Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис - Наталья Самсонова

Внутри меня вскипело пламя. Малахольных? Он намекает на наш страх перед тварями-из-за-грани? Как будто мы, нечестивые трусы, прячемся за барьером, пока истинно смелые маги делают свою трудную работу?

Да что они себе позволяют?!

— Мои люди слабы, — со вздохом произнес Хайлен. — Отряд изрядно поредел этим летом. Как бы не пришлось запрашивать помощь у герцогства Нойа.

— Пусть ты и сын преступника, — презрительно бросил Гамильтон райн-Велронд, — но мы делаем одно дело. Если ты позовешь — я приду.

— Услышано, — тонко улыбнулся Хайлен, после чего подал мне руку. — Госпожа моя, райн-Торланды не могут стоять в стороне, пока Его Величеству требуется помощь.

— Как и райн-Рейвисы, — согласилась я и вложила пальцы в ладонь герцога.

— Истинно так, — смиренно вздохнул герцог. — Мы благодарим Ваше Величество за оказанную честь. Хотя я искренне полагал, что нас призовут через герольдов.

Мы прошли через барьер, и я ощутила, что от короля сильно пахнет вином. Он праздновал до утра или же пытался заглушить свой страх?

— Призовут… Ах-ха-ха, — натужно рассмеялся Его Величество, — неужели и ты, мой герцог, поверил в эту чушь про тварь-из-за-грани?

Хайлен вскинул брови и удивленно проговорил:

— Так ведь я ее уничтожил, Ваше Величество. Тварь стоила мне шестерки прекрасный лошадей!

— Бедная Бусинка, — всхлипнула я, — жизнь так несправедлива! Мне от нее осталось лишь левое копыто, но…

— Но? — заинтересовался райн-Велронд, пока король пытался собраться с мыслями.

— Но я не стала его подбирать, — вспыхнула я, — зачем оно мне? Господин, ты надежно отомстил за Бусинку?

В глазах Хайлена читался немой вопрос: «Что происходит?» – но я не могла на него ответить, и оставалось лишь уповать на его догадливость.

— Тварь не возродится, — проронил в итоге герцог.

— Ах, это было так ужасно, — я прижала руку к сердцу, — клянусь, если бы не мои щиты, мы бы погибли еще в тот момент, когда карета перевернулась! Нас с тетушкой бросило друг на друга, а господин… Господин смог удержаться. Затем он освободил нас, но мне та-ак нравилась наша удобная карета.

Я говорила громко, взмахивала руками, и ночное происшествие расцветало новыми красками. Мне кажется, под конец даже королевский кучер сожалел о гибели Бусинки, что бархатными губами брала с моих рук соленый хлеб.

— Она была такой умной. Не будет больше такой лошади.

— Уверен, что ваш супруг изыщет возможность приобрести новый конный выезд, — процедил король.

Он был зол, а я… Я только поблагодарила:

— Вы так добры, Ваше Величество.

«Эти слухи вы остановить не сможете, – подумала я, рассматривая камзол короля. – Мой голос разлетается по всей улице, а количество слуг, подслушивающих разговор, близится к нескольким десяткам: здесь ведь не только наш особняк! Напротив стоит резиденция райн-Сольвариса – это очень богатый дом и… Да, в парке весьма многолюдно».

— Это была довольно медленная тварь, верно? — спросил Гамильтон, подрастеряв свою напыщенность.

— Не разбираюсь в сортах тварей, — отмахнулась я. — Мне довольно того, что у нас нет ни лошадей, ни кареты. Сегодня к полудню я должна посетить Ее Величество…

— Этой беде легко помочь, — тут же сказал Его Величество, — мы в любом случае закончили наш небольшой дозор.

— Прибыть к Ее Величеству раньше назначенного времени?! — ахнула я.

— Она поймет. Нам необходимо узнать все подробности ночного происшествия, так что тебя, герцог, я попрошу проследовать с нами.

Его Величество резко развернулся и направился к карете. Гамильтон последовал за ним.

— Что вы задумали, госпожа моя? — спросил Хайлен, придержав меня за локоть.

— А вы не этого хотели? — удивилась я. — Посмотрите, как много людей в парке райн-Сольварисов. К полудню весь Эрандар будет знать о ночном происшествии.

Хайлен чуть помедлил, а после признал:

— Вы быстро ориентируетесь.

— Пришлось научиться, моя жизнь всегда была непредсказуема, — я пожала плечами.

Меж тем Его Величество уже забрался в карету, и нам пришлось поспешить, чтобы не заставлять его ждать.

Внутри, к слову, вином не просто пахло, а воняло. Похоже, что король действительно запивал свой страх. Какая гадость.

— Мне казалось, что лошадям дают иные имена, — протянул вдруг Гамильтон. — Если они породисты, разумеется.

Я с некоторым недоумением посмотрела на райн-Велронда:

— Почему меня должно интересовать, как на самом деле зовут Бусинку? Конюх что-то говорил, но я не обратила на него особого внимания. Это плохо?

Свой взгляд я устремила на короля, и тот неохотно бросил:

— Довольно обыденно. Моя супруга тоже не обращает внимания на то, как зовут ее охотничьих собак.

Больше я не проронила ни слова, пыталась реже дышать, ведь дурной запах становился все сильней. А после пришлось игнорировать винную лужу, что стала подтекать со стороны Гамильтона. Видимо, корзина с бутылками стояла под ним. Еще немного, и она коснется моего подола…

По вину пробежала изморозь. Хайлен или Гамильтон?

«Интересно, магия снежных колдунов хоть чем-то различается?»

Давящую тишину никто не спешил разбивать, так что я решила притвориться спящей: уронила голову на плечо Хайлена и прикрыла глаза.

И, если честно, почти сразу почувствовала себя уязвленной: мой будущий бывший супруг напрягся так, словно ему на колени бросили змеиное кубло!

«С другой стороны, это явно признание моих способностей, – хмыкнула я про себя. – А ведь мы даже не дошли до замороженной купальни».

Наконец мы прибыли, и я, едва оказавшись снаружи, принялась жадно глотать свежий воздух.

— Никогда не видела эту часть парка, — шепнула я Хайлену. — Красивые скульптуры.

Но Его Величество услышал.

— Это закрытая, семейная часть.

Мы прошли по заснеженной аллее, поднялись по широкой мраморной лестнице и оказались в огромном прохладном холле.

Здесь не так чувствовалась помпезная роскошь основной части дворца. Тонкий ненавязчивый узор на стенах, светлый зачарованный паркет и гладкие колонны, подпиравшие потолок, — легкий, воздушный стиль.

— Ах, мой дорогой, вы оставили нашу постель пустой – и это разбило мне сердце!

В холл вылетела леди Арасси. И, признаться, ее появление застало меня врасплох. Фаворитка в семейной части дворца — это сильно.

— Пустое, — отмахнулся король, — тебе следовало отдыхать.

— Как бы я могла, когда моего сердца нет рядом?

Она