Дело о Книжном Клубе - Филиппа Кларк

Почему-то следом она вбила в поисковик «Садовый центр Кингфишер-Фоллс». На главной странице красовалась фотография – не фасада и не растений, а Вероники. Та позировала перед гигантским горшком, держа в руках лоток с пёстрой цветущей рассадой, словно рассада вот-вот на неё набросится. А уж эти ярко-оранжевые губы.

– Не надо никого осуждать.

Но как тут удержаться, когда эта женщина так старательно привлекала к себе внимание? Ей было за сорок, и она совершенно ясно дала понять, что предпочитает мужчин гораздо моложе себя. Раза в два. И это ещё не говоря о её привычке расхаживать повсюду, подслушивая чужие безобидные разговоры.

Проверив, достаточно ли воды маленькой сосенке, Шарлотта поднялась к себе. Заперла дверь, скинула туфли. Мысли о Веронике сразу вернули её в дом Октавии – к безжизненному телу, убитой горем Гленис и чашкам со следами помады. Сердце заколотилось. Шарлотта легла на пол и уставилась в потолок.

Дыши. Раз, два. Дыши… медленнее. Раз, два.

Упираясь ладонями в ковёр, она снова и снова повторяла эту мантру, пока неприятные ощущения понемногу не отступили. Двадцать четыре часа непривычного напряжения дали о себе знать. Теперь Шарлотта брала эмоции под контроль и раскладывала их по мысленным коробкам.

Зазвонил телефон. Не отрывая взгляда от потолка, Шарлотта подумала, не подождать ли, пока сработает автоответчик.

А вдруг я нужна Рози? Или с мамой что-то случилось?

Она вскочила и ответила, не взглянув на номер.

– Шарлотта Дин слушает.

Пауза в трубке напомнила обычную задержку при звонках от рекламных операторов. Шарлотта уже собиралась отключиться, когда кто-то заговорил. Приглушённый, размеренный голос. Мужской.

– Хватит врать.

– Простите? Кто это?

– Ты преступница.

Она не узнала голоса.

– Откуда у вас мой номер? Кто это?

– Уезжай из города. Сейчас же. Иначе кто-нибудь может решить отомстить.

По спине Шарлотты пополз холодок. Звонивший продолжил:

– Второго предупреждения не будет.

– Подождите…

Но звонок уже оборвался. Шарлотта проверила, не определился ли номер, однако он был скрыт.

Словно на автопилоте, Шарлотта прошла на кухню и открыла холодильник. Надо было поесть. Или хотя бы решить, что поесть. Вместо этого она достала бутылку белого вина и налила себе бокал. Так и не пригубив вина, Шарлотта вышла на балкон и остановилась у перил.

До темноты оставался час-другой, и воздух был полон птичьего гомона: птицы заканчивали дневные поиски пищи и устраивались на ночлег. Перебранка и болтовня розовых и белых какаду успокаивали. Сороки угомонятся позже. Похоже, они раньше всех просыпаются и позже всех засыпают.

Ты преступница.

Чего добивался звонивший? Если он считал Шарлотту виновной в смерти Октавии, почему велел ей уехать, а не позвонил в полицию? И кому вообще пришло в голову звонить с угрозами?

Первым на ум пришёл Сид. Он уже показал, что умеет действовать исподтишка: в прошлом году завёл фальшивый аккаунт в Фейсбуке и строчил гадости о книжном магазине. Но он ведь поклялся докопаться до прошлого Шарлотты. Зачем же рушить собственные планы и выгонять её из города?

Стоило подумать ещё о трёх мужчинах. Джонас Кармайкл и Терранс Мёрдок были членами местного совета. Джонас был человеком неприятным, и методы у него были под стать. Перед Рождеством Шарлотта сама видела, как он публично настраивал горожан против Дарси и его семьи из-за краж ёлок. К тому же он водился с Вероникой – не в романтическом смысле, по крайней мере, Шарлотта так не считала: они просто приятельствовали.

С Террансом она почти не общалась. Он был постарше и обычно поддерживал Джонаса, но оба были слишком уж дружны с Сидом – на её вкус. Отсюда мысли сами собой перескочили на Кевина Мёрдока. Брата Терранса. Шарлотта понятия не имела, чем тот зарабатывал на жизнь, но Вудлендов он обвинял не менее рьяно, чем Джонас.

А ещё – тем самым «другом-мужчиной» Октавии.

В тот день, дождавшись парамедиков и ответив на их вопросы, Шарлотта вышла из дома Октавии через открытую входную дверь. К дому как раз подъехала дорогая машина представительского класса. Из неё выбрался Кевин – вернее, вывалился. Пошатываясь, он прошёл мимо Шарлотты, даже не взглянув на неё. В глазах – пустота. Человек в шоке.

Возможно, когда шок прошёл, Кевин решил, что Шарлотта каким-то образом виновата в смерти Октавии. В конце концов, Сид намекал именно на это.

Скорее бы уже было готово заключение судмедэксперта.

Когда время и причину смерти установят официально, никто уже не сможет её обвинить. До появления Сида она не выходила из книжного магазина, и это могли подтвердить многие постоянные покупатели.

Со вздохом Шарлотта вернулась с балкона в квартиру. Она не боялась. Те, кто всерьёз замышляет преступление, редко заранее предупреждают жертву. Просто кто-то действовал с горя или со зла. Живи Трев поближе, она бы ему позвонила – или заехала к нему. Шарлотта покачала головой. Не хватало ещё звонить ему из-за каждой мелкой неприятности в городе. Да и Рози незачем волновать. Всего-то разовая дурацкая выходка.

Едва рассвело, Шарлотта отправилась пешком к водопаду. Она любила это время суток: ночные звери ещё не попрятались, а город даже не думал просыпаться.

К смотровой площадке она не пошла, а свернула на довольно трудную тропу и дошла по ней до самой заводи у подножия водопада. Здесь поток с огромной высоты низвергался в кристально чистую заводь, а оттуда уходил в реку. Однажды Шарлотта уже поднималась на самый верх, к началу водопада. Вид оттуда открывался потрясающий, хоть подъём и был изнурительным.

Трава под ногами была мягкой и мокрой от росы. Шарлотта нашла поваленное дерево, присела на гладкий ствол и отпила воды из бутылки. Вскоре, как часто бывало в это время суток, к заводи на водопой пришло стадо кенгуру. К воде они подходили по очереди, пока остальные стояли настороже. Некоторые с любопытством поглядывали на Шарлотту, но страха не выказывали.

Через некоторое время они двинулись дальше и, всё ускоряясь, скрылись в густом буше. Шарлотта снова осталась одна – если не считать пары кроликов, щипавших влажную траву.

Она хорошо выспалась. Когда Шарлотта только приехала в Кингфишер-Фоллс, ночами ей мешали спать то грозы, то собственные тревожные сны, то похитители рождественских ёлок. Всё изменилось за неделю отдыха после Рождества: Шарлотта сама научилась счищать старую краску с балкона, заделывать трещины, готовить поверхности, шлифовать и красить. По вечерам она так уставала, что сил хватало только на сон. Но результат стоил всех трудов.

Прошлой ночью Шарлотта ожидала, что будет ворочаться без сна. Вместо этого почитала перед сном, заснула – и до утра ни разу не проснулась.

Сельская жизнь.

Солнечный свет заструился по верхней кромке водопада, превращая воду в жидкие алмазы. Мало-помалу лучи заполняли ущелье, и