Александр Владимиров - Таинственный монах

Волноваться было из-за чего. Несколько месяцев назад КГБ с трудом удалось забросить резидента в Лондон. И вот тебе бабушка и Юрьев день! Наш агент неизвестно как вновь оказался в Москве.

Снял трубку аппарата и попросил адъютанта впустить. Задал пару вопросов. Получил стандартные ответы. Велел написать рапорт. Пока тот строчил, обдумал, как с офицером поступить. Решил — пусть отдохнет пару дней, а там сообщу о провале выше. Может, еще стоит переиграть и отправить Ермилова в Дели? Пусть попробует восстановить утраченные позиции.

Бумага легла на стол. Офицер взглянул на меня в ожидании приказа.

Когда он ушел, распорядился приставить к нему, на всякий случай, хвост. Казалось, что все складывалось более и менее, да только через несколько часов доложили, что Ермилов, вырубив сотрудников, исчез.

Затребовал отчет всех дел офицера, с того момента, как тот покинул здание КГБ на Лубянке. Процедура стандартная. И разочарование.

"Детский мир", где купил книгу по истории. Киоск, где приобрел последние газеты. Разговор с постовым, да и то оттого, что уронил окурок не в урну, а в снег. Дом, где просидел весь вечер. Вышел на балкон один раз, да и то, чтобы покурить. Все тривиально. Поведение странное, так нет в этом ничего удивительного. Вполне возможно — перевербовали. Искали по всей Москве. Иногда казалось, что вот-вот выйдем на след, схватим.

А затем сон прервался.

Вот только СОН ли это? Может, память о тех событиях? Удивительно — я помню многое, но не помню деталей. Ни портрета на стене, ни герба на телефоне. Даже название Лубянка уже из моей жизни, как называлась площадь во сне, я не знал. И что было на том месте, где когда-то, еще в Советском Союзе, стоял Дзержинский?

Как бы то ни было, но о подобной ситуации я читал в книжке, что была доставлена из монастыря.

Там, во "сне" и в книге, мир был совершенно иным. Я задавался вопросом, а не ошибся ли Игорь, выбрав именно ту точку разветвления, когда история стала на другие рельсы, и кто тот стрелочник, что перевел стрелку времени?

Но, как бы то ни было, выяснилось, что кроме эффекта "УБИТЬ БАБОЧКУ" существовал другой, названный отцом Михаилом не иначе, как эффект "ГОСПОЖИ ФАННИ".

Игорь вот уже час как сидел на диване и то открывал, то закрывал глаза. Пытался мысленно увидеть тот свой мир, о котором знал в этой реальности только он один. Пока все было напрасно. В голову лезло все, что угодно, но не его прошлое. Петр, Анна Монс, Александр Данилович Меншиков и даже Лефорт.

Мир за окном одновременно казался таким родным, но и был при этом иным. Там снаружи что-то изменилось, произошло. Нет, не пейзаж, и даже не архитектура. Все тот же старый добрый "сталинский ампир". Если бы изменения были связаны с зодчеством, Ермилов бы почувствовал сразу, как только поставил машину в гараж. Нет, тут явно что-то было совершенно иное. Нечто совершенно другое, скрытое пока от путешественника за семью печатями.

Тут все было связано с мелкими незначительными деталями, на которые в обычной жизни и внимания не обратишь. Вроде в кухне тот же самый телевизор, вроде и холодильник знакомый, но если приглядеться, то вместо надписи "Samsung" на телевизоре красовалась надпись, выведенная славянской вязью, — "Садко", а на холодильнике — "Михельсон".

Обычно не приглядываешься к своим вещам, так как знаешь, что компьютер, старый еще одноядерный Пентиум, пашет еле-еле. Игорь его почти и не включал, предпочитая последнюю модель ноутбука. Магнитола "Сони", mp3-диски лежали аккуратной стопочкой в шкафу, недалеко от книг. Сегодня же все было по-другому. Вначале решил позвонить Заварзину и сообщить, что задание выполнено. Полез в сумку, которую прихватил в прошлое, отыскал сотовый и попытался набрать номер. Тишина. Тогда Игорь подумал воспользоваться домашним телефоном, но голос в трубке сообщил, что такого номера не существует. Звонить же на Лубянку — нельзя.

"Бог с ним", — подумал Игорь и решил немного полазить по сети.

Сначала не нашел ноутбук. Махнул рукой, дескать — а, ладно. Пошел в комнату и запустил компьютер. Пока тот подготавливался к работе, решил взять в шкафу 3G-модем. Когда же открыл дверцу, ни его, ни mp3-дисков не обнаружил. Несколько старых, потрепанных кассет с магнитной лентой и несколько виниловых пластинок.

Предположил, что пока отсутствовал, в квартиру проник вор.

— Вряд ли, — произнес вслух Игорь. — Какой идиот будет воровать современные диски, а взамен подсовывать кассеты и грампластинки. Кассеты уже давно не выпускаются, а диски стоят…

Договорить Ермилов не смог. Слова застряли в горле. И было отчего, глаз упал на название ансамбля. О ВИА "Красные дьяволята" Игорь никогда не слышал.

Пихнул винил обратно в шкаф и на кухню, водички попить. Зеленый эмалированный чайник стоял совершенно пустым. Игорь взял его напомнил водой и поставил на газ. И тут до него дошло, что такого чайника, как и грампластинок никогда не было. Был электрический, тот, что выключался автоматически, когда вода внутри него закипала.

— Что-то не так, — произнес Игорь и решил еще раз оглядеть свою квартиру.

Только после осмотра понял, что все было не так. Кроме холодильника и телевизора, совершенно иным был компьютер. Windows отсутствовал, вместо него была какая-то другая системная программа, Игорь такую (в прошлой жизни) не встречал. Поразило его и то, что совершенно отсутствовал графический редактор.

Вот тогда он сел на диван. Мысленно прокручивал в голове свое путешествие в конец семнадцатого века. Попытался просчитать тот самый момент, когда невольно или даже случайно им могла быть убита "бабочка". Вроде Игорь все делал правильно. Если бы он не обыграл ситуацию с двойником, еще неизвестно, как пошли бы исторические события. О том, что подмена должна была быть, свидетельствовало и то, что главный собор Санкт-Петербурга — Исаакиевский.

— Я все сделал правильно, — проговорил Игорь, — Там я все сделал правильно. Изменения явно произошли позже. Вот только когда? И почему?

По идее, прежде чем отправить в прошлое, размышлял Ермилов, целая группа "светлых голов" просчитывала последствия посещения. Вполне возможно, там, конечно, не учли, что подмена состоялась. Но он-то все сделал правильно. Петр начал войну со Швецией. Ввел моду на европейскую одежду. Основал новую столицу, которая стала в будущем колыбелью нескольких революций. Вот только стала ли?

Можно, конечно, прыгнуть в прошлое и проверить, что да как, но кто даст гарантию, что вернувшись в свое время, он вновь не окажется в еще одной искаженной реальности?