Мари Польская - С видом на жизнь. Дилогия (СИ)

— Она уже два дня у меня! — улыбался Алекс. — Знаешь, я ей за это время припомнил все ее косые взгляды в мою сторону. А уж что ждет тебя…

Он мечтательно возвел глаза к потолку. Я похолодела.

— Если ты захочешь остаться у драконов, я пойму, — продолжал Алекс, — но вот сестре твоей придется несладко. Я ее так разукрашу, что мертвые в свое царство не примут…

— Не трогай ее, — прошептала я. Если и до этого момента я два дня была в настоящем ступоре, то уж теперь вообще потеряла всякий контроль не только над ситуацией, но и над собой.

— Хорошо, Леночка! Не трону. Как только ты будешь стоять здесь, рядом со мной, я верну ее домой, — Алекс презрительно сморщился, — мне и тебя в качестве рабыни хватит.

— Вета, не делай глупостей, — Рай Вард смотрел как побитая собака, понимая, что он совершенно бессилен.

А мне было все равно. Я безразлично посмотрела на одного, на другого и пожала плечами.

— Я согласна.

— Тогда шагни в портал, который сейчас откроется! — казалось, что торжеству Алекса нет пределов. Голограмма исчезла, и вместо нее появился черный зев телепорта. Я взяла свою сумку, сунула кинжал под юбку и молча направилась к нему. Рай Вард схватил меня за руку и попробовал остановить:

— Не бросай меня, — умоляюще попросил он. Я только холодно взглянула на него, сказала: «Прощай» и сделала последний шаг.

Но и этого Алексу было мало. Уже находясь у него во дворце, я видела, как он вновь создал голограмму на месте закрывшегося портала, и сказал то, что его копия произнесла в моей комнате в замке драконов:

— Ты еще больший идиот, Рай Вард, чем я думал. Вместо одной рабыни отдал двух, — он притянул меня к себе, чтобы я появилась в голограмме, — у нее же аура двоится! Хотя, тебе этого уже не увидеть!

— Ты вряд ли можешь дать себе отчет в том, что ты натворил, — Властитель говорил медленно и тихо, как будто вдруг ослабев от тяжкой болезни.

Рай Вард молчал. Он до сих пор не верил, что Веты нет поблизости и что, возможно, уже и не будет никогда. За несколько дней он так привязался к этой человечке, что теперь вообще не понимал, как жить дальше.

— Ты не только себя лишил возможности любить и быть любимым, — Властитель вздохнул, — не только лишил империю надежды. Ты сделал шаг навстречу гибели всего мира.

— О чем ты говоришь, — вскинулся Рай Вард. Все остальные претензии он понимал и принимал. Но это…

— Я должен был в прошлый раз рассказать тебе о пророчестве сирен. Но понадеялся, что тебе и так хватит мотивации. — Торн Вард достал листок бумаги, исписанный мелким почерком придворного мага. — На, почитай! Это отчет о Совете магов.

Рай Вард взял бумагу и углубился в чтение. Перечитав отчет раза три, он вернул его отцу.

— Все равно не понимаю, — Рай Вард в сердцах ударил кулаком по подлокотнику кресла, в котором сидел, — ты считаешь, что я ее предал?

— А ты считаешь иначе? — Властитель усмехнулся. — Ты предал ее еще раньше, еще в мыслях. Ты не любил ее. Если бы любил, не отказался бы от нее ради престола. Прости, но это была своеобразная проверка твоих чувств.

Властитель посмотрел на сына как на нечто неинтересное, не оправдавшее его надежды.

— Ты думаешь, я заставил бы тебя отречься от права быть наследником, если бы ты женился на Вете, — продолжил он. — Нет… Я бы изменил закон. И драконы, я думаю, поддержали бы меня.

— Но, отец, я не мог знать…

— А знать не надо, надо просто уметь делать выбор, расставлять приоритеты, брать ответственность, в конце концов. А ты этому так и не научился.

— Отец, это еще не все… — Рай Вард опустил голову. Он даже взглянуть на отца боялся.

Властитель посмотрел на сына с любопытством:

— Что еще ты натворил?

— Вета… Она беременна…

Если мир может взорваться тишиной, то именно это и случилось. Властитель хватал воздух ртом, не в силах ни успокоиться, ни сказать что‑либо. Для него рухнул мир, такой привычный и, казалось, знакомый.

— Как ты мог? — выдавил из себя Торн Вард. — Как ты позволил своему ребенку, пусть и будущему стать рабом? Мой внук будет рабом… Ты не просто унизил весь наш род, ты покрыл его позором. Ты! Моя надежда и опора! Действительно, я что‑то пропустил в твоем воспитании. Что‑то касающееся души и сердца, чести и совести.

Рай Вард молчал, прекрасно понимая, что все сказанное отцом, заслужено. Он уже и сам себе все это сказал.

— Я отказываю тебе в праве наследования, — жестко произнес Властитель после минутной передышки, — по крайней мере, до тех пор, пока твой ребенок не признает тебя своим отцом! Делай, что хочешь и как хочешь, но ты не должен позволить ему появиться на свет в рабстве!

Щелчком пальцев отключив голограмму, Алекс развернул меня к себе лицом, больно сжав за плечи, и приподнял так, что мое лицо оказалось на уровне его физиономии. Учитывая ростовую разницу в пару десятков сантиметров, это было эффектно.

— Ты — ы-ы… — он шипел. — Ты заплатишь мне за все. Ты будешь так страдать, как я все эти годы!

Я барахталась, пытаясь хоть кончиками пальцев достать пола. От его хватки темнело в глазах. Алекс встряхнул меня как куклу, поставил на пол, достал из кармана полоску металла, затянутую в кожу, и обернул ее вокруг моей шеи. Щелкнул невидимый мне замочек.

— Теперь ты моя рабыня. Этот ошейник блокирует всю магию, если окажешь от меня дальше чем на пятнадцать метров, будешь корчиться от боли. Ясно?

Я подняла едва слушающиеся меня руки к ошейнику, туго стянувшему горло.

— Я спросил: тебе ясно?

— Ясно, — зло прошептала я.

Он резко схватил руками мое лицо, притянул к себе и прошипел:

— Ты должна отвечать: «Да, мой господин!». Ясно.

Я плюнула в такую близко расположенную мишень и попала. Алекс ударил наотмашь. Равновесия мне удержать не удалось, зато расстояние между нами увеличилось метра на три, что в данный момент меня обрадовало. Я медленно поднялась и гордо выпрямилась:

— Отпусти мою сестру! Ты обещал!

Он рассмеялся.

— А ее здесь и нет! Ты такая дура! Живешь в мире магии и еще не поняла, как просто делать иллюзии.

— Насчет беременности ты тоже… пошутил?

Он хмыкнул:

— Ну да, сама ты теперь на свою ауру полюбоваться не можешь, ошейник мешает. Тогда скажу тебе прямым текстом: да, ты беременна.

Мне стало еще хуже.

— Вижу, ты не очень‑то и рада… Судя по твоей вспышке магии, которую я засек, дракон тебя изнасиловал. Ты всегда не умела выбирать себе мужчин!