Георгий Литвин - На развалинах третьего рейха, или маятник войны
За семь лет реформ Эрхарда в Западной Германии выплата пенсий и других государственных пособий выросла в два с половиной раза при снижении стоимости жизни в первый год на семь процентов и повышении в последующие годы на пять процентов. Далее цитирую его же: «Никто не осмелится сказать, что индивидуальное налоговое бремя претерпело с 1949 года относительное повышение…» «Социальное рыночное хозяйство немыслимо без последовательной политики сохранения валютной устойчивости…» «Эта экономическая политика сумела в кратчайший срок провести беспрецедентную в истории восстановительную работу… Привести в порядок государственный бюджет посредством систематического сокращения расходов…» «Было запрещено набирать новых служащих и повышать оклады, служебные поездки были сведены до минимума…» «Впечатление, вызванное снижением цен было тем более убедительным, что за этот же отрезок времени зарплата повысилась…» «Был принят закон против произвольного повышения цен…» «Нам удалось утроить экспорт… Укрепить наше положение на мировом рынке можно только при условии повышения производительности труда и посредством свободной конкуренции при одновременном обеспечении стабильности валюты…» «Предоставление долгосрочных кредитов для расширения производства, финансовая помощь жилищному строительству, снижение налогов и возврат уже выплаченных по более высокой ставке налогов…» «Мы особенно не имеем права выйти на путь инфляционных тенденций: это означало бы незаметным образом опорожнить карманы вкладчиков и лишить их честно заработанных денег. Это был бы наиболее омерзительный способ, который можно себе представить..».
Вот в чем фрагментарно состояла суть экономического чуда в Западной Германии по Эрхарду.
После разгрома нацистского рейха западные державы, и прежде всего США, взяли курс на возрождение агрессивного милитаризма в своих зонах оккупации, превращая созданную вскоре экономическую базу Германии в военный плацдарм для подготовки агрессии против социалистических стран. Особая роль отводилась западногерманскому шпионскому ведомству, вскормленному и руководимому Вашингтоном и ставшему в его руках послушным орудием «холодной войны». Там плелись заговоры и интриги против Советского Союза и наших союзников, а параллельно раскидывалась сеть слежки за гражданами ФРГ.
Наша советская разведка вела свою борьбу с этим ведомством, стараясь внедрить туда своих агентов. Можно сказать, что это было продолжение войны после войны. Мне лично тоже это было известно, ибо на демаркационной линии были созданы законспирированные разведпункты. С их сотрудниками (разведчиками и контрразведчиками) я был по роду службы знаком и иногда с ними сотрудничал. Это особая работа, и о ней стараются молчать разведчики всех стран, а если и пишут мемуары, то в них тоже «темнят». В реальной жизни все гораздо сложнее.
Вот краткий пересказ книги Хайнца Фельфе «В стане врага», вышедшей на немецком языке в издательстве «Раш унд Рединг» (Гамбург, 1986).
С этим человеком, нашим разведчиком, мне довелось встречаться. Ему удалось проникнуть в самое сердце западногерманского ведомства генерала Гелена и проработать там почти десять лет. После провала (его предали) он просидел семь лет в тюрьме ФРГ, но с помощью наших спецслужб был досрочно освобожден, а затем работал в ГДР.
Фельфе был в свое время разведчиком Главного управления имперской безопасности (РСХА). Занимался агентами и диверсантами, засылаемыми во вражеский тыл. Затем попал к англичанам в плен, был освобожден из плена. Учился, стал журналистом, посещал все зоны оккупации. Однажды он попал в поле зрения нашей разведки, ему предложили сотрудничество. Предложение он принял без давления, ибо это отвечало сложившимся у него в то время политическим убеждениям. Так бывает, и Фельфе действительно работал на дело мира, против войны, ибо считал, что наша страна не является врагом Германии и что будущее принадлежит новому общественному строю — социализму. Он говорил уже после освобождения, что нужно неустанно раскрывать тайны, которые связаны с подготовкой новой войны. Когда представители западных стран утверждают, что они за разрядку напряженности, то им верить нельзя. Слишком значительны силы, которые видят смысл в извлечении прибылей из гонки вооружений. И уж они-то никакой разрядки никогда не допустят.
В аппарате западногерманской разведки (ВМО) он руководил отделом, который вел шпионаж против Советского Союза. Фельфе видел, что генерал Гелен продолжал заниматься тем же, что и при Гитлере, поэтому он делал все, чтобы помочь нашей стране, считая ее оплотом мира и справедливости.
Предоставим слово самому Хайнцу Фельфе — советскому разведчику:
— Конец войны застал меня в Нидерландах, куда я был направлен в декабре 1944 года. В последние дни войны нарастала сумятица и неразбериха. После самоубийства Гитлера, по приказу его приемника гросс-адмирала Деница, предстояло организованно вывести полки морской пехоты из Нидерландов в Германию. Я был назначен командиром роты в одном из таких полков. Весть о капитуляции Германии 8 мая 1945 года дотла до нас уже у побережья Голландии. 3 мая я был взят в плен и затем был передан в руки британской разведки Интеллидженс сервис. Нас разместили в старых казематах Форта, окруженного рвами с водой. Здесь произошла «сортировка». Интеллидженс сервис создала лагеря военнопленных пяти категорий, под номерами от 010 до 050. Я попал в категорию 030 — это означало, что я «очень опасен». Тем не менее допрашивавшие меня представители разведки при всей строгости были весьма корректны, более того, постепенно они стали выражать нам сочувствие как коллегам. Примечательно, что один из офицеров — мистер Г. однажды предупредил меня: «Среди нас есть коммунист, с ним будьте настороже». В конечном счете м-р Г. сказал мне: «Такие люди, как вы, пригодятся нам в новой немецкой полиции. Я дам рекомендательное письмо. Когда вас отпустят, обратитесь к офицеру безопасности при военной администрации. Мои догадки о том, почему английские офицеры столь предупредительны со мной, стали понятны вскоре, ибо многие военнослужащие вермахта, сдавшиеся англичанам, жили практически на свободе, оставаясь в своих прежних частях под началом своих прежних боевых командиров.
По лагерю постоянно курсировали слухи, будто немецким солдатам вскоре опять придется воевать, при чем на сей раз на стороне американцев и англичан против русских. Это же подтверждалось соответствующими высказываниями лагерного начальства и его явным стремлением поддерживать в лагере антисоветские настроения.