Да, товарищ лидер фракции - Роман Феликсович Путилов

в Сибири негде. А тут будет сделано старинное поселение, искусственное озеро с таинственной голубой водой, несколько кафешек с блюдами национальных помызянской или вогульской кухонь, типа открытых пирогов с костяникой или лосятина в трюфельном масле, трюфели для которого ваши предки. вогулы, добывали с помощью дрессированных кабанов. Настойка вогульская, крепкая, фирменный рецепт, проверенный тысячелетиями и освященный предками. Нужна приличная гостиница, но только приличная, не с летним душем во дворе, а с номерами класса люкс и рестораном, что работает до последнего клиента. Скачки на ездовых собаках и оленях. Потешные бои между русскими стрельцами и вашими предками, вогулами, с пищалями и луками. Пушку можно отлить, чтобы холостыми зарядами стреляла. Так к вам через пару лет не только красноярцы будут ездить, а еще и москвичи с иностранцами. Только не становитесь жадинами, и не устанавливайте цены, как на Алтае, где поездка на три часа в ржавой моторке с грязными лавками, до водопада, стоит дороже, чем в Таиланде, где целый день можно кататься на современном катере, нырять в маске с морскими рыбами, еда и напитки неограниченно, а стоит в два раза дешевле. В общем прекращайте ныть и занимайтесь.

В общем, сегодня Олег вез задремавшего в пути депутата домой, а сам все гонял в голове просьбу старшего брата, чтобы младший расстарался и через месяц привез депутата снова в поселок рыбачить, и желательно с его бухгалтером, так как к тому времени у местных мужиков будут определенные наметки по изменению жизни закрытого карьера и всего поселка.

Июнь 1996 года. Трасса «Сибирь».

Как я ни настаивал, Ирина уперлась, твердя, что если она сейчас поедет со мной, всё будет очень плохо. Налоговая инспекция растеряет наши ящики с документами и Ирине придется потом все восстанавливать, что может, в итоге, затянуться ни на один месяц. Так и не добившись своего, я загрузил две сумки с вещами и несколько ящиков с продуктами в объемистое багажное отделение джипа и, на рассвете, пока не придавила полуденная жара, покатил на своем джипе, который мне вернули из ремонта, в сторону столицы.

Надо сказать, что передвигаться по российским дорогам в это время было делом достаточно опасным. На дорогу то и дело выкатывались многочисленные «соловьи разбойники», на ржавых отечественных «ведрах» и немногочисленных иномарках, которые старательно высматривали путешественников по своим силам и старались их остановить и поделиться всем, что эти самые путешественники имели при себе. Поэтому, постоянно приходилось держать ушки на макушке и относиться к любой, появляющейся рядом машине, как, к источнику потенциальной опасности. Вторую опасность представляли всевозможные милицейские посты, которые буквально опоясывали все мало-мальские населенные пункты, потроша проезжающие мимо машины. Правда толку от этого было мало. Местные бандиты прекрасно знали объездные пути мимо постов и все эти проверки касались в основном обычных граждан.

Моего майорского удостоверения хватало, чтобы без проверки проехать большинство постов, в паре раз, в республиках Поволжья, инспектора потребовали предъявить документы на машину и «права», но досматривать машину майора милиции у господ продавцов полосатых палочек духу не хватило. Местным же бандюкам (ну как бандюкам? Скорее, гопникам), хватило пару раз показать пистолет через боковое окно, и этого намека обычно хватало, чтобы экипаж, бешено мчащейся ободранной «точилы» или «копейки», прижимающей тебя бортом к обочине, дружно вспоминал, что у них утюг дома не выключен, или молоко на плите убежало, после чего, срочно меняли планы и немедленно отставали от моего джипа. Но, как бы то ни было, я добрался до столицы, свернул с МКАД, прокрутился по «дальневосточным» улицам и выехал к шлагбауму платной автостоянки из числа «приличных», где собирался оставить машину, чтобы она, через пару дней, не возила какого нибудь джигита на Северном Кавказа. Разгружать машину, в одно лицо, я не стал, благо, что в съемной квартире живут два добрых молодца, большую часть продуктов из багажника машины они же и сожрут, а вот пару пузырьков водки я в сумку положил, заплатил сторожу за пять дней и двинулся по месту пребывания. Вы спросите, зачем я привез в столицу кучу продуктов? Да нет, Москва в это время совсем не голодала, просто вез я из далекой Сибири некоторое количество промышленной взрывчатки и пару электродетонаторов, которые обменял на спиртное в нищем таежном оселке у бывших взрывников закрытого карьера. Они там ею рыбу глушили, экологию заповедного края портили, а мне для дела надо. Вот и прятались бруски, похожие на мыло, среди свертков и пакетов с продуктами, дабы проверяющие устали их искать.

Москва. Съемная квартира в районе станции метро Щелковская.

Дверь квартиры мне открыл, опухший со сна Витька Брагин. Пока мы с операм обнимались и радовались встрече, из моей комнаты вышел длинный и худой, как аист парень лет тридцати, одетый в темно-синие армейские трусы и голубую заношенную майку — алкоголичку.

Дождавшись, когда Витка выпустил из объятий, парень шагнул вперед, протянул длинную мосластую руку и представился:

— Капитан Блинов, Михаил, из Воронежа.

— Да мы тут, Паша, вчера с пацанами…- засмущался Брагин: — А метро уже закрылось, сам понимаешь…

В общем, в нашей квартире вместо двух оставленных на проживание земляков, я обнаружил пятерых и похмельных «коллег», так что пришлось брать Левина и Брагина и возвращаться на стоянку. Можете считать меня жадным, но из машины я выгрузил три бутылки водки четыре банки тушенки производства заводика моего приятеля Димы Ломова. Через час мы сидели в большой комнате, за раздвинутым столом, так как, в маленькой кухоньке вся компания определенно бы не влезла и завтракали-обедали, а мужики жаловались мне на неприкаянность и неустроенность. Пятьсот сотрудников было собрано по всей стране в сезон летних отпусков и размещены в казармах учебного центра. Занятия, как таковые, с ними не проводились, кормежка и условия пребывания в столице были скудными, но и домой служивых не отпускали, как будто власти к чему-то готовились и держали здесь послушную вооруженную силу на всякий случай.

Глава 8

Глава восьмая.

Земля — крестьянам, заводы — рабочим, а деньги — москвичам.

Июнь 1996 года. Москва. Съемная квартира в районе станции метро Щелковская.

Что такое три бутылки водки на шестерых здоровых молодых мужиков? Так, смазка для гладкого течения застольной беседы. Поговорили ни о чем. В основном поругав власть, а затем расползлись по комнатам, вернее, уполз я. Больно хотелось спать после шести часов, проведенных за рулем, последнего броска до столицы, а парни остались на кухне, продолжая обсуждать вечные проблемы мироздания.

Проснулся я через пару часов, разбитый и злой, но, осознающий, что если я сейчас не встану с кровати, то потом прошарахаюсь всю ночь или