Вадим Мельнюшкин - Затерявшийся

   - Прямо 'Аленький цветочек' кой-то, - говорю после того, как последний слой бинтов снят.

   Это я для того, чтобы вывести доктора из оцепенения, в которое она попала, обозрев мою физиономию.

   - Ну... это вы зря. От чудовища в вас ничего нет, а вот ваши раны - это какое-то волшебство.

   Угу, что я не чудовище соглашусь, а то, что сама красавица сомнения не испытывает, принимает как должное.

   - Не волшебство это - обычное колдунство. Не знали вы мою прабабку, я впрочем тоже, она такое даже за фокусы не считала, так - мелочи.

   - Так вы колдун?

   - Совсем немножко, в основном учусь. Ладно, заматывайте. Кстати, вы зря не верите в колдовство, но если уж так, то у меня к вам ещё одна просьба.

   - Что-то слишком много просьб сразу.

   - Эта связана с первой. Когда к вам, надеюсь в ближайшем будущем, подойдёт человек и упомянет аленький цветочек, не удивляйтесь.

   - Хорошо. А зачём он подойдёт?

   - Не знаю заранее. Может мне понадобится помощь, а может наоборот вам.

   - Договорились. Как вам теперь ваш внешний вид? - Ольга закрепила конец бинта на моей голове.

   - Древних египтян пугать сойдёт. Сможете сказать юбер-арцту, что я практически здоров и меня можно отпускать?

   - Да, конечно. Вы уже уезжаете?

   - Я вернусь, Оленька. Я к тебе буду часто возвращаться.

   Нет, ей однозначно нужно прятать ушки под шапочку.

   Ситроен подлатали неплохо. Даже стёкла с левой стороны поставили, они, правда, теперь не могли опускаться и подниматься, но всё лучше, чем со сквозняком кататься. Фельдфебель заведовавший ремонтными мастерскими подарил мне пулю от ТТ застрявшую в каркасе водительского кресла. Сказал что повезло. Ну как сказать, я очень старался засандалить её именно так, значит дело не в везении, а в мастерстве. А его, как известно, не пропьёшь.

  Знакомый уже гауптман из комендатуры выдал мне 'железную' бумагу, в коей сообщалось, что цугфюрер Пауль Фриш получил ранение в лицо и сверять его лицо с фото из удостоверения не обязательно, заодно я выпросил ещё бумагу на сопровождение автоколонны. Тот для вида поупрямился, типа такую папирэ мне должны выдать там, откуда колонна пойдёт, но предложение в будущем посидеть в ресторане, растопило лёд непонимания. Ну и ладушки, поеду. Сдал Швейка на склад, шучу, и поехал.

   Обедал уже в отряде, в одиночестве. Во-первых потому что опоздал, а во-вторых все шуршали приводя автомобили в надлежащий вид - сначала красили, а затем мазали грязью, дабы краска не выглядела слишком новой. Основная проблема была с номерами - не помнил я как они у Имперской Службы Труда точно выглядят, но раз я сказал Мезьеру что машины прикомандированы, то решил нарисовать номера и знаки Тодта. Стрёмно конечно - документов-то никаких нет, кроме филькиной грамоты, что я в полоцкой комендатуре выцыганил, но где наша не пропадала. Время у нас ещё было - решил вернуться в город только послезавтра, но до обеда. Опасаюсь я людей в Полоцке на ночёвку оставлять, мало ли что.

   Поесть нормально конечно не дали - военхозактив собрался невдалеке и нейтрально-требовательно поглядывал в мою сторону, пришлось приглашающее махнуть рукой.

   - Чаёк у нас сегодня хорош, без чая правда, но травки подобраны на славу - и вкусно, и полезно, - Кошка выставил на стол немаленький котёл с парящим варевом и расставил кружки. - Ну, как прошло?

   - А ты про что, старшина?

   - Я вообще. Коллектив, значит, интересуется - как оно.

   Хитрые все стали, и когда только научились, и главное у кого?

   - Пока вроде нормально.

   - А лицо как? Мне как Николай рассказал, что вы с физиономией своей вытворяли, особенно про засовывание битого стекла прямо под кожу, аж дрожь пробрала.

   - Да чего ему, лицу, будет? До свадьбы заживёт.

   - А свадьба скоро?

   Ого, это уже Ермолов. На косвенных качает? Может рано я его в охрану списал?

   - После Берлина. Причём подарки принимаю только скальпами. Разъяснить чьими?

   - А я чего? Я просто уточнить, когда всем можно будет.

   - Тебя хоть сейчас распишу, выбирай - весь отряд в твоём распоряжении, вот только как предложение делать будешь, уточни будущую половую дифференциацию. Или подождёшь пока женщины появятся?

   Народ за столом грохнул. Хохотал даже слегка покрасневший Ермолов. Ибо нех - на начальстве чекистские подходы отрабатывать.

   - Товарищ командир, - взял слово отсмеявшийся Нефёдов. - Надо всё же объяснить товарищам сложившуюся обстановку. Когда бойцы понимают задачу, то и воюют разумнее. Если это конечно не тайна.

   - Никакой тайны, товарищ капитан, нет. Кто понял кого мы взяли в засаде?

   - Эсесовца какого-то, - ответил старшина. - Вы его фюрером обозвали, и ещё говорили, что он из зондеркоманды.

   Прямо как в игре 'испорченный телефон', Чуковский курит.

   - Не совсем, точнее совсем не так. К СС он никакого отношения не имеет, зондерфюреры это такой хитрый подкласс военных чиновников - военного образования они не имеют, но носят знаки различия сходные с армейскими. Тот кого мы взяли являлся цугфюрером, что соответствует званию лейтенанта вермахта. Создана эта служба в основном для грабежа захваченных территорий. Что интересно зондерфюреры, нося звания, могут вполне легально представлять интересы частных капиталистических компаний.

   - Это как - непман в погонах? - спросил Матвеев, недоверчиво глядя на меня.

   - Ну да, где-то так. Представь, что лейтенант интендантской службы во время освободительного похода, на территории бывшей Польши, начал отправлять имущество со складов, например в какой-нибудь кооператив.

   - Да его бы шлёпнули сразу.

   - А у него разрешение есть.

   - Шлёпнут вместе с тем, кто разрешение дал.

   - Ну вот, видишь разницу в подходах - этих даже не отшлёпают. Так сказать государственная политика грабежа завоеванных.

   - Одно слово буржуи недорезанные. А что они ещё делают?

   - За заготовками следят - где что можно покупают, что можно отнимают, это если им местная администрация силой поможет - солдат даст или полицаев, для так называемых сборов налогов. Короче, если военные интенданты заботятся проблемами снабжения армии, то зондерфюреры тащат что можно в тыл.

   - Этот тоже? - вмешался старшина.

   - Этот хитрее оказался. Он родственник большой шишки - его дядя бригадефюрер СС и секретарь и заместитель Ганса Франка, практически властителя нынешней Польши. Вот тот, вероятно не без участия своего шефа, организовал на территории генерал-губернаторства, так немцы сейчас называют ошмётки оставшиеся от Польши, какие-то производства и гонит продукцию в Рейх. Полякам, которые на него работают, хоть что-то но платить надо, а видно не хочется. Поэтому они решили сделать финт ушами - украсть что можно ценного в СССР и выбросить это на чёрный рынок в Польше, а уже вырученные с этого средства пустить на оплату.