Елена Никулина - Богослужебный устав и гимнография

Среди храма поставляется тетрапод, или четвероножец, то есть столик с четырьмя ножками, на котором стоит блюдо с пятью хлебами и с сосудами с вином, елеем и пшеницею. Окончив литию, священнослужители из притвора входят внутрь храма и останавливаются посреди него перед тетраподом. Иерей читает молитву: «Господи Иисусе Христе Боже наш, благословивый пять хлебов и пять тысящ насытивый…», в которой просит Господа благословить хлебы сия, пшеницу, вино и елей, умножить их во всем мире, и верных, вкушающих от них, освятить. Перед чтением этой молитвы иерей поднимает один хлеб, начертывая им крест над прочими хлебами, а при чтении молитвы, на словах «Сам благослови и хлебы сия, пшеницу, вино и елеи» указывает правой рукой на каждое из этих веществ, творя таким образом ею крест. Пять хлебов берется в память о насыщении Господом пяти тысяч человек пятью хлебами (Мф. 14:15–21)[55].

Благословение хлебов было установлено для подкрепления сил молящихся. Во 2-й главе Типикона сказано, что по окончании вечерни бывает чтение из Деяний, Посланий свв. апостолов или Апокалипсиса, во время которого все садятся, «кождо на своих местах»; келарь же, раздробив на блюде благословенные хлебы, раздает братии и почерпает всем, находящимся в храме, по единой чаше вина. После этого вкушения хлеба и вина в тот вечер никто уже не смеет больше ничего вкушать, «причащения ради пречистых Христовых Таин»[56].

Окончание великой вечерни. После благословения хлебов хор поет трижды: «Буди Имя Господне благословенно от ныне и до века» и часть 33-го псалма: «Благословлю Господа на всякое время» до слов «не лишатся всякого блага».

Иерей становится перед царскими вратами и благословляет молящихся рукой, говоря: «Благословение Господне на вас, Того благодатию и человеколюбием, всегда, ныне, и присно, и во веки веков». Лик поет: «Аминь». Так заканчивается великая вечерня в составе Всенощного бдения. Отпуста в этом случае нет. После «Благословение Господне на вас…» начинается утреня.

Если же служилась вседневная вечерня, то после отпустительного тропаря мы услышим неполную сугубую ектенью (она начинается со слов: «Помилуй нас, Боже…») и другое окончание службы:

Возглас диакона: «Премудрость!», на что хор поет «Благослови!», а иерей возглашает «Сый благословен Христос Бог наш…»

Хор поет: «Аминь» и «Утверди, Боже…»

Далее иерей произносит: «Пресвятая Богородице, спаси нас!»

Хор: «Честнейшую херувим…»

Иерей: «Слава Тебе, Христе Боже, упование наше…»

Хор: «Слава, и ныне»[57].

В самом конце вседневной и великой вечерни иерей произносит великий отпуст. После отпуста поется многолетие.

Пограничный характер вечерни. Выше мы говорили, что вечерня является началом суточного круга богослужения. Сейчас, после подробного знакомства с этой службой, уместно уточнить место вечерни в суточном круге. Внимательное изучение чинопоследования вечерни показывает, что граница между уходящим и наступающим днем находится не в начале, а где-то внутри этой службы.

Например, вечером в Господские двунадесятые праздники на вечерне, формально относящейся к следующему церковному дню, ради прошедшего праздника возглашаются торжественные великие прокимны «Кто Бог Велий, яко Бог наш» или «Бог наш на небеси и на земли вся, елика восхоте, сотвори».

Пограничный характер вечерни хорошо виден и в службе «Прощеного воскресенья». Во время прокимна и «Сподоби, Господи» священнослужители в алтаре переоблачаются в великопостные одежды. Просительную ектенью «Исполним вечернюю молитву нашу Господеви» диакон читает уже в черном облачении, и хор отвечает ему особым великопостным напевом, а не тем, обычным, который звучал в начале службы.

Еще один пример – совершение Литургии в соединении с вечерней (Великий Четверг, Великая Суббота, Рождественский и Крещенский сочельники, Литургия Преждеосвященных Даров). Литургия, которую служат на вечерне, относится к отошедшему дню, хотя формально начались уже следующие церковные сутки (например, Литургия Преждеосвященных Даров служится после вечерни среды и пятницы, но относится именно к среде и пятнице)[58].

