Космодесантник в 1941-м - Иван Владимирович Лагунин

Я отломил слегка зачерствевшего хлеба, вышел наружу и задумчиво прошелся вдоль дороги, пытаясь найти следы от машин. Какие-то следы здесь были, но не сказать, чтобы много.

Дожевав хлеб, я принял решение. Достал из кармана модуль поддержки.

— Активация М3!

Модуль воспарил над рукой и мигнул красным индикатором.

— Задание: разведка. Программа полета: вдоль дороги, до поселения и вокруг. Скрытность 10. Выполнение — внутренние директивы. Повторяю. Скрытность — 10!

Фух. Надеюсь, я правильно припомнил инструкцию. Впрочем, по идее встроенный ИИ беспилотника должен был понят даже мычание неандертальца!

— Программа старт!

Индикатор сменился на зеленый и темный шарик, вдруг сменив цвет на тускло-серый, рванул ввысь, быстро скрывшись из виду.

Я же стал ждать.

М3 вернулся уже через двадцать минут. Будь я в броне или с активированным Бартом, связанным со мной в единую инфосеть, данные бы я получил мгновенно. Но, увы… пока мне был доступен только ручной режим. И на том спасибо.

М3 с легким свистом свалился в руку и уже через секунду приобрел естественный темно-металлический цвет. Сосредоточившись, я активировал имплант нейроинтерфейса и тут же болезненно скривился. Ощущения были еще те. Без поддержки полноценного вычислительного центра скафа, мне показалось, будто я окунул голову в ведро с ледяной водой. Мир стал чересчур резким, линии предметов заострились, в ушах поселился раздражающий тоненький вой.

Не теряя времени, я подсоединился к М3 и запустил воспроизведение видео. Сетчатку обожгло, из глаз покатились слезы. Скривившись от внезапной резкой боли в голове, я как можно быстрее перемотал дорогу…

Вот вдалеке среди полей, показалось село. Оно оказалась больше, чем я думал. Раскинувшись меж двух лесков, занимало, включая все хозяйственные постройки, не менее квадратного километра. Жилых домов набиралось с полсотни. В центре высилось большое здание из красного кирпича странной формы с закругленной крышей с башенкой. Рядом находилась хорошо утоптанная площадь, а по ее краям располагались еще три относительно больших здания из бревен с двускатными крышами.

А на площади…

Помоги мне матушка Лада!

Стояло три уже знакомых машины. Небольшие колесные грузовики с крестами на бортах. Кузов одного был забит какими-то ящиками и тюками. А вот два остальных стояли пустые. Рядом с грузовиками стояло несколько деревянных платформ. В передней части платформ были палки, а между ними, опутанные целой паутиной ремней стояли незнакомые животные с пышными гривами. На платформах были навалены различные грузы. Вокруг сидели и стояли немцы. Напротив них, на другой стороне площади жались десятка два крестьян в белых рубахах. Пока что все выглядело довольно мирно.

Вот из одного из больших деревянных зданий, вышел офицер. За ним двое солдат и трое гражданских, но не крестьян. Серые полупальто, кепки. Держались они довольно свободно. Но видно было, что находились в подчинении у офицера. Вот он что-то приказал и один из них галопом помчался к машинам. Вслед за гражданскими, из дома вышел старик преклонных лет с длинной седой бородой, а за ним… еще двое солдат вытащили под руки здорового (относительно остальных местных) мужика в серой куртке. Он был основательно избит.

Я буквально впитывал каждый кадр видеозаписи. Каждая мелочь содержала массу информации!

К сожалению, на этом М3 решил, что достаточно разведал обстановку и поворотил обратно. Я с облегчением отключил имплант и тяжело привалился к стене сарая.

Вот значит, как.

Немцы уже в деревне. А где же мои новые товарищи? Судя по всему, им хватило разумения не соваться вслепую… скорее всего они где-то хоронятся в окружающих деревню лесках. Впрочем, с тем же успехом, они могли сейчас сидеть в каком-нибудь застенке.

Два грузовика и несколько платформ… Я насчитал примерно полтора десятка солдат. Вооружение — уже знакомые карабины «Маузер». Но в домах могли быть еще.

В прямом бою шансов у меня немного. Победу в лесу я все-таки оценивал скорее, как случайность.

Ночь…

А вот ночь, другое дело.

А еще, лучше бы мне найти тех, кто мне поможет.

Я вспомнил, как обращался с карабином Семен. Со знанием дела. Не знаю, какой он стрелок, но мне сейчас не помешает любая помощь. Значит, нужно найти спасенных.

Я подошел к модулю беспилотников и отщелкнул крышку. На этот раз будет работа для всех шести М3.

Дед Лександр и остальные обнаружились в небольшом овражке в километре от села, со стороны рассвета. Я свалился на них, как снег на голову и был едва не пристрелен Евграфом, который с карабином в руках бдительно наблюдал за сидящими спиной к спине немцами.

— Ратибор Велеславыч! Нельзя ж так пугать! — воскликнула Лида.

— Дядька Ратибор. Ты вернулся! — а это был уже Глеб.

Старшие тоже, словно бы выдохнули. Лида с Глебом наперебой принялись рассказывать о том, как они чуть было не попались, сдуру сунувшись в село. Как один из пленников, когда приметил машины на площади, что-то крикнув, припустил и как Евграф метко метнув карабин ему в ноги, догнал и заборол супостата. Рассказ получился сумбурный и полный мальчишеских восклицаний: «А он его так, а тот — туда, а он вот так!»

— Молодец, Евграф, — положив руку на узкое плечо мужичка, сказал я уважительно. Каждый из немцев был выше него разве что не на полголовы.

Евграф сплеснул руками и улыбнулся в бороду. Видно было, что похвала ему пришлась по душе.

— Но нам, братие предстоит куда более серьезное дело.

— Неужто и этих перебить хочешь! — охнул Семен.

— Негоже это, людей бить, — вздохнул дед Лександр. — Не по божьи…

— А по божьи этот вон — белобрысый, мамку и остальных убил⁈ — всхлипнула Лида и вдруг разрыдалась. — Дядя Евграф, дай мне ружье свое, пристрелю гадов! Не могу я больше на них смотреть… не могу-у-у-у…

Евграф, подойдя к Лиде, обнял ее и прижал к груди, погладил по волосам.

— Сам бы хотел, дитятко… — он бросил взгляд в мою сторону. — Но нельзя пока.

Я тоже бросил взгляд на съежившихся немцев. Уж Адольф точно понял, о чем идет речь. Вона, как побледнел.

Позавчера, пока шли по лесу, Семен шепотком рассказал об их мытарствах. Тремя днями ранее поехали они с Евграфом, да дедом Лександром, да Глебом до города, дабы сбыть на рынке яиц да овощей, а на обратном пути завернули к Наталье — старшей дщери деда Лександра. Муж Натальи — лесничий, пару лет как обустроил хуторок. Да