Вадим Мельнюшкин - Затерявшийся

   - А как же.

   - Держи, - я вытащил из кармана несколько гильз, подобранных мной в Захарничах. - Эти брось так чтобы не слишком на виду, но обязательно нашли. Будем надеяться, что патологоанатома у них не будет.

   - Не поможет. Мы с Жоркой их выстрелами в голову сняли. Навылет.

   - Георгий, лошадь приведи.

   - Так туточки она. Что я больной бочку полкилометра на себе тащить.

   - Тогда быстро навьючивай её. Я с пулемётом прикрываю.

   Не прошло и четверти часа, как мы уже бодро вышагивали по лесу, оставив за спиной жадно пожираемый огнём мост. Адреналин ещё кипел в крови. Мы с Кузьмой старались сдерживаться, а вот Георгий вовсю рассказывал мне как он переправлялся через ручей и чуть не упал в него, лежал в десяти метрах от фашиста и ждал крика утки, как немец взмахнул руками и упал, как они с Евстратычем устроили пальбу... Балаболил без перерыва, понятно - мальчишка ещё на самом деле, пусть выговорится.

   Как не плохо была устроена у нас караульная служба, но гостей мы заметили первыми. Произошло это, если правда, по тому что мы сидели, а они шли, случись наоборот, наоборот бы и случилось. С передвижением по лесу надо что-то решать. Гостей было шестеро все в форме Красной Армии и с оружием, удачно всё же, что на базе я немецкий прикид сбрасываю, а то и до стрельбы могло дойти, уж больно боевой народ пришёл. Их сержант как окликнул, так тут же залегли и стволами ощетинились - не хотят в плен. Это они конечно правильно, но вот так кучей лежать, хоть бы рассредоточились. Когда Григорий им об этом сказал, да ещё намекнул, что таких горе-вояк можно одной гранатой накрыть, обиделись и послали его по матери, за что в обратку получили в три этажа и сразу успокоились - немец так не умеет. На наше счастье командиров и комиссаров в этой группе не было. Четверо рядовых, младший сержант и старшина. Все были из двадцать девятой моторизованной дивизии, попавшей в окружение в самом начале войны под Белостоком. Этим повезло, так как из котла их вышло больше пятидесяти человек, а дошли только они. Нет, вряд ли остальные погибли, хотя похоронили по дороге больше десятка, примерно столько же похоронить не смогли, кого-то оставили с ранениями на милость местным жителям. Короче натерпелись как в своё время и Константин, но боевого духа не утратили, хотя отощали, обросли и обносились здорово. А уж ели, наверно, за всю роту. Со старшиной разговор вышел непростым. Когда его подчинённые сладко посапывали с набитыми животами он сам подошёл ко мне, предварительно перебросившись несколькими фразами с Георгием.

   - Товарищ командир, - старшина явно не понимал как себя со мной вести. - Разрешите обратиться?

   - Обращайтесь, только представьтесь сначала, а то как-то неудобно только по званию.

   - Старшина Кошка.

   - А имя и отчество?

   - Леонид Михайлович я.

   - Шеин Константин Викторович, - я протянул старшине руку, которую тот крепко пожал. - Присаживайтесь Леонид Михайлович. О чём разговор будет?

   Видно своим поведением я сбил у старшины настрой и он, на несколько секунд задумался, и решив использовать заданный мной тон, взял быка за рога.

   - Не доведу я людей до наших. Так и сгинем все. Идём-идём, а конца нет.

   Замолчал.

   - А от меня вы что хотите? - решил я прейти ему на помощь.

   - Хочу со своими бойцами принять ваше командование, - как в омут с головой бросился крепкий тридцатилетний мужик, которого жизнь не сломала, но по всему видно надломила.

   - И как вы себе это представляете? Я не военный, звания у меня нет, как я могу вообще командовать вами?

   - А как сержантом? Он же мне сказал, что тоже окруженец. Им значит можете, а нами нет?

   - С Георгием всё сложно, он тут собирается 'героизьм' проявить, за счёт чего кое-что в своей судьбе поправить. А с вами другой коленкор. Не окажется ли ваше нежелание выходить из окружения дезертирством?

   - Я думаю нет, мы же не к бабам под подол прятаться собираемся, мы тут воевать будем. Или у вас другие планы?

  - Планов у меня пока никаких особых нет. Но как быть с командованием? Представьте, что завтра выйдет на нас какой лейтенант, а то и капитан, если вы не дезертиры, то должны ему подчиняться, вот он и скажет вам дальше идти. И?

   - Не знаю.

   - То-то и оно. И я не знаю. Нет у меня права вас себе подчинять. Было бы, я и маршала послал. В общем, посоветуйся с бойцами, может они не захотят оставаться. На миру, как говорится, и смерть красна. Если решите остаться, то руководство я над вами приму, есть одна мысль. Комсомольцы или коммунисты среди твоих есть?

   - Да, двое в комсомоле состоят.

   - Вот с ними особо и поговори. А сейчас выспись - на ногах же еле стоишь.

   Кошка двинулся к своим бойцам, а ко мне тут же направился Георгий.

   - Ну что, командир, чего старшина хотел?

   - Ты лучше расскажи, чего про меня наболтал.

   - Ничего я не болтал, - сделал вид, что обиделся, Жорка. - Всё правду сказал, что отряд мы партизанский собираем, чтобы значит фашистов в хвост и в гриву. И что ты, командир, фашистов этих меньше чем по три штуки за раз бить зазорным считаешь, а потому на мелочи не размениваешься, и если тех один-два, то мне размяться разрешаешь.

   - Балаболка.

   - Ха, - ощерился тот. - Где я неправду-то сказал? Вот то-то же - хоть только и два раза, но по три штуки. Так что зря ты, командир.

   - Ну-ну, доиграешься. Пока тебе задание - в немецких вещах я книгу видел, в коей те караульную службу свою протоколировали, так странички с их записями выдернешь и припрячешь, а книгу и ручку с чернилами к вечеру приготовишь. Понял? Выполняй.

   Хотя сержанту и было любопытно что я задумал, но с вопросами он не полез - чуял что палку перегнул, как бы разгибаясь по нему не врезала. Пусть помучается.

   - Да, и ужин тоже на тебе. Помнишь кто у нас вечный дежурный по кухне?

   Со своими бойцами старшина побеседовал ещё до ужина, и похоже к консенсусу они пришли, не без споров конечно, похоже и консенсусу слегка досталось, но видно решение было единогласным. По крайней мере оживление в их рядах было связано не только с предвкушением сытной еды. Понятно устали люди от того, что они просто идут, а их просто убивают. Не чаяли что дойдут, а тут вот - конец дороги и возможность послать обратку, отомстить за себя и за других.

   - Ну что, Леонид Михайлович?

   Расположились мы на старом месте, где давеча прервали разговор.

   - Все согласны. Остаёмся.

   - Тогда собирайте комсомольское собрание. Секретарём сержант, я председательствовать буду, явка обязательна для всех.