Дмитрий Никитин - РЯВанш!
Принц Фушими еще раз запросил заново устроенный на фор-марсе корректировочный пост - не видно ли на горизонте других крупных кораблей противника? Ответ был отрицательный, хотя наблюдатель признался, что видимость стала плохая. Собственно, даже потопивший "Хиэй" мощный русский дредноут различался на 160 кабельтовых с трудом. Хотя он определенно разворачивался навстречу 2-му флоту. Так! Надо что-то быстро решать. Время идет на секунды, ведь корабли сближаются со скоростью 50 узлов! Не обязательно ведь сходиться на пистолетный выстрел. Надо просто повернуть и встретить противника издалека бортовым огнем. Если окажется, что за одним русским линкором - все новейшие дредноуты Колчака, тогда следует просто отвернуть на соединение с 1-м флотом.
Адмирал Бахирев с удивлением наблюдал, как три больших японских корабля, лишь немного уступающих в величине "Измаилу" поворачивают направо. Не слишком ли рано это приглашение к бою на параллельных курсах. Боятся? А ведь Развозов с Кедровым их сильно потрепали. Первый японец стреляет попеременно из двух и трех орудий, значит три ствола у него не действуют. Второй вообще бьет через раз двумя пушками, одна башня, значит, осталась. Только третий четко выпускает по четыре снаряда за раз. Значит, не двадцать четыре, а пятнадцать стволов у японцев против девяти "измаильских". Ну, да наши-то помощнее. Дистанция 90 кабельтовых с лишним. Нет, надо идти дальше на сближение, а то у самого в погребах осталось хорошо. если половина боезапаса. Пристреляться пока не удавалось. Дальномерщикам со 2-й башни мешал выходивший из изрешеченной осколками дымовой трубы дым. Бахирев велел руководить пристрелкой с 4-й башни, но и это мало помогло. Трехорудийные залпы "Измаила" ложились то с перелетом, то с недолетом. Японцы пристрелялись первыми.
Огромный линейный крейсер вздрогнул от тяжелого удара в кормовую оконечность. Бахирев сразу почувствовал нарастающий крен. Пришел доклад, что заливается румпельное отделение большого руля, однако привод пока действовал. Еще один снаряд разорвался на грот-мачте, сбив площадку кормового компаса. Потом новые попадания и опять - в кормовую часть. Дважды поражена 3-я башня! Похоже, бронебойными... Пробоины в крыше и в задней части барбета. Палуба рядом разрушена. Из пробоин идет дым, из-под палубы показался огонь. Из машинных отделений докладывают о сильном задымлении через вентиляцию. Связи с расчетом 3-й башни нет. Приказ о затоплении погребов? Рано! Есть связь с 3-й башней! Докладывают о потерях в людях, поврежденниях механизмов наводки и элеваторов подъема боеприпасов. Пожары? Просто рядом с башней горит склад аварийных материалов для заделки пробоин. Срочно туда пожарный дивизион! Новые попадания! Теперь совсем рядом с рубкой. Разрушена баня кочегаров, затоплен угольный бункер. Пожар в хлебопекарне. Выведен из строя опреснитель. Взрыв в 3-м каземате 130-мм орудия. Взрывная волна выбила броневые переборки и дошла до перевязочного пункта. Жертвы среди раненых и фельдшеров. Из всех трюмных отсеков доклады о выходе из строя освещения, об угарном дыме, от которого не спасают противогазы. Люди работают по десять минут, выбираясь в очередь отдышаться на сокрушаемую 14-дюймовыми снарядами палубу. Срочно выслать электриков на отладку электросетей! И очистить вентиляционные трубы!
- Накрытие! Накрыли концевой!
Радостный крик одного из флаг-офицеров. Бахирев оторвался от телефона и приник к броневой щели. Точно! Накрытие и даже попадание. У замыкающего линейного крейсера в районе грот-мачты поднимается вверх густое облако ослепительно белого пара.
- Беглый огонь полными залпами!
Сейчас, когда у него осталось лишь шесть стволов, важно успеть выпустить как можно больше снарядов.
Командир "Кирисимы" капитан 1-го ранга Чими Такеси был горд своим кораблем. Сегодня именно его линейный крейсер первым выбил из строя русский дредноут, который запылал, как шутиха, потерял ход и вывалился в сторону. После этого большая русская эскадра обратилась в бегство и рассыпалась в разные стороны. Потом залп с "Кирисимы" поразил в корму другой устаревший русский линкор, который отстал от своих, лишился управления и был добит дредноутами Ямая. Самого "Кирисиму" в сражении как будто хранили боги. Лишь раз вражеский снаряд пробил броню 4-й башни, но не взорвался! Третий бой - с новейшим линкором противника - также пока складывался для "Кирисимы" неплохо. Вражеские снаряды ложились рядом, в бортовых отсеках появилась течь от вызванных близкими разрывами гидравлических ударах, но прямых попаданий не было. Всё изменилось вдруг.
14-дюймовый снаряд ударил сверху чуть впереди 3-й дымовой трубы, пробил последовательно 38-мм броню верхней и 19-мм нижней палубы и взорвался в 7-м котельном отделении у правого борта. Кочегарка наполнилась перегретым паром, который со свистом рвался из перебитых труб, а в пробоину хлынула вода. На некоторое время в кормовой части корабля прекратилась подача электроэнергии, однако положение удалось исправить переключением генераторов. Растущий крен начали уменьшать контрзатоплением бункеров на правом борту. Казалось, ситуация исправляется. Но тут на "Кирисиму" посыпались новые снаряды. Один из них вывел из строя рулевое управление. Дюймовая палубная броня не защитила румпельный отсек, разбитый прямым попаданием пущенного по пологой траектрии 356-мм снаряда. Капитан Такеси дал приказ о повороте вправо, чтобы выйти из накрытия, но корабль уже не слушался руля, сваливаясь в циркуляцию.
Еще один снаряд ударил в левый борт впереди 1-й башни и разорвался с ужасающим грохотом. Через короткое время произошли попадания в 3-ю и 4-ю башни. Их броня была пробита, орудия повреждены, башни наполнились удушливым дымом. Уцелевшие из расчетов стали выбираться из башен на палубу. Следующий снаряд пробил броню под 2-м левобортным казематом. Взрыв вырвал кусок борта, из пробоины выскочил, закручиваясь вверх, длинный язык яркого пламени. Похоже, взрыв боеприпасов противоминной артиллерии. "Кирисима" стал сильно раскачиваться по килю, несколько раз погружаясь в воду то кормой, то форштевнем. Из пролома по-прежнему било мощное пламя. Через минуту сдетонировали погреба главного калибра.
В носовой части корабля как будто сверкнула молния, разливаясь огненным сиянием. Следом с громоподобными раскатами в небо поднимался колоссальный султан черно-желтого дыма. В этом грибовидном дымном облаке было видно подброшенную и вращающуюся в воздухе многосоттонную башню главного калибра. Фок-мачта упала назад, к середине корабля, дымовые трубы рушились одна за другой. Окутанный дымом "Кирисима" быстро кренился на нос и правый борт, с палубы и надстроек сыпались люди. Корма задралась, обнажая уже остановившиеся винты. В следующее мгновение линейный крейсер перевернулся. Всё это произошло за такое короткое время, что залп, пущенный с "Измаила" по "Кирисиме", еще ведущему бой, настиг его, когда японский дредноут уже лег вверх килем. Два снаряда ударили в днище и взорвались, ломая тонущий корабль пополам.