Юрий Корчевский - Язычник

– Сорвалось здесь и сейчас – удастся в другом месте! – воскликнул Илья.

– Тебе ли рассуждать о том, что мне суждено. – Казалось, волхв не осознавал грозящей опасности. А может быть, он хотел сохранить лицо перед другим, незнакомым Илье жрецом.

Илья резко наклонился, схватил волхва под колени, выпрямился и понес старика вдоль берега.

Волхв стал кулаками колотить Илью по спине, протестуя против насилия, но полушубок смягчал удары или вообще не пропускал их. Сейчас Илье было плевать, что думают о нем другие язычники. Он их сюда не звал, сами пришли. «Вот когда пригодились физические упражнения с отягощениями», – промелькнула мысль.

Несколько человек с реки увидели Илью, несущего волхва, и кинулись за ним. Однако Илья остановился, обнажил меч.

– Не подходите! – предупредил он.

Рыжий мужик с красной рожей, явно взбодренный вином или изрядной порцией пива, предупреждение проигнорировал и кинулся на Илью с дубиной. Илья ударил его мечом по голове, но в последний момент повернул кисть, и удар пришелся плашмя. Так Илья не разрубил мужику голову, а ударом бранного железа оглушил нападавшего.

От удара мужик рухнул в снег навзничь. Еще несколько смердов, успевших подбежать, отшатнулись в испуге.

– Убил! – заголосил один.

Илья сделал шаг вперед:

– Пока оглушил. Но того из вас, кто сделает шаг вперед, разрублю, клянусь!

Вид у Ильи был грозный, страшный, и холопы стали медленно отступать. Наконец один из них не выдержал, повернулся и бросился бежать.

Плохой пример заразителен – за ним бросились остальные.

Илья приказал Боргу:

– Снимай свое одеяние, ты слишком заметен в нем!

– Ни за что! – Борг гордо вскинул голову.

Илья убрал меч в ножны, выхватил нож и одним движением разрезал длинную рубаху волхва от ворота до пят. О! Под рубахой оказалась меховая жилетка, снизу – суконные штаны. А Илья удивлялся – как это жрецу не холодно?

– Ты что же делаешь, пес?! – вскричал волхв. Так бесцеремонно с ним не обращался никто. Какое унижение! Волхв был полон негодования.

Илья оглянулся – на мосту вовсю кипел бой. Кир и его воины пытались сдержать толпу. Уже валялись убитые и раненые, снег был в пятнах крови.

Однако это уже ничего не решало. Горожане перебирались через перила, прыгали на лед и бежали к берегу – там уже началось избиение язычников.

Волхв тоже все увидел.

– Ты тоже там хочешь оказаться? – спросил Илья. – Тебя первого забьют кольями.

– За веру истинную пострадаю.

Илья схватил его за руку и потащил за собой. Волхв вначале упирался, но Илья был сильнее, и жрец подчинился.

Они бежали по берегу долго, и Илья периодически оборачивался – нет ли погони?

Наконец волхв взмолился:

– Сил нет бежать дальше, дай передохнуть, отдышаться!

Илья остановился – Борг широко открытым ртом хватал морозный воздух.

Через несколько минут Илья снова схватил жреца за руку и буквально поволок за собой. Но теперь путь его был к реке – надо было перебраться через Волхов на Торговую сторону, на Софийской стороне сейчас побоище.

По льду они перебрались на другой берег Волхова. Илья по памяти шел к избе, где встретился с волхвом и Киром.

Волхв уже не упирался, слишком очевидным было неравенство сил и его поражение.

– Стой, – скомандовал жрец.

Илья подчинился.

– Туда не вернусь. Идем на Щитную.

Щитная улица была в другой стороне. Пришлось идти туда.

Через полчаса они подошли к неприметной избе.

– Все, я в безопасности, спасайся сам. И помни – по весне жду тебя в Ярославле.

Как узнал позже Илья, побоище было жестоким. Части язычников удалось разбежаться, спасти себе жизнь, но некоторых забили кольями. Меньшую часть схватили, привели к Волхову и бросили в промоину во льду, напротив Федоровского ручья, где лед не замерзал в любые морозы. Одежда несчастных намокла, их тянуло ко дну. Тех, кто цеплялся за края полыньи, пытаясь выбраться, били палками. Десятки людей были утоплены, и Илья фактически спас Борга – второй волхв был забит дубинами.

Выступления язычников шли по всей Руси, но они не были толком организованы, люди были разобщены. В 1068 году киевские холопы убили епископа Стефана и подняли мятеж. Князь Глеб, подавляя восстание, сам зарубил волхва топором.

Последнее выступление язычников было в 1227 году, когда в Новгород явились волхвы, ведуны и потворницы. Многие наговоры и знамения творили.

Новгородцы смутьянов поймали, привели их на берег Волхова, связали и, бросив в разведенные костры, кричали:

– Возноситесь к своим богам, треклятые!

Волхв, хоть и был фанатиком языческих богов и властолюбцем, одновременно был человеком умным и понял, что сегодня Илья спас ему жизнь. И потому на прощание отмяк, даже улыбнулся.

Помощи волхв не просил, и Илья понял, что жрец приготовил себе запасное жилье на случай неудачи. Теперь ему надо было подумать и о себе.

Илья направился на постоялый двор. Улицы, по которым он проходил, в некоторых местах выглядели как после штурма неприятеля: заборы были выломаны и пущены на колья для драки, ворота валялись на земле. На мостовой обрывки одежды, куски глиняной посуды. Глядя на все это, Илья лишь головой качал.

Он прошел мимо маленькой деревянной церкви – здесь явно побесчинствовали язычники. Двери церкви были навзничь распахнуты, во дворе, втоптанные в грязь, валялись иконы, церковная утварь.

Илья добрался до постоялого двора. За событиями время пролетело быстро. Еще пару часов – и начнет темнеть. Что делать, зимой день короток.

В трапезной за столом его ожидал Бокуня. Он уже успел отобедать, выпить кувшин пива, и вид у него был довольный и сытый.

– Заждался! Где был?

– Да чуть бока случайно не намяли.

– Это тебе-то? А меч зачем?

– Для обороны. Нешто я на мятежника похож?

– О! В городе волнения, говорят – у Горбатого моста побоище было. Убитых и раненых полно! Страсти-то какие!

– Не видал. Я сейчас, только полушубок сниму.

Однако Илья хотел в первую очередь оставить в своей комнате пояс с оружием. Вид у него приметный, многие новгородцы его видели рядом с Киром и Боргом, как бы ему это боком не вышло.

В комнате Илья снял оружие, положил его в сундук, а полушубок повесил на деревянный гвоздик. В трапезной тепло, не замерзнет.

К столу Илья вернулся, стараясь выглядеть спокойным, даже улыбнулся Бокуне. Но состояние его души было неважным, пожалуй, он был угнетен. Много людей пострадало, а за что? Зачем было устраивать мятеж в городах, где позиции православия сильны? Ну хочешь поклоняться древним богам – иди жить в деревню, в далекие края, где ты никому не нужен.