Артур Прядильщик - Сирахама

Я уже был под одеялом. Мисаки, ничуть не обидевшись, двинулась по моей комнате по часовой стрелке с любопытством засовывая нос во все щели…

— А где же мужские журналы? — Разочарованно спросила она, завершив обыск. — Ах, да… век информационных технологий — мужские журналы уже неактуальны… Все на компьютере, да?

Результатом ее поисков стало два дополнительных одеяла, которые она на меня накинула.

— А где мой компрессик? — Напомнил я.

— Где твой компрессик, я не знаю, а вот наш компрессик… куда прикажешь его положить? — Да, это резонный вопрос. — На лоб? Так у тебя пока еще даже температура сильно не поднялась и голова всего лишь «тяжелая». На горло? Так оно у тебя еще не болит. О! А хочешь я тебе вместо «нашего компрессика» «наш стаканчик» соображу — горло прополощешь!

— Ни-ни-ни! Я не такой поклонник народной медицины!

— Ну, тогда лежи и не дивиди! Сейчас девочки всякую химию принесут — завтра будешь, как новенький!

Наивная дракошка. Если лечить простуду, она пройдет всего за одну за неделю, а если не лечить, то болеть придется целых семь дней! Это ж почти аксиома!

Через несколько минут в комнату ворвались девушки с фирменным пакетом близлежащей аптеки. Ну и понеслось: меня пичкали микстурками, заставляли глотать таблетки, делали укол («Всего лишь ударная доза витамина Це! Расслабьтесь, больной! Вас обслуживает команда сексуальных медсестричек!» — Разумеется, Ренка)…

Последний прием каких-то капсул, десять минут болтовни, три ласковых поцелуя… и четвертый быстрый чмок в лобик (Хонока все-таки как-то умудрилась пробраться в комнату) — и девушки выскользнули за дверь, выключив верхний свет. Автоматически загорелся ночник в изголовье кровати, осветив колбу с розой на письменном столе.

Сколько она уже стоит тут? Одни месяц? Нет, два. И — никаких признаков увядания! А стоит ли удивляться такой мелочи после раскалывания камней взглядом?

Цветная муть перед глазами закручивалась строго по часовой стрелке. Чуть подташнивало. Горло пересохло, но пока не болело… Лицо заливало жаром.

«Стандартный „вертолет“, Малыш! Ляг на живот и расположи руки-ноги так, чтобы было максимальное расстояние между точками опоры — вестибулярному аппарату станет легче… немного»

Действительно, полегчало. Немного.

«Старик, сдается, мне, что Мисаки совершенно точно ошибается, считая, что там ты был каким-то крутым убивцем или спецслужбистом… судя по всему, там ты был обычным опытным алконавтом!»

Я стал проваливаться в сон, глаза медленно закрывались и последнее, что я видел — розочка на столе.

Показалось, что цветок находится в руках Шакти. Мать Араин шаловливо посматривала на меня. Роскошная индуска в белом полупрозрачном сари сидела на краешке стола, соблазнительно прогнувшись назад и манила пальчиком руки, в которой была розочка. Ее губы шептали что-то про старика, который — надо же! — не такой уж и старик.

Красивое лицо, как в компьютерной графике, перетекло в не менее милое личико Яйой. Она облизнула губы и протянула ко мне руки, а одежда с ее тела стала исчезать… Я почувствовал возбуждение.

Яйой превратилась в Мисаки. Ну, да — несмотря на разницу в росте и возрасте, девушки чем-то похожи… изяществом? Змеиной пластикой? Едким характером под личиной скромных девушек? Мисаки прильнула ко мне и тут же повернулась спиной («Ара-ра, какой вы нетерпеливый, аната!»). Спустя какое-то время, когда девушка уже слабо постанывала в моих объятиях и мы приближались ко второй кульминации, оказалось, что я обнимаю уже одновременно ее и Ренку («Од… один сеанс массажа… сэнсэй… будьте любезны… у меня руки не двигаются…»).

«Шесть цифр… назови» — Хрипловатый голос Сигурэ. Назвал. Какую-то заковыристую комбинацию — то ли адрес порта семейного роутера, то ли почтовый пароль… Сейчас, наверно, заиграет музыка. Это, наверно, будет что-то медленное и легкое. С женским вокалом. Да, а еще колокольчики… и — пусть будет флейта… Отлично!

Мисаки и Ренка обнимали меня справа и слева, а я уже целовал обнаженную Миу, лежащую подо мной. «Кошечка, я люблю тебя! Но никогда этого не скажу!» — «Знаю, Кенчи… Знаю. Не говори. Я знаю». Лукавая улыбка, взгляд вниз, легкий испуг в эмоциях… И решимость… «Не бойся!» — Понимаю ее страх и пытаюсь успокоить. — «Больно не будет! Я умею».

Тьма в четвертый (или пятый? Или в шестой?) раз заполнилась цветными пятнами-фейерверками и… почему-то криками чаек. Или это стонала Миу? Или Мисаки? Или Ренка?

«Умеет!» — Серьезно подтверждает темнота голосом Ренки.

«Не будет!» — Улыбается темнота-Мисаки.

Темнота всполохами крыльев, уносила меня все дальше и дальше…

«Почаще бы такие приходы ловить, Старик!»

— Закалять надо было ученика! — Недовольно ворчал Сакаки, выливая на себя ведро воды. — Каждое утро! Обливание водой! Насильно: я держу — вы обливаете! Или наоборот! Он же теперь столько тренировок профилонит под предлогом больного горла!

— И бой с Дикарем пропустит! Как он вообще посмел заболеть! — Недовольно согласился Кэнсэй. — А я так хотел посмотреть на этот бой!

— И апа-па! — С жаром добавили с крыши здания.

— Вот! И тренировку с Апачаем пропустил! А это уже ни в какие ворота…! — Возмущался Кэнсэй. — Кстати, Сакаки, есть один кошерный способ: сбрасывать его каждое утро в наш прудик! И поручить это дело Сигурэ — тогда Кенчи даже не пикнет!

— Ну, это уже совсем подло, Кэнсэй! — Покачала головой Сакаки. — Если Сигурэ скажет, то Кенчи даже суровый ядерный арсенал в Хабаровске обчистит! Так что — нет! Если Сигурэ — это ж никакой борьбы и сопротивления со стороны ученика! А это неспортивно! А так… мысль хорошая — надо будет обдумать!

— Акисамэ, таки ваша недоработочка! — Продолжал обличать Кэнсэй. — Как методист Кенчи, ви таки должны были предусмотреть в учебной программе упражнения по укреплению иммунной системы молодого человека! Да-с!

— Вы оба неправы! Но вам это простительно. — Снисходительно заметил обнаженный по пояс Аксиамэ, с удовольствием растираясь снегом. — Ведь вам необязательно заниматься высокоинтеллектуальным трудом и делать выводы из имеющихся фактов.

— Ну-ка… ну-ка… — Заинтересовался Сакаки. — Просвети убогих.

— Ну-ну, Сакаки. Не надо столь уничижительно отзываться о своих способностях! Имей гордость! Самокритика хороша в меру! Даже если имеет под собой основания, как в вашем случае. Факт первый, — Для наглядности Акисамэ воздел вверх указательный палец, потом наклонил его в сторону ворот. — На восемь часов.