Вседневная (будничная) утреня.

Краткие схемы полиелейной и вседневной утрени см. в Приложении 2.

Утреня в составе всенощного бдения начинается без возгласа, с ангельского славословия «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение» (Лук. 2, 14), молитвы «Господи, устне мои отверзеши, и уста моя возвестят хвалу твою» и шестопсалмия. Свой возглас «Слава Святей» утреня в этом случае «отдает» великой вечерне, и всенощное бдение предстает перед нами как единая, цельная служба[59].

Если же утреня служится отдельно, то у нее обязательно будет своего рода «заставка» – двупсалмие, которое начинается с возгласа «Благословен Бог». После двупсалмия звучит возглас утрени «Слава Святей», и тогда уже начинается чтение Шестопсалмия[60].

Шестопсалмие состоит из псалмов: 3, 37, 62, 87, 102 и 142. Во время Шестопсалмия в храме тушатся светильники, чтобы мы могли со вниманием, не развлекаясь ничем внешним, слушать чтение. Темнота в храме напоминает ночь Рождества Христова. Шестопсалмие – это как бы разговор человека с самим собой в тот момент, когда он услышал о приходе Спасителя в мир. Церковь придает шестопсалмию особое значение, по Уставу его должен читать настоятель. В это время нельзя сидеть или выходить из храма[61].

В 9-й главе Типикона говорится, что Шестопсалмие должно читаться «тихим гласом и легким, косно (не спеша), и во услышание всех». И еще: «Егда же глаголется шестопсалмие, тогда подобает со вниманием слушанию прилежати: покаяния бо псалмы исполнены суть и умиления. Глаголем же сия псалмы со благоговением и страхом Божиим, яко самому Богу невидимо беседующе, и молящеся о гресех наших». Похожее наставление содержится и в Триоди Постной, в понедельник 1-й седмицы Великого поста: «Брат же, егоже есть день, став на уреченном месте, глаголет шестопсалмие со всяким вниманием, не борзяся (не спеша), но со страхом Божиим, яко Самому Богу беседующи невидимо. И не имать кто власти шепты творити, ниже плюнути или хракнути, но паче внимати от псаломника глаголемым, руце имуще согбены к персем, главы же преклонены, и очи имуще долу, сердечныма очима зряще к востоком, молящеся о гресех наших, поминающе смерть и будущую муку и жизнь вечную».

Шестопсалмие разделяется на две части. По прочтении первых трех псалмов, иерей в одной епитрахили и с откровенною главою выходит из алтаря, становится перед царскими вратами и тихо читает по служебнику 12 утренних молитв, в которых приносит Господу благодарение за дарование нам дневного света и испрашивает себе и своей пастве различных духовных благ[62].

Следующая часть утрени – великая ектенья.

Затем произносится «Бог Господь» со стихами: «Бог Господь и явися нам, благословен грядый во имя Господне» (Пс. 117:26–27). «Явися» – это глагол в прошедшем времени. Бог Господь пришел на землю, явился нам, и мы встречаем Его теми же словами, которые произносил народ при торжественном входе Его в Иерусалим (Мф. 23:39)[63]. «Бог Господь…» поется четыре раза.

Стихи на «Бог Господь» взяты из того же, 117 псалма. Это один из самых радостных псалмов. В ветхозаветной Церкви он предназначался для пения в какой-то большой праздник, по случаю явлению израильскому народу великой милости Божией, спасения от смерти и уничтожения. В нем содержится пророчество о Спасителе мира (стих о камне, который отвергли строители, но который стал «во главу угла», см. притчу о злых виноградарях в Мф. 21:33–42). Подбором стихов 117 псалма нам дается «живое предощущение спасения»[64]. Таким образом, «Бог Господь», как и ангельское славословие «Слава в вышних Богу», очень ясно отражает литургическую тему утрени – явление Мессии, пришествие на землю Сына Божия.

После «Бог Господь» поются тропари. Именно в этом месте утрени мы слышим тропарь праздника или один из воскресных тропарей (их восемь, по числу гласов).