Константин Калбанов - Вепрь-2
Выстрелили они одновременно. Драгун с седла из пистоля, он пооборотистей карабина будет, а стрелять с неудобного ракурса, сверху вниз, да еще этот разбойник оказался в какой-то яме. Одним словом выбор оружия оказался верным, вот только гульд самую малость замешкался, а потому нажал на спуск, когда его самого в грудь ударила пуля. Грохот, что-то противно, коротко и грозно вжикнуло у самого уха, глаза защипало, а в нос ударил резкий запах сгоревшего пороха защекотавшего нос. Вот заняться больше нечем, кроме как чихать в самый разгар боя, а вот нате и распишитесь.
Ох и смачно получилось, аж слезы вышибло, этож они в упор стрелялись, прямо как в той шутливой поговорке из его детства: Будем стреляться с двух шагов, через платок. И впрямь с двух шагов, только без платка. Ох и везунчик ты.
Так, некогда. Кресало наместо, взвести курок, все это проделывается одним единым движением, пара секунд и к бою готов. Этож сколько времени прошло, если четверо драгун все еще не обогнули фланг засады, ох и шустрый же достался ему солдатик. Ладно. Ложе удобно и прочно устраивается на бруствере выложенном дерном, эх, оптику бы, Виктор совмещает мушку, прорезь прицела и саму цель, берет упреждение…
Вот отличное получилось оружие, хоть на части режьте! Дорогое, но каждой уплаченной полушки стоит, большой кропотливый труд в него вложен, но каждой пролитой капли пота оно достойно. Около трехсот пятидесяти шагов, порядка двухсот пятидесяти метров… Всадник переломился после первого же выстрела и скособочившись вывалился из седла. Понятно, что руки тоже должны быть не кривыми, а глаз верным, но и от точности боя зависит очень даже немало.
Всадники наконец вошли во фланг… Оп-па! Что ребятки непонятки? Карабины уже вскинуты, драгуны к стрельбе готовы… Но куда прикажете стрелять? А вот это правильно, нужно спешиваться, один не успел, перезарядившийся ватажник посылает пулю точно во всадника, остальные двое уже на земле. Людей Виктора восемь, против них двое, нет, трое, поднялся зараза, или царапнуло или крепок гад. Подготовка у его парней вполне на уровне, вот только на стороне гульдов большой опыт, это сквозит в каждом их движении, хладнокровном и выверенном, будь на месте парней Волкова, кто другой и им не поздоровилось бы. Во-первых, им не удалось бы с первого же залпа уполовинить отряд да еще и с такой дистанции, все же меткость у местных вояк была аховой, а уж на дистанции свыше семидесяти метров, так все больше только в цель размером со строй взвода солдат. Во вторых, им нипочем не успеть перезарядить карабины, времени для этого было недостаточно даже для самого ушлого стрелка. В-третьих, ни один из ныне живущих не стал бы закапываться в землю. Гульды все сделали правильно и даже будь разбойников больше, им должно было не поздоровиться, вот только это оказались какие-то неправильные разбойники.
Но ветераны и не думали сдаваться. Все же гульды воинственный народ, храбрости им не занимать, а может это относится конкретно к этим солдатам. Ведь знают, что против них около десятка человек, но и мысли нет об отступлении, перебежками, вперед, на врага, сократить дистанцию, сойтись грудь в грудь. Разбойнички стреляют, вот только ни одна пуля не находит своей цели. Понятно. Нервы все же сдают. А вот кто-то всадил таки пулю в гульда, того даже закружило на месте как волчок.
Оставшиеся двое стреляют. Как там с результативностью и не поймешь все еще далеко, но уж скоро. Виктор несется к месту схватки во весь опор завладев лошадью убитого драгуна. Ну же давай, быстрее. Виктор буквально соскальзывает с коня на твердую почву, карабин сам собой вскидывается к плечу, цель в прорези прицела, расстояние порядка ста шагов. Выстрел! Приголубил красавца. Пара секунд, все готов. Где последний? Залег? А это что за чертовщина? Зван выбрался из окопа и бросился вперед. Понятно. Похоже он приголубил последнего. Вот в бою вопросов нет, хладнокровнее Горазда, почти как Виктор, а как после… Ладно, будем надеяться, что из произошедшего он извлечет верный урок.
Раненных оказалось трое. Вообще-то четверо, но Зван, паразит такой, своего добил. Потом-то винился, но того уж не воскресить. С другой стороны и понять можно. Какие уж тут пленные, когда нервы натянуты как струна. Виктор и без того не наблюдал у парней энтузиазма, когда до них наконец дошло, что нападать они будут на драгун. Этож где такое видано, чтобы разбойнички нападали на военных, да еще и числом превосходящих. А теперь, гляньте на них. Ходят гоголями, словно полк положили, ну, никак не меньше.
Все тела и лошадей с дороги забрали и ушли именно в тот лес, откуда появились солдаты, вот только держались подальше от дороги, забравшись в самую чащу. Трудновато пришлось, ну да ничего, им к лесам и буреломам не привыкать. Нашли укромное местечко на дне глубокого оврага, тут кричи не кричи, все бесполезно, не услышит никто.
Как не торопились, но повязки на раны всех солдат наложить успели. Не хватало, чтобы еще кто кровью изошел, а у Виктора к ним разговор имеется и очень даже серьезный. Вот они сидят красавцы, в одном исподнем. Отчего так? А чего форму лишний раз грязнить. Вон и трупы уж раздели да вдоль ручья устраиваются, постирушки затеяли. Правильно, кровь она пока свежая куда лучше отстирается, опять же на себя надевать одежду с чужого плеча не простирнув, не правильно это.
— Ну, что же господа драгуны, давайте поговорим, — удобно устроившись на пеньке перед группой связанных гульдов, начал Виктор. — Кто я, вам знать не обязательно, а вот ответить на мои вопросы желательно, потому как одного из вас я сбираюсь отпустить, кого пока не знаю, предполагаю, что самого сговорчивого, остальных ждет смерть. Молчунов мучительная, тех кто станет говорить, но недостаточно много, скорая. Как говорится все в ваших руках.
— Да пошел ты, — зло бросил один из пленников, раненый в плечо, плюнув под ноги Виктора.
С виду молодой, но вот борзый дальше некуда, или он думает, что тут хиханьки. А может, есть что-то в облике Виктора, выдающее его принадлежность к более цивилизованному обществу? Странно, иные до этого ничего подобного не замечали, очень даже наоборот. А-а-а, понял, это спесь высшей, так сказать, расы. Ладно, как скажешь.
Не меняя выражения лица, с абсолютным спокойствием, Виктор подошел к связанному наглецу и отволок его на несколько шагов в сторону, но так чтобы остальные видели. Разорвал нижнюю рубаху и аккуратно, так чтобы не повредить чего лишнего, сильно прижимая мученика к земле, вертится паразит, он вскрыл живот, и разрезал путы. А чего теперь его опасаться, если он с воплями и плачем пытается собрать свои внутренности, тут же вывалившиеся наружу. Ага, вот сейчас все брошу и стану тебя добивать. Сам напросился.