Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Раз, два, три…

Звук приближался, будто отсчитывая секунды. Марина взмолилась, чтобы это была просто одна из вернувшихся сотрудниц, которая вот-вот войдет в свой кабинет, заберет забытую вещь и просто уйдет.

Но звук все приближался. А затем Хлебникова услышала голос Кудиновой.

— Да, господин, план с Исаевым не сработал так, как мы хотели… — говорила она. — Михаила Александровича отправляют на повышение в Москву — это уже решенный вопрос. Буквально только что визировала сопутствующие документы…

Она говорила что-то еще, но Марина уже не обращала внимания на ее речь, пытаясь считать шаги, которые, по ее прикидкам, оставалось сделать Кудиновой до кабинета. И одновременно смотрела на процент копирования на экране.

«Скорее, скорее…» — молилась про себя Хлебникова.

Сердце все сильнее бухало в груди. Восемьдесят процентов. Девяносто.

Голос Кудиновой и шаги раздавались уже совсем близко.

— … Татищев займет его место, — рассказывала она неведомому собеседнику. — Так что все не так уж плохо, господин… Да. Да, я понимаю, что план не сработал, но я… Да, господин. Да. Я… прошу прощения, но… хорошо, я все поняла. — Начальница отдела кадров уже взялась за ручку своей двери. Марина видела неясную черно-белую тень через матовое стекло. Она медлила, перед тем, как войти внутрь. — Конечно, мы разработаем новый план в соответствии с изменившимися условиями. Да. До свидания…

Замок щелкнул, дверь открылась, и внутрь с тяжелым вздохом вошла Эвелина Кудинова с черном костюме и белой блузке.

— Какого⁈ — воскликнула она.

Напуганные глаза Хлебникова следили за каждым ее движением.

— Опять эта немая овца забыла закрыть кабинет после уборки? — возмутилась Кудинова, хлопнув дверью.

Марина в последний миг успела спрятать ноутбук обратно в сейф и завесить его картиной. Еще теплую флешку она судорожно сжимала в кармане, следя за Кудиновой в щелочку между дверцами шкафа. Начальница отдела кадров села за свое рабочее место и опять разразилась руганью.

— Нет, я точно эту овцу уволю! Это же надо так убирать кабинет, что грязи стало больше, а не меньше! — С возмущением она стряхивала на пол пыль с рабочего стола. Ту самую, что забыла прибрать Хлебникова.

Картина, за которой прятался сейф, висела на стене сбоку от стола Кудиновой и напротив шкафа, в котором пряталась девушка. Марина вдруг поняла, что стоит Эвелине повернуть голову немного вправо, как она заметит, что желто-синяя мазня висит криво.

«Нужно скорее выпроводить ее из кабинета, — подумала она и достала телефон из кармана. Пальцы замелькали, набирая сообщение. — Пожалуйста, будь еще на работе!»

Она быстро набрала сообщение и вновь спрятала телефон, чтобы свет экрана не выдал ее. Кудинова же вдруг встала, пошла вокруг стола с правой стороны и… замерла. Марина видела только ее затылок, но чувствовала, что Кудинова смотрит на криво висящую картину.

— Не только немая, но еще и криворукая, — зло сплюнула она и поправила картину. — В понедельник на работу можешь не выходить.

Закончив ругаться, Кудинова обошла стол и двинулась к шкафу, в котором сидела Марина. Хлебникова вдруг поняла, что прячется за дорогим пальто, и прокляла все на свете, что вообще сунулась в этот кабинет. Начальнице отдела кадров, чтобы уйти домой, нужно это пальто. Сейчас она откроет дверцы и увидит Марину. И тогда… никому не известно, что будет тогда, но девушку пробрал холодный пот.

Надо было сразу заглянуть в шкаф! Понять, что Кудинова еще где-то здесь и дождаться ее ухода! Но теперь уже поздно.

Эвелина уже взялась за ручку шкафчика, как вдруг тишину разорвала громоподобная трель рабочего телефона.

— Ну что там еще… — вздохнула Кудинова, оборачиваясь, отпустила уже чуть приоткрытую дверцу и вернулась к столу. Взяла трубку. — Да, Наташа? Воронов вызывает? Разве он еще здесь? А почему ты мне звонишь, разве ты теперь не ассистент Исаева? Ах да, точно, — хохотнула Кудинова, — его же увольняют, а отдел передают в ИРК… Хорошо, я сейчас буду.

Начальница отдела кадров положила трубку, вздохнула:

— И чего этому старому пердуну от меня понадобилось в вечер пятницы?

И вышла из кабинета. Ее торопливые шаги вскоре стихли, приехал, звякнув, лифт. Марина, затаив дыхание, слушала, как едва слышно открываются и закрываются его двери. Только потом, выждав для верности еще секунд тридцать, она тяжело задышала. Оказывается, от волнения она на целую вечность задержала дыхание, и грудь уже начало жечь от недостатка кислорода.

Марина выскользнула из кабинета в пустой коридор и сбежала по пожарной лестнице.

* * *

До этого я не видел поместья Листницких. Если бы не знал, то сказал бы, что это жилище минимум графа — настолько оно было роскошным. Теперь четче обрисовалась та финансовая яма, в которую загнала барона болезнь его дочери. Но все было уже позади, поместье светилось сотнями приветливых огней на трех этажах, а ко входу вела помпезная лестница с перилами из чистого мрамора. Она с двух концов, будто руками, огибала небольшую площадку, куда прибывали гости.

Я стоял посреди оранжереи, которая располагалась отдельно от поместья в нескольких десятков метров. Здесь было светло благодаря стеклянной крыше, на которую, кружась, падал крупными хлопьями снег. От тепла он таял и сбегал витиеватыми струйками вниз.

Зимний сад цвел, забираясь в ноздри целым букетом умопомрачительных запахов. Здесь часто любила гулять Варя, дочка Листницкого, поэтому это место было отмечено ее растущей силой.

Позади скрипнула входная дверца.

— Вечер вот-вот начнется, — услышал я голос Волкова. — Будет жаль, если он закончится, так и не начавшись.

Я молча поднял руку с маленькой черной флешкой. Удивительно, сколько всякой информации она вмещала. Почти столько же, сколько лучшие инфокристаллы из моего мира.

Хлебникова принесла ее буквально несколько минут назад и в обмен получила зелья для брата и отца. Она даже побоялась взглянуть мне в глаза — так сильно ее снедал стыд, что она дважды пыталась предать человека, который спас ей жизнь, а теперь спасал жизнь ее родным. Но… она сослужила хорошую службу, предав в третий раз, зато уже не меня.

Волков, подойдя, забрал у меня флешку и вставил в свой телефон. Бегло просмотрел файлы, приговаривая:

— Хорошо, очень хорошо… Великолепно… Барон Татищев… Ох, даже князь Пре… — Следователь Канцелярии Императора резко замолчал, но я продолжил за него:

— … ображенский.

— Вы просмотрели файлы, — обвинил он. — Надеюсь, хоть не скопировали?

— Скопировал, причем несколько раз, — признался я. — Будет лишней гарантией вашей лояльности ко мне.

— А этого… — он