Зарубежный детектив 2026-15 - Кристофер Райх

Письмо было лично подписано одним из банковских служащих.

Банк «Лейк вью» – это маленькое учреждение по соседству. Они вели мою ипотеку с тем участием и вниманием, которые большинство банков приберегают для крупных корпоративных вкладчиков. Должно быть, это единственный банк в городе, который все еще ведет маленькие счета по банковским книжкам. Это было типично для них – написать персональное письмо миссис Фризелл.

Что было странно, так это ее перевод денег в «Ю.С. Метрополитен». Я не нашла ни банковской книжки, ни какого-либо другого документа от них. То ли все это провалилось ниже, к слоям юрского периода, то ли она хранила их где-то в другом месте. Но это все были мелочи по сравнению с главным вопросом: почему она перенесла счет в один из банков в центральной части города? И не в какой-нибудь старый банк, но в тот, название которого появлялось в выпусках новостей каждую вторую неделю из-за политических связей, которые его директора имеют в своем округе. Лишь совсем недавно вся журналистская братия была потрясена тем фактом, что совет округа Дю-Пейдж держит свои средства на текущие расходы на беспроцентных счетах в «Ю.С. Метрополитен», и этот случай был не единственным.

Я хваталась за соломинку, и я это знала. Может быть, «Ю.С. Метрополитен» развернул такую рекламную кампанию, перед которой миссис Фризелл не смогла устоять? Я поднялась. Мышцы у меня болели от долгого сидения на корточках. Я не знала, что мне делать с беспорядком на полу. Секретер все еще был переполнен бумагами – я не могла даже вообразить, как запихнуть все это обратно. В то же время я едва ли могла оставить их на полу как свидетельство моей деятельности. Хотя, может быть, Крисси решит, что это работа миссис Хеллстром: вероятно, Пичи знали, что она кое-что выстирала для миссис Фризелл.

Ключ, поворачивающийся в замочной скважине парадной двери, разрешил все мои проблемы. Я сунула письмо из банка в задний карман за мгновение до того, как Крисси и Тодд ворвались в комнату. Они, казалось, излучали здоровье: Крисси – в комбинезоне из плотной хлопчатобумажной ткани в полоску, Тодд – в рыжевато-коричневых шортах и футболке. Я даже не хотела задумываться над тем, в каком виде сама предстала перед ними: запах, исходящий из моих подмышек, был достаточно неприятен.

– Что вы здесь делаете, Варшавски?

– Чищу авгиевы конюшни, Тодд. Можете назвать меня Гераклом. Хотя я думаю, что ему помогали. В некотором отношении я его даже перещеголяла.

– Не пытайтесь обратить все это в шутку, потому что это вовсе не так весело. Когда миссис Хеллстром сказала нам, что вы здесь смотрите финансовые документы, моим первым порывом было вызвать полицию. Вы знаете, что я могу вас арестовать. Этот дом – частная собственность.

Я потерла затылок:

– Но, как я понимаю, он принадлежит не вам. До тех пор, надо полагать, пока вы не используете свои возможности опекуна, чтобы переписать на себя право собственности.

Меня вдруг осенило, что, может быть, это единственный ценный документ, который был у миссис Фризелл. Возможно, он лежал на дне одного из ящиков. А может быть, Тодд и Крисси уже успели его извлечь. У меня не было никакого желания взламывать их дом для того, чтобы это проверить, по крайней мере сегодня.

– Лучше бы вам сейчас уйти отсюда, – бросил Тодд. – С тех пор как мы нашли пожилую женщину, вы решили всячески мешать мне позаботиться о ней, даже звонили ее сыну…

– Какая забота? – перебила я его. – Первое, что вы, два наших светоча, сделали, так это убили ее собак – единственное, что миссис Фризелл любила в этом мире. Все, что вы сделали, начиная с прошлой пятницы, может быть, и законно, но, по моему мнению, это омерзительно. От вас, Пичи, несет хуже, чем от какой-либо кучи собачьего дерьма, которое могла оставить здесь миссис Фризелл.

– Это уж слишком! – закричал он. – Вы считаете, что моральное превосходство дает вам право нарушать закон? У меня есть документы, подтверждающие мое право следить за тем, кто входит в этот дом, и всякий судья в городе с этим согласится.

Я засмеялась:

– У вас есть документы? Вы напоминаете мне откормленного кобеля. Кстати, о документах: где бумага, подтверждающая право собственности миссис Фризелл на дом? И где ее банковская книжка в «Ю.С. Метрополитен»?

– Откуда вы знаете… – начала было Крисси, но Тодд оборвал ее:

– У вас есть две минуты, чтобы убраться отсюда, Варшавски. Через две минуты я вызову полицию.

– Значит, ее банковская книжка у вас, – сказала я, стараясь придать своему тону как можно больше значительности. Стараясь сама понять, какое это может иметь значение, я захлопнула за собой входную дверь.

Мистер Контрерас, очевидно, уже поджидал меня: когда я открывала парадную дверь, он стоял на лестничной площадке.

– Где вы были, дочка? Вы выглядите так, словно с кем-то дрались.

Я смущенно провела рукой по своим влажным от пота волосам:

– Я могу задать вам тот же вопрос. Мне казалось, мы должны были созвониться в час, чтобы вы убедились, что на меня никто не напал.

– Да, но я подумал, что вам не помешает получить порцию собственного лекарства. Не в тот момент, конечно, а позже, когда мне пришла в голову мысль пойти и самому поговорить с ним. Я подумал, что, конечно, Вик огорчится, когда позвонит – если позвонит, – и никто не ответит. Но я не знал, как связаться с вами, и подумал: раз вы столько раз бросали меня, не сказав ни единого слова, то вам будет не очень обидно, если вы теперь тоже немного попаритесь от волнения.

– Что ж, я рада, что вы хорошо провели меня. – Я слишком устала для того, чтобы с ним препираться. – Кстати, как долго вас не было?