Алексей Борисов - Смоленское направление - 4
- Второй вопрос, в половине девятого уже темно. Наша позиция здесь, на берегу речки. Позади чистое поле. До ближайшего лесочка метров семьсот. В сторону деревни чуть меньше километра. Каким образом? Нет, не так, мы вообще имеем шанс оттуда выбраться? Зачем нас отсылают с нажитого места? Видя, что я не спешу с ответом, Савченков предложил альтернативу:
- Прошу заметить, что ещё весь путь по незнакомой местности, может, лучше нам отойти назад, в урочище. А затем, тихонько доберёмся до лесника?
- Согласен с вами, Фёдор Константинович. Но командованию виднее, раз отдан приказ о передислокации. Небольшие группы собирают вместе. Вас поведёт проводник. Савелий Силантьевич за мальчишку одного поручился. Сегодня вечером он на хуторе Афанасия будет. Теперь о позиции. Другого места, откуда вы можете вести огонь и куда-то попасть - нет. Если просто пострелять в сторону аэродрома, то толку от этого не будет. Вас должны заметить именно с этой стороны. Посему вынуждаю идти на риск. Подавят миномётчики зенитный пулемёт, всё обойдётся. Нет - придётся отходить под огнём.
***Спустя час, с пачкой белых повязок и документов, с новеньким ППШ на груди, Савченков покинул усадьбу. А через некоторое время, натужно поскрипывая полозьями, лошадка потянула тяжеленные сани, загруженные сверх всякой меры коробками с концентратами и консервными банками. Василий проводил её взглядом из окошка и спросил у меня:
- Получится?
- Нет.
- Тогда зачем?
- Бомбардировочная авиационная эскадра "Блитц", под командованием оберста Хайнриха Конради базируется на аэродроме Боровское. Я думаю, цель для диверсантов именно там. А нападение на Шаталовоский, скорее всего, просто отвлечение внимание от главного удара. Здесь, вокруг этих аэродромов, одних немцев пехотный батальон, а если посчитать разную шушеру, то на полк наскребается. Так что уходить Савченков будет из кулька в рогожку. Поэтому и сказал ему, чтобы только пострелял, а не так как написано в шифровке, невзирая на превосходящие силы противника "обозначить атаку с юго-западной стороны лётного поля, и если появится возможность, захватить аэродром, после чего уничтожить его инфраструктуру".
- То есть, вы умышленно исказили приказ?
- Да. Потому, что ребят просто перебьют. Отдавший распоряжение не знает, что у Савченкова один станковый и три ручных пулемёта. Два миномёта, наконец. Тем не менее, посылает партизан в атаку, закидывать врага шапками, словно они полноценная пехотная часть. Ты помнишь, чем были вооружен мужики, когда оказался в Прилепово?
- Охотничьими ружьями.
- Думаешь, там не представляют, что может быть в качестве оружия у сбежавших из лагеря красноармейцев? Ладно, не бери в голову. Кто-то очень далёкий от армии, но весьма близкий к партийной номенклатуре, мыслящий довоенными мерками и просто не понимающий реальной обстановки вставляет свои пять копеек. Собрание им провести надо! Бляха муха, громкая победа нужна. А то, что ради отчёта почти три десятка обученных бойцов полягут - так это долг выполнили? Хрен им. У Феди и так шансов остаться в живых - пятьдесят на пятьдесят. У тебя - ещё меньше. Давай, подумаем, как ты со станции уходить будешь?
- Пойду к Демешкам. Оттуда на Хицовку, а там по Хмаре через Липки.
- У нас в этой деревне, - я подошёл к секретеру, вынул папку с надписью "Демешки", - бабка Агафья.
Так, муж умер в тридцатых. Сейчас ей пятьдесят один год, а я её бабкой называю. Хотя, наверняка внуки есть, значит, бабушка по праву. Семеро детей, все проживали в Сталинграде, данных нет. Крепкая бабулька, до пятьдесят седьмого числилась в колхозе. Награждена медалью "Партизан Отечественной войны" 2-й степени. Силантьевич как-то обмолвился, что она в августе беглых красноармейцев у себя укрывала. Наш человек. Смотрим далее, сестра. Стоп, пометка о судимости. Проживает в Хицовке, дом двенадцать. Где там папочка по Хицовке? Смотрим. Ээ… нет. В этот дом, даже если приспичит, заходить нельзя. Полицай живёт, в сорок третьем его повесили. Две сестры, а какие разные судьбы.
- Василий Егорович, ты как назад возвращаться будешь, постарайся незаметно пробраться. Лишний раз по гостям к хорошим людям ходить не стоит. И ещё, жилеточку я тебе одну дам, ты прямо сейчас примерь её.
- Что за жилетка такая?
- На случай, если фриц ловчее тебя окажется.
- Такая как на вас поддета?
- Почти. Твоя чуток легче будет. Не забывай, когда пешочком пойдёшь, каждый лишний килограмм трижды проклянуть успеешь.
- Спасибо за заботу.
Лопухин облачился в бронежилет, я подтянул, где надо, постучал по пузу для порядка и добавил, видя довольное лицо Васи: - Только особо на жилет не надейся. От винтовки он, может и не спасёт, но пистолетную пулю сдюжит.
- Тогда какой смысл? Фашисты почти все с винтовками. Но, всё равно, спасибо.
- Это не всё. Вместо ППШ, который ты Савченкову отдал, возьмёшь мой автомат.
На стол перед Васей лёг "Бизон-2Б". Показав разборку и вкратце рассказав основные его данные, мы пошли к реке, провести пробные стрельбы. Младший лейтенант расстелил брезент и за минуту опустошил шнековый магазин, стреляя то очередью, то одиночными, словно играясь с курком, отсекая по три патрона, удивляясь лёгкости и простоте оружия. Оно и понятно, разница в весе по сравнению с ППШ существенная, об остальном и говорить нечего. Отстрелявшись, он отсоединил магазин и с моей помощью принялся его снаряжать. Незнакомый, но явно понравившийся автомат, Василий повесил за спину и стал сгребать гильзы в парусиновое ведро, приговаривая:
- Как я понимаю, экспериментальная модель. Небось, стоит как пушка?
- Скажем, чтобы её добыть, самолёта или танка фрицы не пожалеют. А за рацию твою, генерала отдадут.
- У вас, товарищ Наблюдатель, что ни оружие, так сразу понимаешь, отчего его в войсках нет. По мне, так лучше сто винтовок на заводе сделают, чем одну вашу.
- Как сказать, иной раз, такой вот коротенький пистолет-пулемёт, да в умелых руках, гораздо полезнее ста винтовок будет. Знаю, ты можешь возразить, мол, у каждого оружия свои особые возможности, но поверь мне на слово, очень многое зависит от обстоятельств. А они завтра будут таковы, что тебе придётся стрелять очень быстро и противник будет в нескольких шагах, а может, и в ста метрах от тебя. Это, - показывая на "Бизон", - можно под тулуп спрятать, и запомни, солдат, подсознательно не ожидает никакой пакости от людей без оружия. Когда подъедете на станцию, демонстративно держи руки на виду. Про нож на поясе забудь, веди себя, словно к друзьям-товарищам в гости пришёл, и сапёров предупреди, чтоб не учудили чего-нибудь, когда мы с Дистергефтом в немецкой форме появимся. Как только я произнесу: "флигерварнунг", фрицы инстинктивно задерут головы вверх, в поисках самолёта, вот тогда и начнёшь действовать. Всё понял?