Алексей Туренко - Крым 2.0 Война

Что ожидало «вонючую пятерку» на выходе – знал только господь. Или Аллах.  Крайне правые, националисты, новые нацисты? Или победившие мигранты? Чем черт не шутит?

В любом случае, подключиться к решению вопроса о транзите, предстояло уже новым властям.  Какими бы они не были. Если только лягушатники, с отчаяния не кинут пару спецбоеголовок на Стамбул или многострадальный Измир.

Трое собравшихся надеялись, что до такого не дойдет.

Агафонов обвел собеседников взглядом, приглашая начинать. Валера, поняв, что от Матвея активности не дождешься, начал.

-Насколько понимаю, о южанах можно забыть, пока они не закончат выяснять свои семейные отношения. Кто у них в доме главный. Думаю – минимум полгода, на эти разборки у них уйдет. А то и больше. К этому времени станет ясно – кто, куда и зачем. Пусть МИД с разведкой суетятся. Нюхают, щупают, смотрят.

Премьер покачал головой и продолжил.

-Прочие неопределившиеся – аналогично, на потом. Их решение будет зависеть от того, как решатся проблемы новообращенных. Немцев.

-Цена вопроса - две бригады морской пехоты и двадцать-тридцать судов сопровождения,  - наконец отозвался Матвей. И переведя испытующий взгляд на спецпредставителя, продолжил. – Которых сейчас нет. Плюс нужна база в восточной части Средиземного моря. Сирия. Или Израиль.

При слове Израиль все трое еще сильнее помрачнели. Агафонов невесело хмыкнул.

-Только евреев для полного счастья не хватает.

-Значит Сирия?

-Экие вы прыткие, ребятки. Сирия… Режим висит на соплях. Как бы нам самим, уносить ноги не пришлось. А если еще там разместить ваших борцов с турецкой вольницей. Их генералитет рубить сук под собой не будет. Как и наши… Нет, максимум -  заход на пожарный случай. Не более…

Матвей прошелся по комнате.

-Итого, имеем - войска и суда, при лучшем раскладе - к февралю. Если снимать морпехов с острова и патрулирования и кидать их на прикрытие немцев, то Эгейское море превратится в кровавую кашу за две недели.

-Не говоря о том, что успокаивать Турцию будет просто некому. – Закончил Агафонов.

-Я сейчас об этом и не мечтаю. – Откликнулся Матвей. – А все это означает, что мы должны отдать «должок» Осману. Двадцать каперов. А спустя неделю их увидят наши парни, сопровождающие бюргеров. Интересная хрень, получается.

-Ну, это не проблема. Я конечно не военный, но радионаведение и несколько ракет…

- А Осман сложит два плюс два. И в итоге мы получим недельную отсрочку, после чего все турки кинутся на нас.

-Может грохнуть Османа? – Деловито поинтересовался россиянин.

-А что это даст? Еще неделю? Нет, господа. Нам сейчас свободный транзит через проливы нужен. А не полярные конвои времен второй мировой…  В общем, или РФ быстро выделяет пару бригад морской пехоты. Или нам срочно нужны евреи. Для сопровождения и стоянки.

– Кремль солдат не даст. Разве что - оружия подкинем. - Агафонов поскучнел. - И евреев папа не одобрит. Официально. Ему только проблем с арабами, до полного счастья не хватает. А неофициально….

И спецпредставитель выразительно поглядел на крымчан.

Фесик обреченно вздохнул.

-Мне одних татар с турками – выше крыши. Еще и эти. Посрались насмерть с соседями. И сидят, до зубов вооруженные. Думая, что наличие здоровенной дубины всех удержит. А мне что-то подсказывает - ни фига, она их не удержит. И звезданут они, со всей дури, этой дубиной по башке арабам. И мигом, из белых и несчастных станут… Кем именно, уточнять не буду. И не важно, что у израильтян выбора не будет. Кого это будет волновать, когда начнут хоронить миллионы арабов. Этого им не простят. А учитывая, что их и так, не особо любят, все «нелюбящие» получат такой официальный предлог для демонстрации этой самой «нелюбви».

Валера неласково посмотрел на москвича и закончил. - А мы, подружившись с этими ребятками, измараемся в дерьме. По самую маковку.

-Умницы. Все понимаете.  - Агафонов удовлетворенно улыбнулся. – Вот и дружите, ребята. И постарайтесь уберечь их от скользкого пути. А мы пока в сторонке покурим. С отсутствующим видом…

-Корабли хоть дай!

-Дам. – Улыбнулся Агафонов, скрываясь в дверях.

-Сука! – С чувством воззвал Валера, адресуясь к закрывшейся двери. И, обернувшись к развеселившемуся Матвею, съязвил.

-Чего скалишься? Поздравляю с выигрышем персонального тура в Израиль. 

Здравствуй город Тель-Авив.

Оказывается, ты не столь велик. Суетлив и не по-русски странен. Как и впрочем, любой другой, в незнакомой стране. Почти европейская ментальность, вписанная в Ближний Восток. Жара, пальмы, полуевропейская застройка. Чисто местный колорит, в виде большого количества бородатых парней в черных сюртуках. Евреи. Белые, смуглые, черные. Для Матвея было настоящим откровением, что на свете существуют чернокожие евреи. Оказывается, бывают и такие. Из Африки.

Ну да черт с ними. Бывают, так бывают. Федоров прибыл в этот странный город совсем за другим. Дружить. Предложить все, что может дать настоящий друг. Предложить много. И столько же получить в ответ.

Говоря откровенно, пока этим не пахло. Уже два дня он разгуливал по израильскому МИДу, посетив два десятка кабинетов. Отдел Восточной Европы, отдел по работе со странами бывшего СССР, отдел по работе со странами Средиземноморского Бассейна. Его с энтузиазмом выслушивали, качали головой, восхищенно цокали языком и с не меньшим энтузиазмом говорили в ответ. Если все ответные речи, оцифровать и прогнать сквозь программу-анализатор, то на выходе получился бы ноль.  Ноль информации и смысла. Такой программы у Матвея не было. Что не мешало ему прийти к такому же выводу. С помощью собственного аналитического устройства, в просторечии именуемого головой.

Максимум, которого ему удалось добиться за эти два дня – издалека полюбоваться на министра иностранных дел Израиля. Аж целые пятнадцать секунд, пока упомянутый чиновник пересекал свою приемную.

Скажем прямо – не густо.

Закончив второй день своих блужданий, профессор, покинул приветливые, но негостеприимные чертоги еврейского МИДа. И теперь, не торопясь брел по обсаженной пальмами Тель-Авивской улице, глазея на разноцветных израильских граждан, печально размышляя над тем, что еще можно предпринять. И вообще, имеет ли смысл дальнейшее бодание стены головой?

Дабы не грузить Читателя ненужными и невеселыми размышления профессора, обратимся к другой стороне происходящих событий, внешне не слишком соотносящимся с ними. Перенесемся миль на 500 северо-западнее Тель-Авива.