Ингмар Миваки - Тот, кто не спит

Фасолина, до сего момента испускавшая мягкое белое свечение, стала ярко-розовой, а затем фиолетовой.

– Прекрасно, – ответил Свидетель, продемонстрировав Ионе спецэффекты. – Хотя глумиться и некрасиво. Возвращайся. Тебя ждут ребята, с которыми предстоит разгребать завалы на передовой. Мешок возможностей. Это я имел в виду.

– Ребята? Кто такие?

– Главные по вознесению, – архонты Александр и MAU[3]. Ну, и еще кое-кто. Если слишком долго тянуть не будешь.

– Ах вон оно что, архонты, – закивал Иона.

Вновь в их разговор ворвался отдаленный гул, за которым последовал треск наподобие того, что издают высоковольтные линии электропередач. Влажное и полное звуков капающей воды подземелье содрогнулось.

– Наши ребята. Алекс из подрывников, Люка по кличке MAU – связной между мирами и глашатай. Пионеры в проекте по вознесению.

Свидетель снова принял вид сероглазого мужчины в сиреневой майке и потертых джинсах. Старый знакомый кивнул в сторону озера. Распрямив плечи, Иона смело посмотрел ему в глаза.

– Еще чего. Хочешь, сам ныряй, – сказал он.

– Хм, – отозвался тот, мягко улыбнувшись. – Ты спрашивал о рыжеволосой женщине. Она из мира людей. Очень способная ученица. Милосердная и бескорыстная.

– Где она живет? – решив испытать удачу, еще раз поинтересовался Иона.

– И там и здесь.

– А я где?

– Теперь и ты. Если пожелаешь, конечно. Неволить тебя никто не собирается.

Мужчина в сиреневой майке отвернулся и сделал шаг в сторону озера.

– Погоди, – окликнул Иона.

– Про башню света хотел спросить? – не поворачивая головы, спросил Свидетель.

– Да. Почему помех столько, что свет активировать трудно?

– Активировать свет не трудно, – оглянулся Свидетель. – Поправить балерину трудно.

«Балерину?» – безмолвно удивился Иона.

– Антенну выровняй, рыболов, и съешь свою рыбу, – добродушно засмеялся Свидетель.

– А рыбу ловить в мешке за спиной! – озарило Иону.

– Очисти себя, и со связью будет полный порядок. Вот только балерину выровнять мало. Ты должен осознать свою цель. Вот почему ты оказался здесь. Чтобы заручиться поддержкой, соединившись с нами. В дальнейшем наша с тобой задача усложнится. Нам предстоит играть правильные мелодии для Центра. Сообща с соседями, разумеется.

– Что-то ведь должно отняться, чтобы балерина выровнялась и активация успешно прошла? – снова заныл Иона. – Нездоровый человек или даже инвалид, одинокий ли по стечению обстоятельств или выбравший путь одиночества сознательно, может быстрее…

– Да, да, да, конечно, – нетерпеливо оборвал Свидетель. – И те, кто болеет гриппом. Чаще всего помехи неизбежны. Но не надо забывать, что мы на пороге нового мира, в котором подобное будет притягиваться подобным.

– А как насчет возвышающей дух и безусловной?

– Любви-то? Хм. Это самый интересный момент, но сейчас ответа я тебе не дам. Настоятельно рекомендую поспешить. Какой же ты медлительный, – покачал головой собеседник и подошел к краю воды. – Скорее земная ось изменит угол наклона, чем ты начнешь действовать.

– Не можешь сказать?

– Могу, но не хочу. Скучно будет. Сам со временем узнаешь. К тому же ты неоднократно говорил мне о монашестве. Героем можно быть и по-другому. Но решать в итоге тебе. Посмотрим, к чему ты шел все эти годы.

Сероглазый мужчина в джинсах и сиреневой майке раскрыл в приветствии ладонь и, снова превратившись в светящуюся фасолину, погрузился в воду. Ярко вспыхнув, сгусток света исчез в толще воды. Проводив его взглядом, Иона испытал моментальный приступ сильной тоски. Ему показалось, что он снова стал ребенком и его бросили на произвол судьбы сразу все родные. Оставили наедине с самим собой и клубком новых знаний, которые предстояло теперь распутывать, вытягивая каждое по ниточке.

– Это, наконец, довольно интересно, – грустно сказал Иона озеру. – Ok, je suis allé[4].

Вода потемнела и стала непроницаемой, как раз такой, какой Иона всегда ее себе и представлял. Стало так темно, что он не видел даже собственных рук. Он раскрыл ладони, и пещеру наполнил мягкий свет. В одну из ладоней Свидетелем был вложен странный металлический диск с маленьким сквозным отверстием посередине.

– С днем рожденья, – услыхал он слова Свидетеля и последовавший за пожеланием веселый смех рыжеволосой.

С радостью мальчишки, обнаружившего клад, Иона крепко сжал диск в руке и стал карабкаться по стене в направлении лаза.

Вертящаяся стеклянная дверь сделала оборот, и Симона вышла на улицу. Она достала оставшиеся деньги, тщательно пересчитала их и тяжело вздохнула. На ходу застегивая короткую джинсовую куртку, она направилась в сторону пассажа «Аркада».

Стоило переступить порог конторы Алекса и остаться наедине с собой, как сомнения с новой силой обрушились на ее горячую от поднявшейся температуры голову. Несмотря на выпитый коньяк, ее снова бил озноб, а перед глазами все плыло. Что вдруг заставило ее сказать Алексу, что диск пришел от мужа? У того, кто присылал диски, была причина хранить молчание. Из головы не выходил навязчивый вопрос: «Откуда пришли диски?»

Разговор с Алексом в этой странно наэлектризованной комнате помог ненадолго. Анестезия действовать перестала, оставив Симону дрожать на улице в одиночестве. И тут произошло неожиданное: Симона стала выпадать из привычной реальности, испытывая состояние мгновенной и полной деперсонификации. Окружающий мир сыпался на глазах, предоставляя взамен привычных опор одну большую черную дыру, в которую Симона стремительно падала. Обветшалый мир, не имевший для нее ни малейшей ценности, просто взял да исчез. Сколько времени она простояла так? Минуту, час? Что-то происходило, но что именно? До пассажа оставалось метров сто. Дрожащей рукой Симона достала из сумочки упаковку парацетамола и кое-как доковыляла до магазина, чтобы купить воды и чего-нибудь поесть. В зал магазина быстрого обслуживания она вошла, надев темные очки. Слоняясь по залу на ватных ногах, старалась не дышать. В корзину складывала только самое необходимое: маленькую бутылку воды, рис, яблоки, кусок мыла и развесной чай в дешевой картонке. С мониторов, спускавшихся с потолка, на покупателей глядел мускулистый красавец в костюме лучника. Вынув из колчана за спиной стрелу, он стал целиться прямо в Симону. Когда выпущенная стрела вонзилась в обратную сторону экрана, лучник обволакивающе улыбнулся и произнес вызывающе вкрадчивым, приторным голосом с неидентифицируемым акцентом: «Без правильного люка помощи не жди», после чего исчез, а на его месте появилась вертящаяся сажево-черная коробка с тем, что, по всей вероятности, дает доступ к «люку». На каждой грани вертящегося кубика вспыхивал люминесцентно-зеленые призывы к покупке.