Фантастика 2026-183 - Алла Железнова

Кровь моей крови, я до конца не мог понять, кто ты, человек или та дьяволица в человеческом обличии, я сомневался, до тех пор покуда не заглянул в твои заполненные страхом и отчаянием глаза. Я вынужден просить прощения у тебя и твоих падших сестер, но на то была веская необходимость… — Окутав разум мечницы своей ложью, продолжал играться с девушкой Абад.

— Ну что Вы, Великий предок, не смейте преклонять своей головы. Мы есть единая Ай. Древняя Мать — Ваша настоящая дочь. Я верю, наше племя из века в век жило битвой лишь ради этого дня, этого момента, чтобы сильнейшая из нас могла отомстить Вашей обидчице!

— Дитя… — Тяжело вздохнул демон, ликуя под маской заботы и опеки. — Нет большей радости для меня, чем созерцать прекрасных дев, ставших частью единого пламени Ай.

— Довольно слов, великий предок, скажи, кто она, где она и как я могу её убить⁉ — Воспылав неизвестно откуда взявшейся силой, уверенно проговорила Ай-Сай.

— Абадахида, она где-то в лесу. Ах да, кажется, она нашла себе новую игрушку, черноволосого юношу лет восемнадцати, явно не западных земель. Своё лицо она давно утратила, так что, думаю, будет проще отыскать именно его…

— О нет. — Схватившись руками за голову, прошептала Ай — Жак… Как мне её одолеть, Абад, скажи, что я должна сделать⁈ Я должна спасти Жака, покуда и его душа не отправилась как когда-то твоя!

— Боюсь, дитя, даже наших совместных сил не хватит, чтобы её одолеть. Конечно, можно кое-что попробовать, но тогда твоя участь будет не лучше той, что ждала меня, и ждет мальчишку… — Печально отведя взгляд в сторону, проговорил Абаддон.

— Что я должна сделать? — решительно спросила Ай.

— Умереть. — Холодно ответил демон.

— И тогда я смогу её одолеть? — Едва заметно дрогнув бровью от столь незавидной судьбы, вновь спросила воительница.

— Сможешь. — кивнул Абад.

— Тогда, чего мы ждем? — Не теряя ни секунды, зажмурив глаза, проговорила ледяная принцесса.

Раскидывая позади себя припорошивший землю снег, первыми к отряду Олега спешили Ламийские наездницы. Верхом на своих тяжелых боевых конях они вели за собой десяток запасных лошадей, явно предназначавшихся для них.

— Слава Милосердной Астарте, это же непобедимый Жак! — Приподнявшись в седле, закричала на радостях одна из всадниц.

Взглянув на парня, Абада недовольно поморщилась, повторяя и кривляясь, произнеся: «Милосердная Астарта, Непобедимый Жак…» Ты что, им приплатил за такое обращение? Аж в ушах зудеть начало… — На такое заявление мужчина лишь смущенно улыбнулся.

— Ваша Светлость, седлайте коней, длинноухие уже близко, нужно спешить! — Быстро передавая поводья, произнесла воительница с ног до головы закованная в черный доспех.

— Как вы нас нашли? — Спросила Баки, на что явна молодая девушка, грубо оборвала:

— Разговоры потом!

Вдарив копытами по заледеневшей почве, лошади подались в галоп. Выпуская из ноздрей столбы белого пара и тяжело дыша, Ламийские скакуны пытались оторваться от погони. Силуэты, приближающегося позади врага, становились всё более отчетливыми, эльфы были всё ближе и ближе.

— Оторваться не получится, они слишком быстрые! — Крикнула одна из незнакомок. — Лайда, верни господина и его свиту в Лаим, мы с девчонками их задержим! — Молодая воительница со спрятанным под стальным забралом лицом хотела что-то возразить, но сначала едва слышный звон колокольчиков над их головами, а после и истошный крик командира отряда, заставили ту решительно ослушаться приказа.

— Стрелы! — Только и успела выкрикнуть воительница перед тем, как её скакун, зарывшись головой в снега и травы, кубарем выбросил ту из своего седла.

— Зельга! — Останавливая и разворачивая лошадь, проговорила девушка. — Господин, Лаим в четырех часах пути, сразу вон за тем малым лесом. Поспешите, а мы их задержим, да прибудет с вами Астарта… — Девушка, поудобнее перехватив кавалерийское копье, повернулась к мужчине, закованная в стальной панцирь спиной, из-под которой виднелся золотисто рыжий хвостик с яркими красными крапинками.

— Это мои девочки… — Вспоминая нерадивых учениц, проговорил мужчина. «Но почему они здесь…» — С этим вопросом мужчина взглянул на Абадахиду.

— Что ты на меня так смотришь, ты же слышал, они — поклонницы Астарты, уверена, та точно их спасёт, и…

— Пожалуйста, помоги им, они же ещё совсем дети. — Проговорил мужчина.

— Ты ещё скажи, что твои… Пф… Забыл, как под Лайдалаем отправил на тот свет с добрые полсотни воительниц? Уверена, среди них, по твоим меркам, тоже были дети.

— Ты права, но эти девочки, они мои… — Ученицы, хотел сказать мужчина, но вспыльчивая Абада вновь поняла того неправильно.

— Матерь божья, Олег, ты когда вообще успел? Нет, ну я, конечно, всё понимаю, чёрт… — Видя, как спешно приближается враг, ударила поводьями по кобыле Абада. — Когда вернусь, ты всё мне и в мельчайших подробностях расскажешь, с кем, от кого и в каком количестве у тебя появились дети.

«Ты всё неправильно поняла…» — В очередной раз хотел возразить мужчина.

Абадахида — дитя, не успевшее повзрослеть, как в том мире, так и в этом. Едва начавшая обучение в прошлой жизни, она была убита. В этом мире всё было тоже не так гладко. Интеллектом его девочка явно не блистала. А вот грубой силы, той было не занимать. Напитываясь бесконечными потоками темной энергии, она с каждым днем становилась всё сильнее, в придачу ко всему прочему, её боевые навыки и владение собственными силами заставляли ужасаться всех живых видевших её стиль боя. Сказывались века, проведенные в аду и бесчисленные битвы, через которые прошла столь взрослая душа. Она была сурова, жестока и резка, как в своих словах, так и в действиях. Бесцеремонно она могла убить любую из спутниц Олега лишь за то, что та посмотрела в её сторону как-то неправильно, и лишь ему она боялась причинить хоть каплю боли и вреда.

С момента их первой встречи в лесу, она с небывалой для потерявшего свою человечность демона заботой присматривала за ним. Вечно первая, на острие атаки, одним глазом она смотрела перед собой, другим же всегда глядела за ним. Привыкнув к общению со смертными, та стала более раскрепощенной. Позволяя себе легкие касания и объятия, она стала оживать. На вечно бледном и болезненном лице стал, хоть и изредка, появляться румянец. Девушка перестала шугаться по ночам каждого звука и шороха