Александр Абердин - Три недели в Советском Союзе

— Ребята, мы с Ниной прилетели на Луну только для того, чтобы положить начало строительству настоящего лунного города, а не заниматься той ерундой, на которую я когда-то сдуру согласился, хотя и были люди, которые говорили мне, что бурить норы в этой горе это чистейший идиотизм. Для того, чтобы сделать этот проект реальностью, нам нужно начать пилить вот здесь базальтовые строительные блоки сечением метр на два и длиной в пять для возведения стен, а также блоки длиной в десять метров, которые пойдут на перекрытия. Слой реголита здесь очень тонкий, всего два метра, а потому нам даже не придётся его снимать. Мы его просто выровняем и застелем плитами в два ряда, склеив их между собой специальным клеем. Его мы будем производить прямо здесь. Те транспортные контейнеры, что мы привезли, являются ещё и химическими реакторами. Как вы видите, строительство города начнётся вот с этого трёхэтажного блока размером двести пятьдесят на триста метров. Это будет первая лунная сельскохозяйственная ферма, расположенная практически вплотную к нашим барсучьим норам. Позднее к ней будет пристроено ещё несколько десятков таких же ферм с мощными стенами четырехметровой толщины и двух метровыми перекрытиями. Большая часть помещения будут отведена под плантации и животноводческую фермы, а меньшая, шириной в пятьдесят метров, под технологический комплекс, молокозавод, сыроварню, небольшой мясокомбинат и склады для кормов. На первом этаже, высота которого составляет пятнадцать метров, мы будем выращивать топинамбур, на втором у нас будет поле под пшеницу и теплицы, его высота восемь метров, а на третьем этаже высотой в шесть метров, у нас разместится молочная ферма и там же мы будем откармливать бычков на мясо. Всего же с десяти гектаров мы сможем получить за год не менее восьми тысяч тонн высококалорийной биомассы, содержащей в себе все нужные человеку витамины и аминокислоты, то есть только на растительной пище сможем прокормить не менее пяти тысяч самых прожорливых селенитов. Если кого-то заинтересуют расчеты, то любой человек с ними сможет ознакомиться. При этом не забывайте и о том, что мы таким образом навсегда избавимся от такой проблемы, как очистка воздуха. Один гектар посевов топинамбура поглощая углекислый газ даёт за сутки столько же кислорода, сколько его дают четыре гектара лиственного леса, друзья мои. Ну, а для того, чтобы построить эту ферму, мне нужно тридцать два добровольца, которые будут работать по двенадцать часов каждый день и тогда ровно через семьдесят пять дней строительство первой лунной сельскохозяйственной фермы будет закончено и наш коллега Пит Маховлич сможет перевести своих тёлочек в их постоянные стойла, а уже через пять месяцев к ним присоединятся шестьдесят покрытых тёлок, которые сейчас тренируются к предстоящему полёту на Луну в Торонто.

Сергей Александрович замолчал. В кают-компании на несколько минут повисла тишина, которую вскоре нарушил приглушенный смешок, а затем весёлый возглас:

— И снова я слышу название этой культуры, — топинамбур. Серж, ты верен себе. О, не подумай только, что я тебя критикую. У нас в Канзасе топинамбур не выращивают теперь только те фермеры, которые наблюдают за тем, как он растёт, снизу, из-под земли. Знаешь, Серж, а ведь я согласен сократить свою исследовательскую программу и стать у тебя разнорабочим. Извини, но моя квалификация селенолога не позволит мне сразу же стать хорошим каменщиком или штукатуром, но что я буду с этого иметь, Серж? Ведь через год мне и Джинни улетать отсюда.

Сергей Александрович улыбнулся и ответил:

— Кен, через год ты Джинни сможете остаться на Луне на любой срок, ведь вы будете получать полноценный рацион питания, а не давиться сублимированными продуктами.

— Это полная чушь! — Возмущённо воскликнул вскочив на ноги моложавый мужчина — Серж, на этот раз ты превзошел сам себя со своими идиотскими планами! О, я вижу к чему ты клонишь. Разрушив своей глупой цивилизационной экономической доктриной естественный ход истории на Земле и практически полностью запретив на ней здоровое соперничество, которое выдвигало наверх самых талантливых и сильных людей, ты увидел впереди страшную перспективу безудержного роста числа людей на планете и теперь хочешь заселить лишними людьми Луну. Ну, признайся же наконец, что ты сел в лужу со своими миротворческими программами! Сегодня ты предлагаешь построить первый город для полумиллиона бездельников на Луне, а завтра начнёшь отправлять их на Марс вместо того, чтобы они просто вымерли на Земле из-за своей ущербности и никчёмности. У тебя ничего не получится. Человечество по твоей вине растёт слишком быстро, но скоро сами собой включатся природные регулятор и всё быстро придёт в норму, а таких людей, как ты, все те, кого ты так лелеял и пестовал, разорвут в клочья проклиная. Поэтому мы не позволим тебе превращать Луну в компресс для больной головы. Твоей больной головы, Серж. Тебе самое время признаться в том, что ты со своими идиотскими доктринами потерпел крах. Признаться и отойти в сторону, дать человеческой цивилизации развиваться так, как это предписано законами природы.

С такой резкой критикой проекта Сергея Чистякова выступил американский учёный-микробиолог Дональд Браун, который до сего дня всегда отличался исключительной толерантностью. Он занимался генной инженерией и во всеуслышанье заявлял о том, что только она способна прокормить человечество. Сергей Александрович слегка улыбнулся и спросил:

— Дон, о каких это природных регуляторах ты говоришь? Уж не о СПИДе ли, которому нам удалось не дать распространиться по всему миру? А может быть о некоторых других смертельных вирусах, которые так и не появились на свет? Дорогой мой, то что мы так и не нашли ту секретную лабораторию, в которой был создан вирус СПИДа, вовсе не говорит о его естественном происхождении. Его создали искусственно какие-то безумцы с докторскими степенями и мы их рано или поздно найдём. Ну, а твой бред относительно того, что Луна это компресс на мою больную голову тебе лучше оставить для употребления в узком кругу семьи и твоих друзей. Извини, но я ведь могу и набить тебе за такие оскорбления морду. Ты ни чем не можешь мне помешать сделать жизнь человека на Луне лучше и приятнее, а потому если мой проект тебя не устраивает, запрись в своей лаборатории и сиди там, скрещивай хомячков с одуванчиками, всё равно я не дам тебе скармливать людям всякую генетически изменённую дрянь. Должны пройти многие десятилетия исследований, прежде чем мы убедимся в том, что она действительно безвредна. Природа проводила свои эксперименты миллионы лет и то мы не всё берём из неё для того, чтобы съесть за завтраком. Ну, а поскольку ты ничем не можешь мне помешать, то дай мне спокойно поговорить с остальными учёными и лунными строителями.