Ленс Ронг - Гарри Поттер и Методы Рационального Мышления

МакГонагалл не проронила ни слова.

– В Хогвартсе необходимо соблюдать дисциплину, – наконец заговорила она. – Ради блага всех учеников. Дисциплина включает в себя вежливость и послушание всем профессорам.

Гарри склонил голову:

– Понимаю, профессор.

Удивительно, насколько важно сохранять дисциплину, когда ты стоишь на вершине лестницы, а не внизу. Но Гарри мудро решил оставить своё мнение при себе.

– Тогда… могу поздравить, вы отлично подготовлены.

Гарри хотелось закричать, рассмеяться, упасть в обморок – что угодно. Впервые в жизни его слова повлияли на взрослого. Да что говорить, хоть на кого-то. Возможно, потому, что впервые речь шла о чём-то действительно серьёзном, но всё же…

Минерва МакГонагалл, +1 балл.

Гарри кивнул и передал мешочек с золотом и 11 галлеонов профессору.

– Оставляю это вам. Мне нужно воспользоваться уборной. Не подскажете, где?..

Ему тут же нарочито вежливо указали на дверь с золотой ручкой.

Когда Гарри уходил, он расслышал елейный голос продавца:

– Могу я поинтересоваться, кто это был? Полагаю, слизеринец. Возможно третьекурсник из знатной семьи, но я никак не могу его узнать…

Окончания Гарри не услышал.

Он захлопнул дверь туалета и тяжело на неё опёрся. Одежда насквозь промокла от пота. Гарри склонился над унитазом из слоновой кости, отделанным золотом, но, к счастью, его так и не вырвало.

* * *

И вот они снова стояли во внутреннем дворе «Дырявого котла» – крохотная, пустынная, засыпанная листьями граница между магическим Косым переулком и огромным маггловским миром, двумя невероятно отличными друг от друга частями единого целого… Гарри собирался найти таксофон и позвонить отцу. По всей видимости, ему не стоило беспокоиться, что покупки украдут – ведь они были волшебными, а значит магглы, скорее всего, их не заметят. Купив вещь стоимостью в подержанный авто в магическом мире, вы можете рассчитывать на подобные бонусы. Гарри стало интересно, увидит ли его отец сундук, если он на него укажет.

– Здесь наши пути расходятся. На определённое время, – сообщила профессор МакГонагал и удивлённо покачала головой. – Этот день был самым странным из всех в моей жизни за много лет. С того времени, как я узнала о том, что ребёнок победил Сами-Знаете-Кого. И сейчас, оглядываясь на прошлое, я задаюсь вопросом: не был ли тот день последним нормальным в истории?

Как будто ей есть, на что жаловаться. У вас был странный день? У меня тем более.

– Вы меня сегодня поразили, – сказал Гарри в ответ. – Нужно было не забыть сделать вам комплимент вслух: я начислял вам очки в уме и тому подобное…

– Благодарю вас, мистер Поттер. Если бы вы уже были на каком-нибудь факультете, я бы вычла столько баллов, что даже ваши внуки продолжали бы проигрывать Кубок Школы.

– Благодарю вас, Минерва.

Наверное, слишком рано называть её Минни.

Эта женщина, пожалуй, самый здравомыслящий взрослый, которого он когда-либо встречал, несмотря на отсутствие у неё базовых научных знаний. Гарри даже собирался предложить ей вторую по важности должность в группе борцов против Тёмного Лорда, хотя и не озвучил эту мысль вслух.

«Как бы назвать такую команду?.. Пожиратели Пожирателей Смерти?»

– Скоро увидимся, мистер Поттер. И, кстати, ваша палочка…

– Я знаю, о чём вы собираетесь попросить.

Гарри вытащил драгоценную палочку и скрепя сердце протянул её МакГонагалл.

– Возьмите. Я хоть ничего и не собирался с ней делать, но не хочу, чтобы вас мучили кошмары о том, как я подрываю свой дом.

Профессор покачала головой:

– Что вы, мистер Поттер! Это не в наших правилах. Я только хотела предупредить, что вы не должны использовать палочку дома: несовершеннолетним запрещено колдовать без присмотра – Министерство магии умеет это отслеживать.

– А, – улыбнулся Гарри. – Очень разумное правило. Рад, что волшебный мир ответственно подходит к подобным вопросам.

МакГонагалл пристально вгляделась в его лицо:

– Вы и впрямь так считаете.

– Да, профессор, я всё понимаю. Магия опасна, так что для этих правил есть основания. Есть и другие опасные вещи, это я тоже понял. Я ведь не глупый, помните?

– Вряд ли когда-нибудь это забуду. Спасибо, Гарри, рада, что могу вам доверять. А теперь до свидания.

Гарри уже собирался зайти в «Дырявый Котел», чтобы вернуться через него в мир магглов, но, как только он повернул ручку двери, сзади донесся шёпот:

– Гермиона Грейнджер.

– Что? – переспросил Гарри.

– Поищите первокурсницу Гермиону Грейнджер, когда будете ехать на поезде в Хогвартс.

– А кто она?

Ответа не последовало. Гарри обернулся, но профессор МакГонагалл уже исчезла.

* * *

Послесловие:

Директор Дамблдор подался вперёд. Его мерцающие глаза впились в МакГонагалл:

– Так что вы думаете о Гарри, Минерва?

МакГонагалл открыла рот и тут же закрыла. Потом вновь открыла его. Ни слова не вырвалось наружу.

– Я понял, – серьёзно сказал Дамблдор. – Спасибо за доклад, Минерва. Вы можете идти.

Губы Петунии Эванс-Веррес дрожали, а глаза были на мокром месте, когда Гарри обнял её на платформе девять станции Кингс Кросс.

– Гарри, может, мне всё-таки пойти с тобой?

Гарри посмотрел на неё, скользнув взглядом по отцу, Майклу Веррес-Эвансу, который выглядел стереотипно суровым, но гордым, в отличие от матери, выглядевшей скорее… потерянно.

– Мам, я знаю, ты не в восторге от мира волшебников. Не надо со мной идти. Правда.

Петуния вздрогнула:

– Гарри, не волнуйся за меня, я твоя мать, и если тебе нужно, чтобы рядом был кто-то…

– Мам, в Хогвартсе я буду сам по себе долгое, долгое время. Если я не в состоянии даже сесть в поезд, то лучше выяснить это как можно раньше, чтобы у нас была возможность отменить весь план. К тому же, – добавил он шёпотом, – там все без ума от меня. Если возникнут трудности, мне достаточно будет снять повязку, – Гарри потрогал спортивную повязку на голове, которая скрывала шрам, – и я в тот же миг получу гораздо больше помощи, чем смогу переварить.

– Ох, Гарри, – прошептала Петуния. Она присела и сильно обняла его, прижавшись щекой к его щеке. Мальчик почувствовал её тяжёлое дыхание и услышал всхлип, слетевший с её губ, приглушённый и сдавленный, но всё же всхлип. – Я тебя очень люблю, всегда помни это.

«Как будто она боится никогда больше меня не увидеть», – подумал вдруг Гарри. Он был убеждён в верности своей догадки, но не мог понять, почему мама так переживает.