Воздушная кавалерия. Том 6 - Джек из тени

— Давай! Давай, твою мать! Навались!

Мы толкали, упираясь ногами в скользкие камни, наши мышцы горели от напряжения. А японцы были уже совсем близко. Первые пули со стуком ударили в ворота, выбивая искры.

— Врежьте сюда! — указал двум нашим Кинетикам на прикипевшую часть механизма. Парни, недолго думая, долбанули со всей пролетарской ненавистью. Хорошо хоть, оба Эпсилон! Но дело сделали, ржавчина отпустила металл.

Створки медленно, мучительно медленно сходились. В оставшуюся щель я видел замершие силуэты японских солдат. Наконец, с оглушительным скрежетом, ворота сошлись.

— Засов!

Те же два Кинетика повторили ударный маневр и засов, находящийся все это время в вертикальном положении, опустился на свое законное место. Несколько секунд мы стояли, прислонившись к воротам, тяжело дыша, слушая, как с той стороны в них бьют пули. А потом все стихло, только вой ветра и отдаленные крики, видимо, новая волна тварей нашла себе свежую добычу.

Мы были в безопасности, хоть и относительной и, скорее всего, временной. Я обернулся, внутренний двор форта представлял собой жалкое зрелище. Мои курсанты, мокрые и грязные, лежали и сидели прямо на земле, на усыпанных щебнем камнях. Кто-то перевязывал раны, кто-то просто тупо смотрел в пустоту, все еще не веря, что они выжили. Медики разворачивали полевой госпиталь, хотя многие из них выглядели хуже, чем их клиенты.

Я провел быструю перекличку. Из четырехсот человек, высадившихся на остров, до форта добрались триста шестьдесят два. И это только за первые несколько часов. Тяжелая, неприемлемая цена, но остальные все еще были живы. Я прошел по рядам, заглядывая в глаза своим бойцам. Они смотрели на меня, кто с надеждой, кто с отчаянием.

— Мы продержались и выжили, — мой голос раздался в наушниках курсантов. — Теперь нужно закрепиться.

Приказ вывел их из ступора. Сержанты, преодолевая усталость, начали поднимать своих людей.

— Первая рота на стены! Занять оборону по периметру!

— Вторая рота осмотреть внутренние помещения, проверить, нет ли сюрпризов!

— Третья, четвертая занимается ранеными и обустройством лагеря!

Люди, как сомнамбулы, начали расходиться, выполняя приказы. Работа, даже самая простая и рутинная, была лучшим лекарством от шока.

Внезапно шторм, до этого бушевавший с неослабевающей яростью, усилился. Ветер завыл так, что, казалось, сейчас сорвет с башен крыши. С неба хлынул не просто дождь, а сплошной поток воды, смешанной с едкой Пылью, видимость упала до нуля. Буря, которая чуть не погубила нас, теперь дала нам передышку.

— Это наш шанс, — сказал Грушину. — Пока они прячутся, мы должны превратить эту развалину хоть в какое-то подобие крепости.

Мы с ним и еще несколькими офицерами начали осматривать наше новое пристанище. К нашему удивлению, форт оказался в куда лучшем состоянии, чем можно было ожидать. Стены, хоть и почерневшие, были целыми. Внутренние постройки, казармы, склады, конюшни, хоть и обветшали, но крыши были на месте.

— Странно, — пробормотал Грушин, заглядывая в одно из пустых помещений. — Почему японцы не заняли его? Идеальная же позиция.

— Потому что это ловушка, — ответил я, проводя рукой по влажной, покрытой мхом стене. — Слишком очевидное место. Любой наш патруль или разведгруппа первым делом проверили бы именно форт. Поэтому оставили его пустым, но они не учли, что у нас не будет другого выбора в определенной ситуации.

Мы спустились в подвалы. Два огромных подземных этажа, сухих и просторных, с разветвленной системой коридоров и помещений. Идеальное укрытие от артобстрела и непогоды. А в самом дальнем углу мы наткнулись на то, что заставило нас замереть.

Это был подземный источник чистой, пресной воды. И склад, огромный, заваленный истлевшими ящиками. Когда мы вскрыли один из них, то обнаружили внутри консервы. Тушенка, галеты, сгущенка. Судя по маркировке, им было лет пятьдесят, не меньше. Но банки были целы.

— Похоже, госпожа Удача все-таки решила нам улыбнуться, — усмехнулся Грушин, взвешивая в руке тяжелую банку тушенки. — По крайней мере, с голоду не помрем.

Это была маленькая, но очень важная победа. У нас была вода, еда и крыша над головой. У нас была передышка. Я вышел во двор. Шторм все еще выл, но теперь этот вой казался не таким угрожающим. Курсанты, немного пришедшие в себя, уже разводили костры в укрытых от ветра углах, сушили одежду, пытались согреться. Запах дыма и горячей еды смешивался с запахом мокрого камня.

Я отошел в самый темный угол двора, подальше от чужих глаз. Мне нужно было несколько минут, чтобы прийти в себя и спланировать дальнейшие действия. Я прислонился к холодной стене и закрыл глаза, снова прокручивая в голове события последних часов. Потери слишком большие…

— Алиса?

— Я здесь, хозяин, — ее голос мягко прозвучал в моей голове. — Ты в порядке? Твои показатели…

— Я в порядке, — перебил ее. — Что у нас по противнику?

— Они отошли на ближайшие крытые позиции, ждут, пока кончится шторм.

— Пусть ждут, — усмехнулся в ответ. — Мы тоже не будем сидеть сложа руки.

Начал проверять свое снаряжение. Модифицированный автомат, пистолеты, запасы патронов, гранаты. Потом достал из специального подсумка то, что близко не показывал никому, свой шлем. Это была не стандартная модель «Сокола». Улучшенные сенсоры, способные видеть в многих диапазонах, система активного шумоподавления, тактический процессор, который мог в реальном времени анализировать десятки целей. Я надел шлем, застегнул герметичные зажимы. Мир преобразился, вой ветра стих, сменившись тихим гулом систем, темнота отступила.

— Куда это ты собрался, друг мой разлюбезный? — за моей спиной, как всегда не вовремя, возник Грушин. Он смотрел на меня, на мой странный шлем, и в его глазах читался немой вопрос.

Я медленно повернулся к нему. Мой голос, пропущенный через вокодер шлема, прозвучал незнакомо.

— Схожу на охоту, Семен. — ответил товарищу, передернув затвор своего автомата. — Подстрелю парочку козлов.

Грушин смотрел на меня так, будто я только что на его глазах выдернул чеку из гранаты и проглотил ее. Его лицо, обычно невозмутимое и слегка насмешливое, сейчас было бледным, а в глазах расходился откровенный ужас, смешанный с недоумением.

— Куда⁈ — наконец, выдохнул он, и его голос, сорвавшийся на хриплый шепот, едва пробился сквозь оглушительный вой ветра за стенами форта. — Командир, ты в своем уме⁈ В эту мясорубку⁈ Один⁈

Я молча застегнул последние зажимы на своем шлеме. Визор, вспыхнув