Михаил Ланцов - Россия Молодая. Том 1

– И они ее выполнили. Если верить письму от нашего компаньона из Амстердама ни одна собака не узнала, кто вы такой. Кроме тех, кому положено было это знать.

– Поразительно… никогда бы не подумал. Так тот голландец на Тортуге тоже ваш человек?

– Не могу знать, – пожал плечами администратор. – Я поручик коллегии государственной безопасности, осуществляющий входящий контроль наемного персонала. О делах внешней разведки мне мало что известно. В любом случае вы здесь.

– Почему голландцы работают на вас? Сколько же вы им платите?

– Немного. Но они кровно заинтересованы в добром отношении с нами, так как ряд товаров, что производятся в Преображенском, Семеновском и Измайлово больше не делают нигде в мире. Листовое стекло, превосходная саржа, серебряная сталь… Ради права торговать этими товарами голландцы душу дьяволу продадут, не то что помогать в такой малости.

– Удивительно… – покачал головой Даниэль.

– Тот, кто работает на нашего Государя, быстро привыкает к тому, что вокруг него творятся удивительные дела. Поговаривают, что его благословил сам апостол Петр. Но то не суть. Итак, сеньор Монбар, вы хотите остаться при своем новом имени?

– Да. Слишком много мозолей я отдавил испанцам. У них тоже довольно длинные руки. Могут достать и тут.

– Как вам будет угодно, сеньор Сальваторе, – понимающе кивнул администратор.

– Благодарю, – кивнул Даниэль. – Как я понимаю, Государь уже в курсе моего прибытия и принял решение? Какую работу мне придется выполнять?

– Петр Алексеевич хочет проверить вас в деле. Для чего, возведя в чин капитан–командора, позволит собрать и подготовить экипажи и на двух быстроходных кораблях выпустить в море, дабы вредить торговле супостатов.

– Против кого конкретно мне придется действовать, где и на чем?

– В вашем распоряжении будут две трехмачтовые гафельные марсельные шхуны.

– Что, простите?

– Вы не знаете, что такое шхуна?

– И знаю, и плавал, но, разновидность, названная вами, мне незнакома.

– Никаких принципиальных отличий нет. Раз плавали на шхунах, то и с этой разберетесь. Неделю назад «Анну» спустили на воду. Через месяц завершат достройку и проведут ходовые испытания. Я выпишу вам пропуск и представлю начальнику охраны верфи.

– Но здесь озеро…

– Верно. Закрытое от ненужных глаз. Именно здесь на этой учебной шхуне вам будет нужно и подготовить два полных экипажа. Шхуны для действия на море будут построены по этому образцу позже, с учетом опыта эксплуатации.

– Что-то вы темните.

– На текущий момент эти шхуны должны стать самыми совершенными парусными кораблями в мире. Я не очень в этих делах разбираюсь, но все моряки, которые видели строительство корпуса – приходили в восторг. Многого я вам рассказать не могу, но с нашей стороны условия контракта будут выполнены безусловно.

– Хорошо. Поверю вам на слово, – кивнул Даниэль. – Где мне придется действовать и на каких условиях?

– Азовское, Черное и, по желанию, Мраморное моря. Вам надлежит будет нанести максимальный ущерб торговле Османской Империи в этих водах. Причем Петр Алексеевич собирается выкупать у вас призы. Включая пленников. Вас ведь интересует звонкая монета. Не так ли?

– Верно. Хм. Какая будет моя доля?

– Десять процентов.

– Так мало?

– Надежный тыл и превосходные корабли того стоят, – пожал плечами поручик. – К тому же, если вы себя хорошо проявите, то в следующую компанию станете командовать эскадрой подобных судов в звании контр–адмирала. Кроме того, не забывайте, что команде тоже нужно оплатить риск и удачу, на что Петр Алексеевич собирается выделять еще сорок процентов добычи.

– Хм…

– Ну как, вас это интересует? Контр–адмирал Российского флота, эскадра первоклассных шхун под рукой и право от имени Государя опустошать торговые флоты его врагов…

– Выглядит очень заманчиво, – усмехнулся Даниэль.

– Тогда вам надлежит подписать контракт.

– Сейчас?

– Да, – кивнул поручик, доставая небольшую пачку листов. – Он составлен на русском языке, так что я вам буду помогать, переводить и пояснять.

– О! Это же даже больше чем брачный контракт королей!

– Что поделать, такова воля Петра Алексеевича. Впрочем, тут больше условностей. Основные моменты обыденны для всех. Во–первых, вы должны будете в трехлетний срок выучить русский язык. Во–вторых, не разглашать государственные секреты. Например, устройство кораблей.

– Но ведь это можно изложить намного короче! Тут же десять листов текста!

– Давайте я вам его сначала зачитаю, а вы подумаете над содержанием контракта. Ведь он заключается и в ваших интересах тоже. Например, одним из условий является то, что Государь обязуется не увольнять вас со службы, если вы будете неукоснительно следовать условиям контракта.

– Хм… Ну что же, давайте почитаем, если дела обстоят именно так…

«Государь, Даниэль Монбар, завербованный нашими голландскими друзьями на Тортуге, под именем Даниэль Сальваторе подписал контракт и получил жалование за первый месяц.

После осмотра спущенной на воду шхуны пришел в неописуемый восторг. Особенно его впечатлил металлический набор[30] и такелаж, а также всевозможные приспособления, облегчающие работу с парусами. Языком занялся с усердием. Заинтересовался занятиями в морской школе, прежде всего естественнонаучными, которые отныне исправно посещает…»

Петр отвлекся от чтения и взглянул на курьера.

– Что просили передать на словах?

– Ничего Государь.

– Вот как… любопытно. Ладно. Возвращайся. Сообщи им чтобы за неделю до ходовых испытаний телеграфировали. Хочу присутствовать. Заодно и посмотрим на эту грозу испанцев. Все. Ступай.

Еще только начал сходить снег, а армия, собранная Голицыным уже выдвигалась в поход. Благо, что до Воронежа уже было проложено шоссе или, как его в народе называли «петровская дорога». Тем более, что на этой ветке, идущей уже от самой Вологды через Ярославль, Москву и Тулу в Воронеж на всем протяжении имелись нормальные арочные мосты из кирпича. Так что, за тот месяц, что его армия будет ползти до Воронежа уже и снег сойдет и земля подсохнет. А там уже и до Азова рукой подать, да еще со снабжением на лодках по реке.

Однако это все не радовало Василия. Он выдвигался с тяжестью на душе, так как чувствовал всем нутром, что над ним и Софьей с каждым днем сгущаются тучи. Да, Голицын приложил все силы к тому, чтобы подготовить этот поход как можно лучше, но надежды все равно было мало. Возможно, Азов он и возьмет. Но что будет дальше? От армии осталось едва ли семьдесят тысяч после позора позапрошлого года, и она была уже не сильно то и лояльна его возлюбленной Софье Алексеевне. Особенно после того, как Петр вместо обещанных пятисот рублей выделил две тысячи. А потом сверх того, поставил амуниции на такую же сумму, только безвозмездно. И полковникам помог тканями и прочим для приведения войск в порядок еще на тысячу. В общей сложности – пять тысяч полновесных рублей[31] вместо пятисот. Хотя с него по–хорошему не требовалось и копейки, ибо он сам находился по малолетству на содержании казны и снаряжение армии не его забота. И ведь помог не тихой сапой, а так, что теперь каждая собака в армии о том, кто главный благодетель этого похода, отрывающий от щедрот своих ради благополучия дела ратного.