Воздушная кавалерия. Том 5 - Джек из тени

Я молчал, ведь Семен Петрович был прав.

— Дальше, — вступил в разговор дядя Миша, литейщик. — Вот эти вот силовые элементы каркаса. Я вижу, вы их хотите сделать цельнолитыми, идея хорошая, прочность будет запредельная. Но форма… она слишком сложная. Чтобы отлить такую деталь, нужна пресс-форма из вольфрамо-кобальтового сплава. А у нас даже станка нет, чтобы такую форму обработать. Опять же, нужно заказывать или строить уникальное оборудование.

— А системы управления? — добавил молодой Иван, электронщик. — Кирилл, то, что вы здесь нарисовали… это не просто вычислитель. Здесь полноценная сеть для управления полетом. Чтобы создать такой кристалл управления, нужна лаборатория с чистотой воздуха класса «ноль». А у нас тут, извините, пыль столбом стоит, когда ветер с залива дует. И опять же, специалисты… я один такой проект не потяну. Мне нужна команда из десятка таких же, как я. А где их взять? В вашей Академии точно не готовят!

Они говорили по очереди, спокойно, аргументированно, без всякого желания меня обидеть. Они просто констатировали факты. И каждый их довод был как удар молота по моей мечте. Они не критиковали идею, нет, наоборот, восхищались ею. Но как практики, они видели ту пропасть, которая лежала между моим гениальным чертежом и их производственными возможностями.

Я слушал их, и холодное отчаяние снова начало подкрадываться ко мне. Я был как человек, который изобрел автомобиль в каменном веке. У меня был чертеж, у меня было понимание, как он работает. Но у меня не было ни колес, ни двигателя, ни бензина. Чтобы построить «Валькирию», мне нужно было сначала построить целый завод по производству уникального оборудования. А чтобы построить этот завод, нужен был еще один завод. Когда они закончили, в цехе снова повисла тишина. Мои старые мастера смотрели на меня с сочувствием. Они видели мой замысел, они верили в него, но они не знали, как его воплотить.

— Значит, никак? — вздохнул.

— Почему же никак, — неожиданно ответил Семен Петрович. — Можно, но не так, как ты хочешь, придется идти постепенно. Сначала построить ту самую печь, потом заказать тот самый станок. Собрать команду для Ивана и так далее, но это единственный реальный путь.

Пять-десять лет… Я посмотрел на голограмму «Валькирии». Через пять лет война с Японией, скорее всего, уже закончится. Исход ее будет решаться вот этими самыми неуклюжими, медлительными дирижаблями, которые сейчас стоят на вооружении. А моя «птица» так и останется красивой картинкой.

Я поблагодарил инженеров за их честный анализ и отпустил их. Вердикт был неумолим. Это был холодный душ, который окончательно отрезвил меня. Я понял, что мне нужен не просто инвестор. Нужен некто, кто сможет дать мне нечто большее, чем деньги.

И я знал только две силы в этой Империи, которая могла мне это предоставить. Но чтобы получить такую помощь, мне нужно было предложить им нечто такое, от чего они не смогут отказаться. Нечто, что заставит их забыть про пять-десять лет и дать мне все здесь и сейчас…

* * *

Поздняя ночь, «Бастион» опустел, гул станков затих, и только одинокая пылевая лампа над моим столом отбрасывала на стены длинные, пляшущие тени. Я стоял один посреди огромного, тихого цеха. Передо мной, в мерцающем свете проектора, все так же медленно вращалась моя «Валькирия». Сияющая и совершенная, дразнящая своей недостижимой красотой.

— Может, все-таки стоит поговорить с генералом? — раздался в тишине тихий голос Алисы. Хвостатая появилась рядом со мной. На ее лице было непривычное для нее выражение сочувствия.

— Нет, — отрезал я, возможно, слишком резко. — Это исключено.

— Но почему, хозяин? — не унималась Алиса. — Он же сам предложил, потому что верит в тебя. Воронцов хочет помочь, это самый простой и быстрый путь.

— Потому что простой путь не всегда правильный, — я отвернулся от голограммы и подошел к огромному окну, за которым простиралась спящая промзона. — Если я возьму его деньги, я навсегда останусь для всех «зятем генерала Воронцова». Все мои заслуги, все мои победы будут приписывать не мне, а его капиталам, пожизненно став его тенью. Я не хочу строить свою мечту на чужих деньгах, даже если это деньги близкого мне человека. Я должен сделать это сам, доказать всем, и в первую очередь себе, что я чего-то стою без кошелька за спиной.

— Гордыня, это смертный грех, хозяин, — тихо заметила Алиса.

— Возможно, но иногда это единственное, что у тебя остается, — горько усмехнулся в ответ.

Я стоял возле окна, глядя на огни далекого города, и чувствовал, как меня охватывает холодное, липкое отчаяние. Впервые за долгое время я почувствовал себя по-настоящему беспомощным. Все мои знания, моя Консоль, моя воля, все это оказалось бессильным перед простой, банальной нехваткой ресурсов.

Может, мои инженеры правы? Может, стоит отступить? Заняться тем, что я уже умею, клепать беспилотники, модернизировать оружие. Зарабатывать деньги, медленно, год за годом, кирпичик за кирпичиком строя свою империю. Это был разумный, взвешенный, правильный путь. И он был мне отвратителен. Это было не в моем характере, я был человеком прорыва, скачка, а не медленной эволюции. Наверное, так мыслят все, кто имел за спиной государство. С другой стороны, в прошлой жизни я обошел больше полусотни претендентов на свою должность, почти надорвался, не спал сутками, готовя релизы программного обеспечения и проектные расчеты…

Я вернулся к столу и снова посмотрел на «Валькирию». Нет, я не отступлю, не предам свою мечту! Должен быть другой выход. Не прямой и очевидный, какой-то боковой ход, какая-то лазейка в системе. Мне нужен был рычаг, который позволит сдвинуть эту гору. Только пока на горизонте такого не наблюдалось…

Я стоял посреди гудящего цеха, и холодное отчаяние медленно подкрадывалось ко мне, как ночной хищник. Мечта, моя сияющая «Валькирия», висела передо мной в виде призрачной голограммы, дразня и одновременно насмехаясь над моей беспомощностью. Была так близко, что я мог протянуть руку и коснуться ее корпуса, и в то же время так далеко, за целой финансовой вселенной от меня. Мои инженеры, закаленные в заводском дыму ветераны, вынесли свой вердикт: без уникального оборудования, без целой новой производственной цепочки, проект