сказать почти копия 85 мм танковой пушки «Д-5С» из моей истории, да и назвали также. Пушка тоже имела инжекционную продувку ствола и мощный дульный тормоз. Угол горизонтальной наводки был чуть больше до 12,5 градусов в стороны.

Единственно что всё омрачало это то что выпуск Т-41 и ШСУ на его базе только начинался. И не все «детские болезни» были изжиты, были сложности со стабилизатором орудия и гидравлическими усилителями управления. Так что возможно первые серии машины будут без них. Хотя как меня просветили внедрение в серию шло почти нога в ногу с проектированием. Но все же до наполнения войск новой техникой было ой как далеко. По всей видимости, первый год войны самыми массовыми танками так и будут Т-26, БТ и самоходки на их базе.

По дороге с полигона в Москву читал газеты и журналы, целую кипу собравшуюся у меня за дни пребывания в Москве. Раньше уделить время этому мне не удалось. Интересная вырисовывалась картина, очень сильно различавшаяся с представлениями сложившимися о свободе слова в Сталинском СССР. Но больше всего меня заинтересовал лейтмотив многих передовиц и статей посвящённый разным аспектам жизни и промышленности в стране. Красной нитью через них проходила мысль и призыв к гражданам активней исправлять ошибки и вред причинённый стране и экономике разоблачёнными врагами народа. Смысл сводился к тому что внутренних врагов разоблачили и ликвидировали а теперь нужно исправлять последствия вредительства и перекосов сотворённых ими в стране. Граждан и трудовые коллективы призывали «не впадать в состояние благодушия и самоуспокоенности» а активней участвовать в исправлении ситуации в разных областях народного хозяйства.

Вот такого я точно не помнил из знакомой мне истории. Это был очень сильный ход руководства страны. Позволявший многое исправить и переделать без оглядки на «догматиков и начётников от коммунизма». Ибо как сказал наш любимый вождь и учитель товарищ Сталин, «Марксизм это не догма, а руководство к действию!». Охренеть не встать!

Похоже, тут уже и без моей помощи ИВС скорей всего с подачи местного «попаданца» заварил крутую кашу различных новаций и преобразований. Очень интересно было читать полемику, межу двумя точками зрения на форму оплаты труда рабочих. Газета «Известия» отстаивала бригадный подряд и коллективный договор, «Труд» упирал на то что почасовая оплата более прогрессивная форма хозяйствования, не отрицая впрочем и коллективных договоров и бригадного подряда. Судя по ссылкам в статьях на номера газет, дискуссия шла уже не один месяц.

В газете «Труд» писали «Эти ретрограды не хотят понять что уравниловка подрывает у рабочего желание развиваться и самосовершенствоваться. Бригадный подряд всё равно, без ведения почасовой оплаты или коэффициента трудового участия, будет той же формой уравниловки. Вот на нашем приборостроительном заводе перевели на почасовую оплату цех металлообработки, так брак почти пропал, а производительность повысилась на 30–40 %».

В «Известии» им отвечали «Эти волюнтаристы и индивидуалисты стараются принизить значение коллектива не понимают что почасовая оплата труда ведёт к развитию индивидуализма и отрыву от коллектива. Вот на нашей фабрике, на пробу перевели два цеха на бригадный подряд, так сразу показатели производительности поднялись на 50 %, потому что сам коллектив спуску халтурщикам и бракоделам не даёт». Причём что самое интересное, статьи были от лица конкретного человека или трудового коллектива, хотя в конце статьи высказывалось мнение и редакции газеты не обязательно совпадающие с мнением автора или авторов статьи.

По мне так правы были и те и те, всё зависело от конкретной ситуации. Помню как несколько раз в институте, ещё до развала СССР, собирали бригаду и ездили на «шабашку». Там всё было просто, бригада 10–12 человек заключала договор с колхозом на строительство пары коровников или ещё чего-нибудь. За два месяца отпуска в июле и августе мы их строили. Причём строили качественно так как председатель с правлением работу принимали придирчиво. Работали как говориться «от темна и до темна» по 16–18 часов в сутки без всяких выходных. Но и привезти с «шабашки» двенадцать или пятнадцать тысяч а то и больше было очень круто. У меня тогда зарплата как инженера-электронщика была 140 рублей, это правда без прогрессивки и премиальных. И в этом случае бригадный подряд был оправдан. Все работали без «дураков», лентяев или косоруких в бригаду просто не брали. А если и попадал кто-то хитрожопый то это сразу было видно, мы один раз такого дармоеда через две недели пинком под зад из бригады выгнали. Раз предупредили, работай как все а не филонь. Два предупредили, или работай или проваливай. А на третий раз собрались все вместе и постановили гнать дармоеда из бригады.

А вот на точных и сложных работах, как например у моего приятеля лекальщика, почасовая оплата была бы самым правильным решением. Восемь часов отработать с постоянным вниманием и напряжением «когда пальцами микроны ловишь» как он говорил можно день, два или три. А потом просто накапливается усталость и начинается брак. В моей истории так почасовую оплату в СССР и не вели. Но начальник производства у моего приятеля был не дебил, имел огромный опыт работы и всё понимал. Фактически мой приятель сам регулировал время своей работы, что бы брак не гнать, а поощряли его в основном очень большими премиями. Мог вообще в четверг или пятницу и не выходить на работу.