Фантастика 2026-183 - Алла Железнова

Картина маслом «Ужас в усадьбе», Митрий покраснел и вытаращил глаза так, что кажется они сейчас лопнуть от напряжения.

— Господи, что же это делается. Прикажете послать человека и вернуть дохтура?

— Не надо, доктор не поможет. Я уже спрашивал. Говорит, что такое случается и нужно время. Жидкость в мозгу успокоится, и я престану путаться.

— Александр Фёдорович, горе то какое.

— Так, Митрий, замолчи. И без тебя голова болит. Я тебе чего рассказал, чтобы ты помог мне вспомнить. Стыдно сказать, я лица отца родного не упомню. Вот кажется, напрягусь и сейчас он предстанет передо мной как живой. Пытаюсь, и….ничего. Ускользает прочь.

— Ага, ага, — мой камердинер пытается понять, шучу я или нет. И что лично ему делать в этой ситуации.

— Так тут такое дело, есть же картина, где нарисован Ваш папенька. Прикажете показать?

Хм, в одной из комнат, которая похожа на курительную и в самом деле висит портрет человека. Здесь на стенах тёмно-зелёные тканевые обои выгодно оттеняют золотые медальоны. Стоят столики с курительными принадлежностями и несколько портретов. На одном изображён человек лет пятидесяти. Круглолицый, со смешными бачками. Изображён он во фраке с белым шейным платком, стоит опёршись одной рукой о спинку кресла. Серые глаза смотрят на мир с долей иронии, будто позирующего забавляет сам процесс.

— Это, стало быть, Виктор Карлович, Ваш батюшка. А вот здесь ваше семейство.

На следующей картине довольно талантливый художник в реалистичной манере изобразил того же мужчину, но уже в официальном мундире статского служащего. У него на груди радуют глаз пара орденов. Рядом стоит невысокая и симпатичная женщина с карими глазами. Она держит на руках ребёнка полутора лет, рядом стоит девочка в голубом платице. Эта постарше, ей лет пять, не меньше.

— А это Вы и есть, на руках у матушки. Сейчас то вспомнили, Ваше Сиятельство?

— Да, да, да. Кажется полегчало.

— Слава тебе господи, а то я и не знал, что и думать.

Интересно, но задавать вопросы я прекратил. Временно. Вместо этого отправился на обход своего дома. Насколько я понял, в этом месте я полновластный хозяин. Родителей, увы, в живых нет. А сестра проживает в столице. И уже давно.

Сама усадьба одноэтажная. Строение деревянное, но оштукатурено и покрашено под камень. Стены толстые, несмотря на тёплую погоду внутри прохладно. Мы с Митрием не торопясь шествуем по немаленькому дому, редкие слуги и служанки при нашем появлении как тараканы исчезают в комнатах и закуточках. Явно уважают.

Тот, кто проектировал это строение, явно хотел разделить его на три зоны.

— Первая, где живёт барин.

— Вторая, где все работают.

— Третья, где гуляют.

Это типичный анфиладный стиль, когда комнаты идут цепочкой. Гости сразу попадают в вестибюль (сени), здесь имеются вешалки и лавки. Далее большой зал, это сердце дома. Высоченный двухсветный потолок, люстры со множеством свечей, окна выходят в парк. Уверен, что в этом парадном помещении проводятся скромные балы или торжественные приёмы. Далее идёт гостиная с мягкой мебелью, диванчиками затейливой формы и небольшие овальной формы столики. Я отчётливо представляю, как тут распивали чаи хозяева и гости, слушали музыку и сплетничали.

В кабинете мы уже были, жилая часть дома представлена хозяйской спальной, где я провёл больше недели. Преимущественно валяясь в постели. Далее будуар супруги, которой у меня вроде не имеется и две детские комнаты.

На противоположной стороне усадьбы служебная зона, там людская, где проживает челядь. Рядом буфет с посудой. А вот кухня расположена в отдельном помещении. Что не может не радовать. Нет этих запахов горелого масла и опасности сгореть от неосторожного обращения с огнём.

Отпустив слугу, я прошёл в кабинет. Постепенно начинаются заполняться пустые ячейки. Я уже не безыменная личность, у меня были родители и родная сестра, которую удачно выдали замуж за важного столичного чиновника. Это я понял из слов слуги.

Хм, открыв дверцу нижнего отделения большого книжного шкафа я вытащил на свет божий настоящий глобус. Диаметром около полуметра. Выполнен разными красками с элементами декора типа диковинных рыб и кораблей в морях, я также геральдических знаков королевских родов различных стран.

Очертания континентов вполне узнаваемые. Вот только пропорции отличаются. А ещё территории Африки выполнена серым цветом, значит это пока является для исследователей Terra Incognita. Там только схематичное изображения льва и обезьяны. Американские континенты откочевали ближе к Африке и между ними, судя по изображению лишь небольшой пролив. А вот Европа прорисована довольно тщательно и я даже взял из ящика стола лупу, чтобы разглядеть детали.

Нет, я допускаю, что глобус не совсем достоверен и возможны определённые неточности. Но, бляха муха, карта Европы очень близка к оригиналу, не ручаюсь за небольшие страны и точность границ между ними. Но что сделали с Российской империей? Западная часть наползла на восточную и южную Европу. И в её границы попали не только королевство Польское и Великое княжество Литовское. Но и почти вся Финляндия, а заодно и часть Венгрии, вся Болгария и даже включила часть Балканского полуострова. Зато восточнее Уральских гор обширная коричневая зона с указанием абсолютно нереальных владений. Великие улусы, Халхаский союз, Ойратское ханство и так вплоть до дальнего Востока.

Хотя, после более детального изучения нашлись и другие отклонения. Турецкого султаната нет и в помине, зато там вольготно раскинулась Ромейская держава. Она занимает огромную территорию от северной Африки и Марокканского султаната на западе до Персии и Грузинского царства на востоке. В центре Италии красуется Папская область, юг принадлежит тем же ушлым византийцам, а север отошёл Австрии. Нидерландские земли странно увеличены, а рядом привычная россыпь германских княжеств и карликовых королевств.

У меня и в самом деле от обилия информации начала болеть голова и я предпочёл прилечь.

А с утра продолжил изучение кабинета. В закрытом ящике стола обнаружились различные письма, как деловые, так и личного характера.

Вот одно из них. Отправитель — некто Афанасий Проскурин и пишет он Александру Викторовичу Белькурову, возможно мне. Слог чисто деловой и главное там имеется чётко проставленная дата:

«Лето 1578 от Вселенского Собора, месяца июля в 3 день.

Милостивый государь, Александр Викторович…

По новой винокурне докладываю…»

Далее пошло описание некоего процесса, затратами на него и полученной прибылью в рублях.

Далее донельзя сухое письмо из уездной канцелярии, речь уже идёт о взыскании податей и главное