Сергей Артюхин - «Эффект истребителя».«Сталинский сокол» во главе СССР

Но в этот день шпиона судьба хранила - он не знал, что реакция голодной собаки показалась патрульным логичной. А поскольку каждый из этих двоих был молод и неопытен, в четкую стойку собака не встала, в грузовичке оказалось мясо, да и господин Ахмед не выглядел похожим на злобного шпиона - ловцы не посчитали персону цэрэушника хоть сколько-нибудь заслуживающей интереса.

Наиболее опасный волчара без малейших проблем сбежал из ловушки, с легкостью обойдя сигнальные флажки. Их он уже давно не боялся…

- Интересная идея, товарищ Драгомиров. Но на вскидку дороговато выходит. Сложнее, - Лазарь Моисеевич Каганович отложил в сторону целую кипу бумаг и устало потер лоб.

Будучи одним из последних "сталинских гигантов", как иногда то ли шутя, то ли всерьез называли Микояна, Молотова, Маленкова и Кагановича в партийных кулуарах, он на данный момент занимал должность народного комиссара транспорта и путей сообщения.

Порой нарком чувствовал, что начинает отставать от жизни. Все-таки возраст перевалил уже далеко за шестьдесят, вокруг оставалось все меньше "старых товарищей"… Годы брали свое - те, кто проводил индустриализацию, те, кто руководил Советским Союзом в войну и после нее, постепенно сходили со сцены. На смену им шла молодая поросль, из сформировавшихся в годы войны руководителей. Одна из основных опор такого же, как они, Драгомирова.

Естественный ведь процесс. Засобирался на пенсию казавшийся бессменным Молотов, умер Берия, еще раньше тихо ушел из жизни Малышев - а ведь ему-то и было-то всего пятьдесят пять, но так же, как и Лаврентий, облучился при испытаниях… Навевало грусть. А вперед рвалась молодежь. С революционным блеском в глазах, с жаркой верой в идеалы Октября, в братство и свободу. Идеалисты, умудряющиеся при этом быть жесткими прагматиками и циниками - странный результат страшной закалки Великой Отечественной войной.

Чем-то они напоминали старику его поколение. Оно закалялось революцией и гражданской бойней, годами НЭПа и индустриализации… Видимо, не зря. Достойная смена уже готова принимать - и постепенно принимает - знамя старика Ленина.

Вспомнилось возмущение пятьдесят четвертого, когда нарком осознал, что Сталин выбрал Драгомирова в свои преемники. "Как же так", "выскочка", "молокосос"… Время показало, что старый вождь в очередной раз оказался прав. Выбери он кого-нибудь из них - и грызня становилась неминуема. Да и опять же, молодые кадры еще долго не получили бы дорогу в жизнь - в том смысле, в каком они ее получили теперь. Потому что его поколение - оно опирается на себя. Не на молодежь. Нет, передача власти бы шла, но с какой скоростью? Тот еще вопрос.

- Дороже, сложнее - это понятно, - Драгомиров, подсвеченный заходящим уже солнцем, а потому выглядевший буквально как на картинке, пожал плечами и откинулся на спинку кресла. - Но согласитесь, товарищ Каганович, в любом случае надо насыпь делать, так? Ну, сделают шире там, где она нужна. Но и выигрыш-то зато какой! Вон, у вас в синей папке расчеты лежат. Понятное дело, что пока приблизительные, но согласитесь - цифры исключительно приличные!

Лазарь Моисеевич устало вздохнул и вытащил означенную папку из стопки ее сестер.

На первый взгляд идея и правда была неплоха - отказ от строительства однопутных железнодорожных магистралей. Строить не менее двух. Получалось, конечно, дороже, но логистика значительно упрощалась. Вагоностроительные заводы работают на износ, в три смены - ибо стремительно растущая советская экономика пожирала поезда с какой-то фантастической скоростью. И понятное дело, что столь быстро увеличивающаяся нагрузка порою устраивала железнодорожникам настоящую мигрень. А простаивание поездов на запасных путях - это простаивание производств, для которых они везут материалы, оборудование, ресурсы. Рост издержек, проблем, срывов планов - кому это надо?

"Двухпутный" проект теоретически мог помочь. Как минимум, хотя бы с пассажирскими поездами разруливать ситуации станет легче, благо в таком случае у него всегда будет своя линия, и товарняк перестанет простаивать, пропуская везущий граждан состав. Плюс, бесспорно. Но вот класть вторую линию - это же не бесплатное удовольствие. Совсем не бесплатное.

С другой стороны, развивать инфраструктуру все равно надо. И новые пути нужны. Хоть вот в тот же Иран стройку готовим. Всегда "двухпутка"? Ну, до абсурда только не доводить, кое-где она особенно-то и не нужна, но в целом за основу можно принять. Напряженная работенка. А усталость свое уже берет.

- Товарищ Драгомиров, можно личную просьбу? - нарком по-стариковски вздохнул. - Я по этой проблематике все организую, конечно. Но устал очень. Отпустите через годик-другой на пенсию? - и улыбнулся, словно оставлял себе еще шансы на превращение всей фразы в шутку.

Генеральный секретарь, однако, воспринял это серьезно. О чем-то задумался, повернув голову и глядя на окрашивающееся темным цветом небо. Покивал своим мыслям, что-то посмотрел в блокноте. Наконец, поднял глаза на сидящего перед ним человека:

- А давайте так, Лазарь Моисеевич. Как почувствуете, что все - баста, силы подводят, так и отпущу. Сразу. Только по-честному - не надо последние жилы рвать. Вы свое уже отбарабанили. Только кадры, надеюсь, после себя оставите? - и тоже раздвинул губы в улыбке, больше, однако, похожей на оскал.

"Вот так вот просто. Хоть сейчас, Лазарь, говори, что больше не можешь - и свободен. На даче посидишь, с внуками повозишься, - старый большевик даже представил себе эту картину, когда второй волной накатили совсем другие думы. - И оставить этих юнцов на съедение всяким там американцам? Нет уж, мы еще поборемся".

- Спасибо, товарищ Драгомиров. Тогда как только - так сразу. Нам, дореволюционным кадрам, молодежь пока еще есть чему поучить. А как уж придет время, так и отправимся на заслуженный отдых.

Лазарю Моисеевичу Кагановичу, человеку, организовавшему эвакуацию промышленности во время Великой Отечественной войны и спасшему тем самым миллионы жизней, предстоял еще не один год тяжелой работы.

Василий Скрыльник был ошарашен. Выставка достижений народного хозяйства потрясала воображение, выглядя чем-то фантастическим и непредставимым. Тем более для вчерашнего колхозника из глухой вятской деревни.

Казалось, что здесь можно найти все - от булавки, выпускаемой на маленьком заводе, до полномасштабной модели ракеты, отправившей в космос Спутник. Но не это ввергло степенного мужчину в ступор, а макеты зданий отдаленного и не очень будущего, показывающие, как будут выглядеть города и поселки страны советов уже скоро.