Фантастика 2026-183 - Алла Железнова

– Будто весь мир замер в этом месте, – произнесла я шепотом, но голос тут же разнесся по всей пещере, отражаясь от стен и усиливаясь.

– Все потому, что тебя здесь ждут, – обнял меня Мистиф со спины, а потом слегка подтолкнул вперед к самому берегу темно-фиолетового озера. – Иди.

– Куда? – испугалась я.

– В воду. Мне дальше нельзя, – одарил меня тень печальным и любящим взглядом. – Я буду ждать тебя здесь столько, сколько потребуется.

– Но… озеро кажется бездонным. Совсем как… – я осеклась, боясь эха своего голоса.

– Вселенная? Да. Это же не обычное озеро. Это целый мир одной богини.

– Ты уверен, что я достойна войти… в ее владения?

– Этого хочет Она сама. Солун ведь говорила с тобой? – наклонил мой мужчина голову набок.

«Неужели вам, землянам, так сложно довериться кому-то?»

Чужой голос всплыл в моей памяти. Выходит, это была она?

Я вновь обернулась к воде, спустя несколько мгновений принялась разоблачаться. Кассиль говорила, что в воду придется войти нагой. Сет следил за мной с волнением. Его одолевало множество противоречивых эмоций, что четко читалось по его взгляду: надежда, горечь, нетерпение и счастье. Что из этого останется в нем, когда я выйду из озера? И выйду ли я оттуда? Этого не знает даже он.

– Мистиф, – я обернулась к нему, крепко обняла и поцеловала.

– Я дождусь тебя, – огладил он мои щеки, тяжело дыша после такого мучительно-сладкого поцелуя.

– Люблю тебя.

– А я тебя, моя осетта.

После этого я смело шагнула в фиолетовые воды, пока страх перед новой неизведанной бездной меня еще неполностью одолел.

Шум воды разрезал тишину, и я погрузилась в воду с головой. Несколько секунд ничего не происходило. Я, вода и давящая тишина. Первое, что я заметила – мое тело не всплывает. Вода его не выталкивает. Вторым пришел страх – я тону? Глаза… Надо открыть глаза. А когда открыла… Светло. Вокруг было светлее, чем в самой пещере. Фиолетовая вода и… Она! Я слегка вскрикнула от неожиданности, забыв, что могу захлебнуться.

Но вдох был настолько естественным. Вот я уже не плаваю, а парю перед богиней, что рассматривает меня с легким любопытством, наклонив слегка голову набок, совсем как Мистиф еще пару минут назад. Молодая, нежная, светлая… Светлая. Так бы я ее назвала. Волосы Солун свободно колыхались в воде, перламутровая радужка переливалась разными оттенками. Единственное, что выдавало в ней зрелую женщину, это взгляд. Он был предельно серьезен. Но, когда я задала первый вопрос, в нем появились озорные искорки.

– Вы… и правда здесь живете? Невероятно.

– Как сказать живу… Да, это мое пристанище, – зажурчал знакомый голос в моей голове. – Но, как и все боги, я могу находиться в любой точке Гелеона, откуда видно Сарфиру. – Она приосанилась немного и улыбнулась. – Ну, привет, чародейка с Земли.

– Простите, здравствуйте, – приложила руку я к груди и слегка кивнула головой. Как согнуться в этих водах, я не имела понятия.

Мы еще какое-то время друг дружку изучали.

– Интересные у тебя вопросы в голове роятся. На них у меня ответов нет.

– Вы не можете нам помочь? – с тоской спросила я.

– Я – нет. Твоя подруга может.

– Ольга? – изумилась я.

– Нет. Анна.

Анна? Значит ли это, что она жива?

– Но как?..

– Вероятность, что ваши пути вновь пересекутся, крайне низка. А времени у тебя мало.

Выходит… у нас с Мистифом не будет своего «Долго и счастливо»?

– Душенька, тебя можно сравнить с цветком, который никак не хочет раскрыться свету, – проигнорировала она мой вопрос, кружа вокруг меня. – В данном случае твоего внимания просит одинокая холодная тьма. Готова ли ты открыться ей, даже если цвести тебе дано один день?

– Вы ведь уже знаете ответ. Если эта тьма принадлежит моему сету – да! Что бы это ни значило.

– Сету-у-у… – протянула богиня. – Что ж. Кое в чем помочь я действительно могу. Вопрос, как ты моей помощью распорядишься и готова ли будешь решиться на нечто подобное?

После пары весьма доходчивых образов, что я увидела, заглянув Солун в глаза, я заплакала. И непонятно, от счастья или горя.

– Он будет… жить? – уточнила я, как только уловила всю суть посланных мне образов.

– Все будет зависеть от него самого. Связь с землянкой я встречаю впервые. Все, что я могу тебе пообещать – я буду рядом. И позабочусь о вашем наследии.

После этого богиня мне улыбнулась и исчезла, а вода стала выталкивать меня на поверхность.

– Я оставлю вас. Будь смелей.

«Спасибо. Спасибо, боже!»

«Еще пока не за что».

Вдох, глубокий, живительный. Звуки вернулись. Журчание капели, шелест листьев кустов, стрекот притаившихся насекомых. Я вернулась в пещеру, на берег озера, где меня ждал мой тень. Завидев меня, он нетерпеливо поднялся, но я не торопилась выходить из воды, стоя в ней по грудь, обнажив лишь плечи. Поманив его к себе, уверила, что так надо и богиня не против пустить его в свои воды искупаться. Немного помедлив, он разоблачился и второй раз в своей жизни вошел в воды озера.

Добравшись до меня, тут же заключил в свои объятия, крепко сжал и жадно поцеловал.

– Она оставила нас на время, – произнесла я, едва уловив момент меж поцелуями.

– Я понял, – снова поймал он мои губы. Тень целовал меня так, будто последний раз, тяжело дыша от волнения. – Я не отдам тебя… ни твоим богам, ни нашим. Ни бездне, ни другому… никому. Моя девочка. Моя осетта. Люблю, – шептал он неудержимо.

– Мистиф, – ахнула я, чувствуя ласку его рук и тая в них.

Тень подхватил меня под бедра, вынудив обхватить его талию ногами, оставляя цепочку поцелуев на моей влажной шее. Озеро расходилось фиолетовыми волнами в такт нашим движениям, пещера сотрясалась стонами и обещаниями в вечной верности, любви. Я могла раньше только мечтать о такой любви, такой страсти.

– Попроси, любимый, – прошептала я, помня наказ богини. – Еще раз.

– Ирина, – произнес тень страстно мое имя. – Прими меня своим покровителем.

– Я принимаю тебя, Мистиф.

– Вместе, навсегда?

– Всегда твоя.

С волной наслаждения и дружным стоном на моей правой руке возникло чувство жжения. Оно нарастало, что быстро вырвало меня из неги.

– Ай! – схватилась я за плечо.

Мы оба посмотрели на него и обнаружили красивое, словно кружевной браслет, белое тату.

– Мистиф, это… – в изумлении я потеряла дар речи.

– Риша! – обрадовался он, огладил ее и собственническим рывком снова