Филипп Станиславский - Шёл четвёртый день войны
Основная задача вооруженных сил на войне - уничтожение живой силы и боевой техники врага, его центров управления, экономики и транспортной системы, подрыв морального духа населения. Главная задача авиации - уничтожение вражеской армии, разрушения вражеского тыла, подрыв боевого духа вражеского войска и население. Итак, главным является ударная авиация - бомбардировщики и штурмовики. Именно бомбардировщик делает главное дело, для которой и создаются военно-воздушные силы. Не забыли и о истребительную авиацию. Но функция ее была вспомогательной, самолеты-истребители это верный помощник своей ударной авиации и защитник своих наземных войск и территории страны.
Внешне все вроде вполне повторяло постулаты теории Джулиано Дуэ. Но только внешне. Потому что содержание вкладывалось совсем противоположный. А главное, техническое обеспечение поднялось на высшую ступень, чем это было в конце Великой войны ...
... С пилотской кабины выглянул командир самолета, жестом показал, что будет садиться. Генерал кивнул, показывая, что понял, и снова отвернулся к иллюминатору. Конечно, можно было бы сесть в левое кресло, но он принципиально после запрета летать решил не занимать больше пилотского места. Чтобы не бередить душу, потому тяжело переживал разлуку с небом. Потому Крутень был не просто летчиком-истребителем, это был признан ас Великой войны, воздушный витязь, виртуоз пилотажа, мастер воздушного боя. Кто познал вкус неба, тот и без слов понимал его, а тому, кто никогда не держал штурвал самолета, словами не объяснить.
Автомобиль, лицензионный "Хорьх" - их только-только начали выпускать небольшими партиями на Пивденночорноморському автозаводе, ждал генерала. И только самолет остановил свой бег по бетонке аэродрома, подкатил к "пчелки". Адъютант услужливо распахнул дверцу, едва Евграф Николаевич ступил на бетонные плиты аэродрома.
- В штаб! - Коротко приказал Крутень, обрывая доклад капитана. - Коротко о главном!
Главным за время его отсутствия было завершение фронтовых испытаний нового ударного вертолета с управляемыми противотанковыми ракетами. Отчет испытаний, подписанный высшим командованием армии, вскоре пришлют из штаба Донецкого фронта. Сообщил о завершении испытаний сам конструктор - Игорь Сикорский. Он присутствовал во время отражения массированной атаки советских танков на плацдармы на левом берегу Миуса в районе Матвеева Кургана. Четыре десятка сожженных танков и никаких потерь.
А всего только пятнадцать лет назад новое детище Сикорского даже летать прямо не могло, усмехнулся про себя Крутень. Да и военная карьера для нового летательного аппарата его создателем даже не планировалась. Это была вполне мирная машина для вполне мирных целей, прежде всего спасения людей в тех местах: в горах, в море, в лесу, в городе, где не помогут ни самолет, ни дирижабль. И первый заказ на вертолеты фирма Игоря Сикорского получила именно от морской спасательной службы.
Но любимым детищем генерала Крутеня стала управляемая оружие. Сначала авиабомбы, потом, когда появились большие самолеты, которые поднимались на недосягаемую для зенитных орудий высоту, авиационные и зенитные ракеты.
Да, говорил тогда, в двадцать седьмого на встрече с Гетманом Евграф Николаевич, авиация за один вылет может превратить в груду развалин любое большой город, столицу вражеского государства, и сокрушить его до фундаментов, а сами фундаменты вывернуть из земли. Но целесообразно ли это делать? "Умейте считать" - повторил он любимую поговорку адмирала Нельсона. Сколько понесет страна затрат для создания тысяч и тысяч тяжелых самолетов, сколько нужно топлива, бомб и многое другое для обеспечения деятельности такого количества самолетов. Сколько нужно подготовить экипажей, сколько потратить на их подготовку. А сколько вспомогательного персонала требуется для хотя бы одной тысячи тяжелых бомбардировщиков? Метеорологов, работников ремонтных служб и заводов, сколько нужно пошить парашютов, шерстяных курток, унт ...
И все для того, чтобы устелить бомбовым ковром площадь на которой находится мизерный объект - какая станция или завод по выпуску подшипников. А есть же решение значительно дешевле, только сложное.
Победа, продолжал Крутень, куется в мастерских в тылу, катится по рельсам и завершается ударом штыка на фронте. Чтобы мастерской в тылу перестали работать, нет необходимости сравнивать их с землей. Достаточно всего лишь лишить их энергии - уничтожив точным попадание тяжелой бомбы какую электростанцию или даже распределительную подстанцию, и сырья, разбив стрелки, запасные пути, инфраструктуру станции на железной дороге, по которой поставляется сырье и вывозится готовое оружие. И регулярно такие удары повторять, сводя на нет восстановительные работы на объектах. Тогда победа просто не доедет до фронта.
Но возникает проблема: точно попасть бомбой в выбранную малоразмерные цели можно лишь с малой высоты, где самолет-бомбардировщик сам становится мишенью для зенитных орудий и легкой добычей для истребителей. А с большой высоты бомба упадет в нескольких километрах от нужной цели. Следовательно, задача воздушной войны переходит в плоскость решения технической проблемы создания авиационного оружия, которая попадает точно в выбранную цель, несмотря на высоту полета самолета. И для этого у Украины было все необходимое: инженеры, опытные мастера и развитая промышленность.
Павел Скоропадский понял капитана Крутеня и воспринял его идеи. И за неделю Евграф Николаевич - в инвалидной коляске! - Возглавил научно-техническом отделе вновь штаба авиации. Сам штаб ВВС возглавил генерал Виктор Павленко, который собственно и создавал еще во времена Центральной Рады украинскую военную авиацию. И приоритет в финансировании нового вида вооруженных сил был самым высоким.
В этом решении воплощался в жизнь один из постулатов теории генерала Дуэ - вооруженные силы страны должны действовать под одним руководством, каждый вид - армия, авиация, флот, не может вести свою отдельную войну, как это было раньше. В те славные времена даже государь-император "всея Руси" не мог заставить своих генералов и адмиралов действовать слаженно. А впоследствии это проявилось в том, что поднятые царем к высотам власти генералы и адмиралы сдали своего монарха "пламенным революционерам". И дело с концом.
Генерал Павленко создание тяжелой боевой авиации начал с создания авиации гражданской. Он еще раньше уговорил вернуться из Североамериканских Соединенных Штатов способного конструктора и героя минувшей войны Александра Прокофьева-Северского. В двадцать третьем году тот застував в Одессе свою авиационную фирму, которая выпускала скоростные почтовые самолеты для доставки корреспонденции через Атлантику.