Алексей Борисов - Смоленское направление. Книга 2
– Снег к глазу приложи, а то распухнет.
Через полчаса на нас вышел отряд из десяти всадников, сопровождающих санки с брезентовым верхом. За эскортом следовали две лошади, сбежавшие с поля боя. Свиртил восседал на мохнатом низкорослом жеребце, укрывая его белым плащом с золотым православным крестом чуть ли не до самых копыт. Приблизившись к нам, кортеж остановился.
– Мы услышали гром, а когда поймали ваших лошадей, то поняли, что-то случилось. Здравствуй Савелий. Алексий, что у тебя с лицом?
– Привет Свиртил. Мы тут в снежки играли. Вот, неудачно глаз подставил.
Липучки на брезенте разошлись, и сквозь проём показалось лицо Елены. Жена Савелия после рождения сына немного поправилась, но стала выглядеть ещё красивее. Атласные вставки на шубе из соболя переливались изумрудно-лиловым цветом, а короне из страусиных перьев, укреплённых на шапке, могла позавидовать прима карнавала. Мужчины замолчали, затаив дыхание, следя одними глазами, как красавица подошла к мужу и вместо поклона до земли, кокетливо сделала книксен и наклонив голову, обдала Савелия ветерком от перьев.
Праздничное застолье устроили на следующий день. Светлица вновь превратилась в то, чем должна была быть, лишившись больничной ширмы и койки. Гаврила Алексич держал руку на перевязи, сверкая пуговицами новенького кителя, рассказывал Елене про свои подвиги возле деревни при монастыре, сообщил подробности захвата Копорья, не забывая похвалить однополчан.
– Смотрю, в Новгороде не скучают. – Елена поставила бокал с вином на стол и наколола вилкой дольку ананаса.
– Скучать некогда. Немца так пнули под за…, за…, заставили убраться за Лугу. – Алексич прокашлялся. – Псков бы ещё освободить.
– Бьются крепко? – Прервал наступившую заминку в рассказе Савелий.
Гаврюша немного помрачнел лицом, хотел было ляпнуть, что одной левой раскидал бы супостата, но врать не стал.
– Дюже крепко. Особенно рыцари.
– К нам, в Смоленск приехало пяток из Рима, с монахом важным во главе. Рысёнок сказывал, игрища свои устроить хотят. Витязей созывают, силой померяться. – Обмолвился Свиртил.
– И кто за княжество выступать будет? – Мне стало интересно. Рыцарские турниры на Руси как-то не были отражены в летописях.
– Да пока желающих не нашлось. Есть там один латинянин. Кабан здоровый, поболее тебя Алексий будет. Две подковы за раз разогнул, а потом сложил вместе и скрутил как верёвку.
– Подумаешь. У нас в Новгороде, такое любой кожемяка сделает. – Возразил Гаврюша.
– Дело в том, что после этого, вызов он бросил. Мол, вера римская посильнее нашей будет. И никто из смолян ему не ответил. Ермоген сильно опечалился, узнав об этом.
Попытки склонить приграничные с католиками земли, принять римскую веру, после победоносного шествия степняков заметно усилились. Папский престол стал направлять своих посланцев к русским князьям, предлагая всевозможные блага. И самым заманчивым предложением было возможное получение короны, за которым следовало признание королевства европейскими державами. Купцам якобы автоматически открывались рынки сбыта, исследовалась возможность посылки армии для защиты рубежей, и предоставлялось право интегрироваться в светлое будущее христианских народов. Забывали, правда, сообщить истинные цели. Но это такая мелочь, что на них не стоило обращать внимания. Лозунг: – Давайте жить дружно, молясь в одной церкви – был слишком правильным.
– Придётся тряхнуть стариной. – Савелий наполнил бокал и приподнял руку, произнося тост: – За Русь! За славных сынов земли нашей! Все присутствующие встали, прокричали: – За Русь! – Выпивая вино до дна.
Никто не заметил, как в люльке, проснулся младенец, сжал кулачок и выставил большой палец. Карапуз посопел, поёрзал и вскоре уснул безмятежным сном. Желтоватый огонёк лампадки, освещающий иконостас дрогнул, посылая луч света на ладанку, подвешенную над колыбелью мальчика, и отразился на лбу ребёнка. Русь спала, но скоро ей суждено было проснуться. Встать с постели, расправить могучие плечи и сделать шаг, от которого вздрогнет земля, открывая доступы к морям и океанам. И завизжат враги, собирая чёрные армии, и заскулят иуды, прячущие ножи для удара в спину, ибо не найдут они сил, дабы поставить русский народ на колени.
К полудню в крепость у камня приехал Евстафий. Важный купец отдал распоряжения приказчикам начинать погрузку специй, а сам направился размеренной походкой к двери дома, опираясь на посох с золотым набалдашником. Кто научил бывшего приказчика Пахома Ильича так ходить, ещё предстояло узнать, но видимо большие деньги очень способствуют этому. От Евстафия веяло властью. У обитателей дома, которые помнили купца ещё в заштопанных портках, подобное поведение вызвало улыбку, но портить ореол богатея не стали. Дверь распахнулась, на крыльце появилась молоденькая девушка, держащая в руках кубок из жёлтого металла, напоминающий набойную ладью. Вслед за ней вышли Савелий с женой, а за ними можно было рассмотреть Лексея и Гаврилу.
– Мир вашему дому и долгих лет жизни. – Купец выпил горячий сбитень и, поклонившись хозяевам, на сколько позволил животик, зашёл в дом.
Тут произошло чудо. Из пузатого сноба, Евстафий превратился в привычного всем приказчика. Сказав каждому из присутствующих комплемент, купец развязал кошелёк и передал Савелию для Елены маленький мешочек из тонкой кожи.
– Барух просил передать поклон. – Евстафий поклонился, коснувшись рукой пола. – И скромный подарок.
Тонкий браслетик с двумя сердечками на цепочке вскоре красовался на запястье красавицы. И когда возок Елены в сопровождении меркурьевцев, въехал на площадь перед церковью Михаила Архангела, то принимавшие милостыню люди могли увидеть искусную работу мастера по золоту.
– Молитесь за Русь, православные. – Женщина опускала в протянутые ладони чешуйки серебра, продвигаясь к двери. – Дай Бог тебе здоровья княжна – раздавалось в ответ.
– Боярин! Лошадь на заднюю ногу охромела. Подкову потеряла. – Молоденький подмастерье Данилы сообщил воину на чёрном коне, когда Елена скрылась за дверью храма.
– И вправду. Подковать бы надо.
– Так это мы мигом, тут недалеко! – Юноша нарочно говорил громко, привлекая внимание окружающих.
– А может, подковы у тебя – дрянь? Посмотреть бы сначала.
– Как так? Отличные подковы. Вот, посмотрите люди добрые, какие подковы у меня! – Подмастерье вынул три подковы из сумки и стал показывать окружающим. Толпа стала собираться. Кое-кто пытался потрогать их, но ловкий подмастерье ходил по кругу, окружая воина с лошадью людской массой, пока чуть ли не уткнулся в него.