Фантастика 2026-183 - Алла Железнова

— Я Сергей. Главный здесь, — представляется он.

— Трофим, — кивает Толик, стараясь, чтобы голос звучал немного сипло. — Меня зовут Трофим.

Сергей молча осматривает его с ног до головы. Взгляд задерживается на босых, в ссадинах и мозолях ногах Толика.

— Ты что, пешком сюда шёл? — спрашивает он, и в голосе звучит скорее недоумение, чем сочувствие.

Толик разводит руками, изображая полную беспомощность.

— А как иначе? У меня ничего не осталось. Ни работы, ни дома, ни денег на билет. Слышал, что тут люди живут общиной, помогают друг другу… Думал, может, и мне место найдётся.

Он начинает рассказывать свою слезливую историю. Выдуманную, но проработанную до мелочей. Про то, как умерла от болезни мать, как сгорела хата, как он пытался найти работу в городе, но везде требуют бумаги, которых у него нет.

Как бродил от села к селу, питаясь тем, что подадут или что удастся найти в лесу.

Голос его дрожит ровно настолько, чтобы звучать правдоподобно, но без лишней театральности. Он не плачет, просто смотрит в пол, и его плечи ссутулены под грузом несуществующих потерь.

Разве что про мать он не врёт, как и про свои скитания, только в реальной жизни — это военное прошлое и служба в гвардии.

Сергей слушает молча. Его лицо остаётся непроницаемым. Когда Толик заканчивает, наступает длинная пауза.

— Правила у нас строгие, — наконец, произносит Сергей. — Их все соблюдают. Нарушишь — выгоним. Понятно?

Толик энергично кивает, и в его глазах вспыхивает тщательно отмеренный свет надежды.

— Понятно! Я буду соблюдать! Я всё буду делать, что скажете! Я очень трудолюбивый, руки золотые, как говорила мамка… Спасибо вам огромное! Да благословят вас боги! — он осыпает Сергея благодарностями, играя роль человека, которому бросили спасательный круг.

Сергей, кажется, не тронут, но кивает коротко, будто ставит галочку в невидимом списке.

— Ладно. Пока остаёшься. Работу дадим. И кров. Пойдём.

Он выпускает Толика из заточения и ведёт его по деревне. Утро прохладное, но воздух уже начинает прогреваться. Толик краем глаза изучает всё вокруг: покосившиеся дома, занавешенные окна, ощущение незримого наблюдения. Людей на улице мало, и те, кто попадается, смотрят на него без интереса, будто он пустое место.

Сергей приводит его к небольшому сараю, выдаёт набор инструментов: топор, пилу, молоток, гвозди в мешочке.

— Выбирай любой заброшенный дом на окраине. Восстанавливай его. Жить в нём будешь. Работаешь — будем кормить. Нахлебник нам не нужен.

Толик снова принимается благодарить, но Сергей уже машет рукой и уходит, оставляя его одного с инструментами.

Толик выбирает небольшой, почти развалившийся домик на самом краю деревни, у старой каменной ограды. Место удачное: с одной стороны — подальше от любопытных глаз, с другой — не слишком выделяется.

А главное, отсюда открывается прекрасный вид на всю деревушку. Он сбрасывает остатки своей рваной рубахи и принимается за работу.

Работа руками для него не новинка. Толик сам — выходец из крестьянской семьи, до гвардии Скорпионовых пахал в поле, рубил лес, за домом следил.

Он начинает с крыши, аккуратно снимая сгнившие доски и заменяя их на свежие, припасённые тут же, в сарайчике рядом. Потом принимается за крыльцо.

Толик время от времени чувствует на себе взгляды. Из-за забора соседнего дома, из-за угла, из-за занавески в окне напротив.

За ним наблюдают. И это хорошо. Рано или поздно ему доверяться, просто надо играть свою роль безупречно.

К полудню к нему подходит женщина, приносит миску похлёбки и ломоть чёрного хлеба.

— Обед, — коротко говорит она и уходит, не дожидаясь ответа.

Толик благодарит в спину и ест медленно, с видом человека, который ценит каждую ложку. Еда простая, но сытная. Он съедает всё до крошки.

После обеда наблюдатели, видимо, убеждаются в его усердии, потому что к нему снова подходит Сергей, уже не один, а с двумя другими мужчинами. Один — молодой, коренастый, с упрямым взглядом. Второй — бугай, которого Толик уже мельком видел утром: широкоплечий, с багровым лицом и низким, гнусавым голосом.

— Трофим, — говорит Сергей. — Поедешь с нами в город. Покажем, чем мы тут занимаемся. Посмотришь, что в будущем делать придётся.

Толик с готовностью откладывает инструменты, вытирает руки о брюки.

— Конечно, Сергей.

Их везут на старой, видавшей виды телеге, запряжённой одной усталой лошадью. Дорога до ближайшего городка занимает около часа. Толик сидит на досках, болтает ногами и внимательно запоминает дорогу, приметы, повороты.

В голове уже зреет план, как передать весточку графу. Шанс будет только один, и упустить его нельзя.

Городок оказывается небольшим, но живым. Центральный рынок гудит голосами, пахнет специями, рыбой, фруктами и ягодами.

Сергей приказывает разгрузить ящики, которые они привезли с собой.

— Вот, — говорит Сергей, указывая на клубнику. — Торгуем помаленьку. Цены знаешь?

Толик оглядывает товар, называет примерные цифры.

— Да, так и есть. Но меньше этой суммы не отдавай. И смотри, чтобы не стащили ничего. Урожай в этом году так себе.

Толик кивает и принимается раскладывать товар на прилавке. Он работает активно, зазывает покупателей, торгуется с видом человека, который продаёт ягоды всю жизнь.

Всё это время его глаза незаметно скользят по толпе, выискивая знакомое лицо. Связной должен быть где-то здесь.

И вот Толик его видит. Мужчина средних лет, в простой холщовой рубахе. Он медленно перемещается между рядами, будто выбирая товар. Их взгляды встречаются на секунду.

В глазах связного нет ни малейшего признака узнавания, но Толик улавливает едва заметный кивок.

Сердце бьётся чаще, но лицо он сохраняет спокойным. Он дожидается, когда связной приблизится к его прилавку, и начинает показывать ему ящик с клубникой.

— Свежайшая, сами растили, — говорит Толик, чуть громче обычного. — Последний ящик, отдам со скидкой, если заберёте весь.

Одной рукой он перебирает ягоды, а другой, под прикрытием ящика, достаёт из кармана ту самую гильзу. Внутри неё лежит свёрнутая в плотную трубочку тонкая бумажка с зашифрованным отчётом, которую Толик написал после обеда.

Толик незаметно опускает гильзу в самую гущу клубники, в самый центр ящика. Пряча её прямо в одну из ягод под хвостик.

— Берите, не пожалеете, — говорит он, глядя связному прямо в глаза и чуть заметно указывая взглядом на то самое место.

Связной медленно кивает.

— Ладно, беру. Сколько?

В этот момент рядом раздаётся низкий, басовитый голос, от которого оба напрягаются:

— А что это тут происходит?

Толик вздрагивает, но не оборачивается сразу, давая связному время отойти с ящиком. Потом поднимает голову и видит Бугая. Один из