Василий Панфилов - Улан. Трилогия

Закончилось всё неожиданно быстро и потерь просто не было - не считая раненных* - при столкновении с турками вообще и мусульманами в частности, многое зависело от морального настроя последних. Можно перечислять десятки сражений, где потери русских войск исчислялись десятками (а то и единицами!) убитых против тысяч у врага. Причём такое бывало даже при подавляющем численном превосходстве (в десять и более раз) врага в открытом столкновении, а уж для ночной вылазки ситуация в принципе реальная.

Шли они нестройной толпой*** Даже кадровые части турецкой армии того времени не слишком хорошо знали само понятие "маневр" и "правильное построение", опираясь скорее на яростную атаку, напор. Что уж говорить о частях полупрофессиональных... Впрочем, плохими солдатами турок никак не назовешь и с европейскими армиями они дрались вполне на равных - в каких-то моментах сильно отставая, а в каких-то и превосходя противников.

Отряды соединились на следующее утро и пруссаки с нескрываемым облегчением радовались воссоединению. Если егеря ещё дома привыкли действовать небольшими отрядами во вражеских тылах, то пехотинцы знали, что "Бог на стороне больших батальонов" и жутко нервничали.

Следующие три дня удавалось уходить от погони, попутно уничтожая мелкие отряды, попадавшиеся на пути. Врагов убили много, но нужно отметить - кадровые части им просто не попадались. Так - всевозможные полупрофессионалы.

Впрочем, это никак не умаляло заслуг воинов, особенно если учесть, что полки просто блистательно проявляли себя в сражениях и даже пруссаки-"механизмы" начали немного понимать - что же такое разумная инициатива.

На четвёртый день начались неприятности...

- Сипахи, - выдохнул гонец, - больше тысячи вроде бы.

- Подробней, - нахмурился Померанский.

- Иштван доложил, его люди проследили и подсчитали. Вроде как не меньше восьмисот и не больше тысячи трёхсот, точнее сложно сказать - части разрозненные и ехали бестолково.

Отпустив гонца, Владимир задумался - сипахи... С одной стороны - это превосходные индивидуальные бойцы верхом на прекрасных конях и отменно вооружённые. С другой - это по сути аналог дворянского ополчения на Руси, существующего и поныне. То есть попросту говоря - о боевой слаженности речи не идёт. Такое вот полупрофессионально ополчение может быть очень опасным, если действует небольшими отрядами, состоящими из соседей, а так... Так есть шанс.

Карту Молдавии принц помнил наизусть, так что примерный план действий был составлен мгновенно - засада. А вот привести сипахов в засаду, тут уже работа для Юргена.

- Смотрите, - развернул карту Рюген перед офицерами свиты (они же - просто главные офицеры в его войске), - мы сейчас здесь, турки здесь. Идея засады проста - заманить их туда, где преимущества конницы сведутся к нолю, но так, чтобы это было не слишком очевидно.

Вольгаст ткнул пальцем в несколько наиболее оптимальных точек для засады...

Мозговой штурм был не слишком долгий - офицеры прекрасно знали друг-друга, да и возможности подчинённых были известны. Так что совместными усилиями был составлен план - агенты должны были навести на Грифича сипахов, проведя их по нужному маршруту. Самым сложным было не просто составить маршрут, а продумать его таким образом, чтобы сипахи всё равно возвращались к ключевым его точкам и в конечном итоге попадали в огневой "мешок".

"Мешок" подготовили заранее, оправив Михеля с полусотней солдат и тремя десятками казаков. Казаки нужны были не только для охраны, но и как строители - запорожцы, к немалому удивлению попаданца, были славны не столько конницей, сколько пехотой (и пластунами, разумеется) и известны были как сверх длительными переходами, так и умением возводить укрепления в чистом поле за кратчайший срок.

Пока кашуб занимался инженерными работами, Рюген выматывал сипахов, выстраивая маршрут таким образом, чтобы конница не смогла их догнать. Задача сложная, всё-таки Молдавия - не Кавказ с его ущельями и не Русь с лесами и болотами. Но справлялись - благодаря натренированности солдат* и разумеется - разведке.

арьергард** из "Волков", егерей и казаков обычно возглавлял сам Рюген - вперёд вырывались небольшие отряды особо наглых сипахов на отменных конях, так что достаточно большой была вероятность того, что они всё-таки доскачут до арьергарда и вступят с ними в рукопашную схватку. А вот тут-то боец такого класса лишним точно не будет... Была и другая, главная причина такого решения - необходимость "держать руку на пульсе".

Попаданец осознавал, что его стремление заткнуть собой все опасные места - решение на самое грамотное и непременно аукнется... Но он пока не приобрёл горькую, но необходимую привычку полководца - посылать людей на смерть, а не идти туда самому.

- Догоняют, княже, - выдохнул запалённый Тимоня. Грифич только хищно улыбнулся - всё шло по плану. Маршрут полков не зря был проложен таким образом, чтобы пройти через овраг. Овраг вполне проходимый, но - не верхом. Нужно было спешиваться и вести коней в поводу, время от времени помогая им. Точнее говоря - таким неудобным путь стал после небольших землеройных работ.

- Приготовится, - негромко отдал команду Рюген и сотня стрелков принялась заряжать ружья*** и подсыпать на полки свежий порох. Показались сипахи и прозвучала новая команда:

- Паника.

Два десятка солдат тут же принялись визжать как можно громче в стиле "мы все умрём" и изображать "бег на месте". Переигрывали? Разумеется, но и публика неизбалованная...

Около полутора сотен верховых втянулись в овраг и "паникёры" принялись отстреливаться, заставив турок торопиться, чтобы выйти из под обстрела. Сделав по два-три выстрела, они отошли к остальным, сидевшим в засаде. Вот сипахи приблизились к "полосе препятствий", раздались громкие, явно ругательные возгласы и неверные принялись спешиваться.

- Как только дойдут до места, где можно будет сесть верхом, - напомнил аншеф, - бей в передних.

- Бббах! - Прогремел залп, затем ещё и ещё. Сделав завал перед выходом из оврага, стрелки рассредоточились, чтобы густой пороховой дым не мешал прицеливаться - и принялись стрелять уже не по команде, а по мере готовности.

- Задних бей! - Заорал Грифич, увлёкшимся воинам, затеявшим увлекательную охоту за особо "вкусными" целями.

Три минуты спустя в овраге образовался грандиозный завал из человеческих тел и конских туш.

- Трофеи..., - тоскливо протянул один из казаков.

- Никшни, - утихомирил его Тимоня, - мозги-то есть? Лезть в эту кашу опасно, да потом тащить самому... Знаешь же, что турчины сами соберут, да пойдут за нами как овцы на бойню.