Рябь во времени - Джули МакЭлвен

— За охотника за приданым.

— Это неважно. У него вообще не должно было быть такой возможности.

— Ты сердишься.

— Ещё как, чёрт возьми! Я в ярости. И в ужасе. И... — Голос у неё дрогнул, и пришлось на мгновение замолчать. Она чувствовала, как внимательно смотрит на неё герцог. Обычно Кендра не давала волю чувствам. — Знаете, когда я впервые очутилась здесь, больше всего я боялась, что у меня случился какой-то психический срыв?

— Нет, но могу понять подобное опасение. Как ни увлекательна твоя Америка, дорогая, я не представляю, как повёл бы себя, внезапно оказавшись там. Пожалуй, и я решил бы, что сошёл с ума.

Кендра прерывисто выдохнула. — Страшно, когда больше нельзя доверять собственному восприятию и суждениям. Когда не знаешь, что реально, а что нет.

— Мне жаль, что тебе пришлось это пережить, пусть даже недолго. — Он неторопливо отпил чаю. — Как же ты сумела принять происходящее?

Кендра помолчала, возвращаясь мыслями к тем дням. — Всё казалось чертовски настоящим. Я никогда не отличалась богатым воображением. Разве мог мой разум создать целый мир? Вкусы, прикосновения... запахи. Хотя, наверное, человек, живущий в бредовом мире, тоже считает его настоящим.

Во рту пересохло. Она подняла чашку кофе и сделала глоток.

— Может, дело было в моём упрямстве или самонадеянности, — наконец произнесла она. — Но я просто не могла поверить, что мой разум настолько сломался.

Герцог улыбнулся. — Я понял, что ты необычная девушка, в ту самую минуту, когда ты вывалилась из лестничного проёма. А потом, на следующий день, нашёл тебя там снова.

— И пригласили пить чай в вашу лабораторию. — Это был её первый день в девятнадцатом веке. И первая попытка вернуться в своё время.

— Ты назвала меня учёным и процитировала Уильяма Вордсворта. Стало ясно, что передо мной исключительно умная молодая особа, которая к тому же что-то скрывает. — Он усмехнулся. — Разумеется, я и понятия не имел, что именно.

Она покачала головой. — Если бы я тогда рассказала вам правду, вы бы наверняка сочли меня сумасшедшей. — Она съела несколько ложек яичницы. — Я боялась, что вы отправите меня в лечебницу. А вы могли бы?

— Я никогда бы так с тобой не поступил.

— Нет, я имею в виду: вы могли бы сделать это по закону? Добиться моего помещения в сумасшедший дом?

— А, вот ты о чём. — Герцог задумался. — Полагаю, да. Я ведь твой законный опекун.

— Но тогда вы ещё им не были, — напомнила она. — Вы считали меня служанкой.

— Верно. — Он взял серебряный чайник и долил себе чаю. — Думаю, служанку проще уволить, чем помещать в лечебницу. Зачем столько хлопот?

Кендра с трудом подавила дрожь. Что было бы, если бы он выставил её за дверь в те первые дни? Она осталась бы совершенно одна, без гроша, и очень быстро обнаружила бы, насколько плохо подготовлена к этой жизни. Будучи женщиной, здесь она не могла применить навыки, которые делали её таким ценным специалистом в двадцать первом веке. Она стала самым молодым сотрудником за всю историю ФБР: сперва работала в отделе киберпреступлений, затем перешла в подразделение поведенческого анализа. А здесь... здесь её не взяли бы даже в сыщики с Боу-стрит.

Господи, пятнадцатилетняя горничная обладала куда более востребованными умениями. Вот что значит разница в пару столетий.

— А если вы законный опекун, что нужно сделать, чтобы отправить человека в лечебницу? — спросила она.

— Я никогда подробно не интересовался этим вопросом, но, насколько помню, требуется свидетельство о душевном расстройстве.

— Как его получить?

— Повторяю, я не знаток подобных дел. — Он нахмурился, припоминая. — Кажется, заключение должен дать врач, специализирующийся на умственных болезнях. Или обычный врач. Возможно, аптекарь. За это берут плату.

— Получается, если есть деньги, добыть такую бумагу довольно просто.

Герцог промолчал.

— А у меня была бы возможность оспорить свидетельство?

Герцог замялся, осторожно подбирая слова. — Это было бы нелегко. Как моя подопечная ты находишься под моей ответственностью. Так же и Реджинальд Лансинг после смерти отца стал отвечать за благополучие сестры.

Кендра поставила чашку, стараясь снова не рассердиться. — За себя я отвечаю сама.

— Разумеется, дорогая.

— Ладно, теперь вы просто пытаетесь меня успокоить.

Герцог улыбнулся. — И мне это удаётся?

Она невольно рассмеялась. Дверь распахнулась, и Кендра увидела Алека, небрежной походкой входившего в комнату. С того времени, как он покинул её постель, прошло всего несколько часов, но, похоже, это ничего не меняло: дыхание у неё участилось, а знакомое непреодолимое притяжение вновь дало о себе знать. Сегодня Алек выглядел до неприличия привлекательным: тёмно-синий сюртук из тонкого сукна, вышитый серый жилет, светло-жёлтые бриджи, заправленные в гессенские сапоги, до блеска начищенные усердным камердинером. Он успел побриться и искупаться. Влажные тёмные волосы падали на лоб, и Кендре ужасно хотелось протянуть руку и зачесать их назад.

— Доброе утро. — Приветствие предназначалось и ей, и дяде, но кривая улыбка досталась только Кендре. Алек направился к буфету.

— Доброе утро, племянник. Не ожидал твоего возвращения из Лондона раньше второй половины дня.

— Не видел причин задерживаться, когда все дела были закончены, — ответил он, усаживаясь с тарелкой за стол. Подцепил вилкой яичницу, внимательно её изучил. — Продолжайте беседу. Полагаю, речь об убийстве Креймора.

— Значит, ты уже слышал? Да, мы говорили о том, как лорд Креймор мог упрятать сестру в лечебницу, — сказал герцог. — Помнишь этот скандал?

— Смутно. Я не слишком прислушивался к сплетням, потому что едва знал эту семью. — Алек съел немного яичницы и запил кофе. — Креймор всего на несколько лет младше меня... был младше. Не уверен даже, представляли ли меня его отцу. А какое отношение этот скандал имеет к тому, что лорда Креймора застрелили?

— Пока не знаю, но, возможно, это объясняет, почему он оказался на дороге неподалёку отсюда.

Кендра посмотрела на герцога. — Что вы имеете в виду?

— Как раз собирался рассказать. Мой камердинер Уилсон напомнил мне, что близ деревни Нидлхем, примерно в двадцати с лишним милях к северо-востоку, есть частная лечебница для душевнобольных. Совсем рядом, уже за границей графства, в Эссексе.

— Шандор считает, что Креймор ехал с севера.

Герцог поджал губы. — Родовое поместье Крейморов находится в Норфолке. Других причин оказаться в наших краях у лорда Креймора не было бы.

— У Креймора есть лондонский особняк, — заметил Алек. — Но я понимаю, к чему ты клонишь. Он ехал куда-то с определённой целью.

— Узнать можно только одним способом. — Кендра перевела взгляд с одного на другого.