Юрий Гулин - Кодекс звезды
— А разве входы на правительственную ветку в городе не заблокированы? — обратился Ежов к Жехорскому.
— Разумеется, заблокированы, — ответил тот. — Но Машаня имела в виду обычное метро, ветка которого, как ты знаешь, идёт параллельно правительственной и только под Садовым кольцом уходит немного в сторону. В том месте как раз расположена станция, с которой есть переход на правительственную ветку, и при наличии пропуска…
— Точно! — хлопнул себя ладонью по лбу Николай. — Вот ведь, запамятовал.
— В отличие от вас, — сказал Вадим, — я о том, что от Кремля к «золотому» кварталу идёт какая-то особая ветка метро, ничего не знал. Миша, после того, как аудиенция у Президента закончилась, повёз меня по верху. За что я ему благодарен, так было намного интереснее. Из Кремля мы выехали снова на Красную площадь, оттуда проехали на… на площадь…
— Манежную, — подсказал Николай.
— Точно, Манежную! От неё начинается широкая улица, Михаил сказал, что называется она Союзный проспект и проходит через место, где совсем недавно были старые арбатские переулки. О ней ничего доброго сказать не могу, кроме того, что там по обеим сторонам идёт строительство. А упирается эта улица в мост через Москву реку. За мостом начинается уже Кутузовский проспект и сразу справа от него находится «золотой» квартал. Притом жилая часть расположена по левую сторону реки, а деловая — по правую. Между собой их связывают несколько пешеходных мостов. Жилой квартал построен полностью, но заселён, насколько я могу судить, едва ли наполовину. В некоторых квартирах ещё идёт отделка, остальные пустуют в ожидании хозяев. Правильно я говорю? — обратился Вадим за поддержкой к Михаилу.
— Истину глаголешь! — подтвердил тот. — Ты же помнишь, — повернулся Жехорский к Ежову, — жильё в госквартале строится опережающими темпами. Твоя квартира, кстати, уже готова.
— Знаю, — кивнул Ежов. — Квартира готова, а в здании комитета ещё отделка идёт.
— К осени обещают закончить, — заметил Жехорский.
— Вот к Новому году и переедем, — заключил Ежов. — Ты, Миша, лучше скажи, что с питерской квартирой делать думаешь? За собой оставишь?
— Хотелось бы, — вздохнул Жехорский. — Только как это сделать? Квартира в Москве, квартира в Питере, жирновато получается…
— Так в Москве-то у тебя квартира служебная, — напомнил Николай.
— Так-то оно так, — согласился Михаил, — но всё одно пойдут ненужные разговоры. Тем более с жильём в Питере напряг. Может, Васич с Ольгой в ней пока поживут?
— Они к своей квартире привыкли, — возразил Николай, — Да и есть ли смысл переезжать с места на место, когда через пару лет им тоже в Москву перебираться?
— Парой лет тут не обойдётся, — сказал Михаил, — под «Пентагон» ещё даже фундамент не залили. Думаю, раньше 39 года не возведут, а то и в 40–м…
— А почему «Пентагон»? — спросил Берсенев.
— Ты же вроде в Вашингтоне был, — сказал Ежов. — Здание Министерства обороны США видел? Оно, если посмотреть сверху, имеет форму правильного пятиугольника. Так у нас будет построен двойник этого здания, и там и там над проектом трудился один архитектор.
— Постой… — нахмурил брови Берсенев. — Что-то я ничего подобного в Вашингтоне не припомню…
— И не удивительно, — усмехнулся Жехорский, — нет там такого здания!
— Как это нет? — удивился Ежов. Потом до него дошло. — Вот чёрт! — воскликнул он. — Получается, мы у американцев проект перехватили. Это теперь у них копия будет? Вот потеха!
— Если будет, — усомнился Жехорский. — Они, может, теперь другое здание захотят построить.
— Ну и хрен с ними! — отмахнулся Ежов. — Давай лучше про квартиру договорим. Может в неё Машаня заселится?
— Как это заселится? — не понял Жехорский. — Её же в МГУ зачислили?
— Переведётся в Питер, — пожал плечами Ежов.
— Ладно, — чуть раздражённо сказал Жехорский. — Сейчас пусть лучше Вадим рассказ продолжит, а с квартирой мы что-нибудь решим. На крайняк опять сделаем её конспиративной.
— А что? Это мысль! — согласился Николай и повернулся к шурину. — Так что ты мне ещё не рассказал?
— Я хотел сказать насчёт архитектуры «золотого» квартала, — оживился примолкший было Берсенев. — Я в этом деле никакой не специалист, потому не сразу понял, что она мне напоминает. А как ты сказал, что над проектом трудились, в том числе, и американские архитекторы, до меня дошло: Америку и напоминает! У них там тоже высотные здания уступами друг к дружке поналеплены. Только в «золотом» квартале дома всё-таки пониже, и хотя построены теми же уступами, но напоминают не отвесные скалы, а океанскую волну, что, на мой взгляд, более красиво. Вдоль Кутузовского проспекта стоят самые низкие дома, хотя и в них, по-моему, не меньше десяти этажей. По краям квартала дома задираются этажей до двадцати — там располагаются гостиницы. От них к набережной снова идёт спад этажей до пятнадцати, а потом постепенный подъём к середине, где возвышается самое высокое здание, я в нём насчитал аж тридцать этажей, и это не считая шпиля наверху! Но главное даже не это. Главное то, что внутри квартала есть всё, что необходимо для нормальной жизни: и школы, и детские сады, и магазины, и спортплощадки, и…
— … парикмахерские, — подсказал Николай.
— Да, и парикмахерские, — посмотрел на него Вадим. — Это разве плохо?
— Это просто замечательно! — улыбнулся Николай. — А как тебе глянулся комплекс государственных зданий?
— Так они ещё наполовину в строительных лесах, — пожал плечами Вадим. — Что там будет, можно только догадываться. А из того, что построено, впечатлил, конечно, Дворец Народов!
; — А метро? — спросил Николай. — Впечатлило?
— Если ты про правительственную ветку, так я по ней не ездил, — ответил Вадим. — А если про малое кольцо, что проходит под «золотым» кварталом, то красиво конечно, на станциях, я имею в виду, вот только…
— Чего примолк? — спросил Николай.
— Да вот думаю, — ответил Вадим, — не лишнее ли это? Ведь там всё и так довольно близко, да и народ на работу предпочитает пешком через мосты идти.
— А тебе не пришло в голову, что это не столько метро, сколько бомбоубежища? — спросил Николай. — Надёжное укрытие для обитателей госквартала в случае возникновения угрозы нападения с воздуха?
— О таком я точно не подумал, — признался Берсенев. — Зато подумал о другом. А нельзя было «золотой» квартал построить рядом с Кремлём? Дешевле бы обошлось.
— Неверно мыслите, товарищ адмирал! — сказал Жехорский. — В центре города земля самая дорогая, так что дешевле бы точно не обошлось. Мы как рассудили. Исторический центр (всё, что находится в пределах Садового кольца) — место в Москве самое престижное, земля, которая должна приносить доход. А какой доход от госучреждений? Вот мы их по максимуму их центра и выносим. Начали с органов власти, потом будем выселять за пределы Садового кольца прочую чиновничью братию, а там и до высших учебных заведений дело дойдёт!